— Не думаю, что там должна быть моя фамилия, — вздохнул Дмитрий Николаевич. — Принцип предложили ребята. Сейчас уже не разберешь чья идея.

— Коллектив работал под твоим началом. Значит и фамилия, как руководителя должна быть твоя, — Сергей Михайлович встал с задумчивым видом и глянул на старого друга. — Можно глянуть датчики?

— Пожалуйста, — пожал плечами тот. — На счет под моим руководством… Спорно. Я вообще считал эту идею бесперспективной. Да и официально я никак не отношусь к этому опытному производству.

— Если честно… — тут лысый старичок оглядел помещение. — Я бы не назвал это производством.

— Однако тележка системы «Лес» создана именно тут, — пожал он плечами. — и тут же производилась. Сейчас ей Ижевск занимается. Передали всю техническую документацию.

— Здесь…? — удивленно оглядел помещение старый друг. — Погоди, так та тележка на учебных комплексах…

— Да, — развел руками Одинцов. — Придумана, рассчитана и производилась вот этими студентами. Здесь.

Сергей Михайлович уже по другому глянул на ребят, что продолжали толпой возиться в центре зала, а затем присел и открыл дверцу «тумбочки».

— Дима, у меня масса вопросов… — произнес он, разглядывая систему комплексов внутри. — Но основной у меня один — ты отдашь мне этот движитель?

Наставник покосился на Семена, что с Кириллом подошел к старой школьной доске и принялся рисовать руны.

— Думаю твоя артефактная КБ для этого подходит как нельзя лучше, — произнес он. — Все таки болотоход — ваша разработка.

— Но?

— Но у меня есть пара условий. Первое — двигатель тянет двести пятьдесят килограмм. Дальше расход силы растет скачкообразно. Получается один привод подходит только для одного-двух пассажиров. Думаю это вариант мопеда или мотоцикла. Этот вариант исполнения будет за нами.

— Тут? Сомневаюсь, что тут у вас получится развернуть нормальное производство для…

— Возможно тут, а возможно… Возможно будут другие варианты.

— Расширить фоновый элемент и усилить проекцию пробовал? — задумчиво спросил Сергей Михайлович.

— Считал, — кивнул старичок. — Фоновый комплекс надо полностью переделывать. Он фонит во все стороны. Направленный фон — сам знаешь. Это драгметаллы в основе. А ненаправленные — это дорогая экранизация. Себестоимость улетает в небо. А у нас тут… Массовый вид транспорта с замашками на внедорожник.

— А синхронизация? — спросил друг. Он закрыл дверцу и с задумчивым видом достал портсигар.

— Вполне. И как раз два и более таких привода я хотел отдать тебе, — кивнул Дмитрий Николаевич.

— От меня, я так понимаю, ты хочешь чтобы я выставил углы, так? — глянул на него друг. — Расход силы, да?

— Ну… — Одинцов вздохнул. — У нас расход получается ноль семь на сто километров при максимальной нагрузке. При двухста килограммах — ноль пять.

— Это… — тут мужчина глянул на прототип. — Это очень достойные цифры.

— При том, что на циклические накопители мы не замахиваемся — это много, — вздохнул бывший ученный. — По проекту делался мопед. Для населения, максимально дешевый как в производстве, так и в эксплуатации.

— Ну-у-у-у… тогда идея понятна, — кивнул мужчина и достал беломорину. Не сводя взгляда с прототипа, он произнес: — Фоновое излучение — это, конечно, в наше КБ, но почему я? Мог бы в тулу сунуться или в столицу. Там бы с руками оторвали бы.

— Сам ведь прекрасно знаешь — там другие люди. Они меня не знают, да и плевать они на условия хотели, — тут Дмитрий Николаевич хмыкнул и добавил: — Да, и в конце концов — мы друзья с университета. Тебе не скучно проверять за молодыми? Мы слишком стары и по настоящему стоящих идей, что захватывают не так много, чтобы…

Сергей Михайлович обернулся с улыбкой вставил в зубы сигарету и кивнул.

— Спасибо, Дим…

— Не за что, Сереж. Не за что.

— А заявку в лицензионное бюро я бы все равно подал. Пусть от коллектива, но надо. Я такого принципа не то, что не видел. Даже не слышал. — тут лысый старичок достал зажигалку, но Дмитрий Михайлович недовольно буркнул: — Тут не курят. Пойдем на улицу.

— Да, пойдем, — кивнул друг. — А объекты конторы, я так понимаю, артефакторы-студенты, так?

— Нет. Самое удивительное — они целители, — с усмешкой произнес Одинцов. — Потом познакомлю. Крайне интересные молодые люди. Причем работают в паре, хотя по характеру как огонь и вода…

— Да, блин! Опять дерьмо лезет! — раздался недовольный крик Семена.

Гость взглянул в сторону толпы студентов, что перекинули цепи через трубу и подняли пару стальных плит над землей.

— Не выходит каменный цветок, — хмыкнул Сергей Михайлович.

— Надо глянуть, что там… — сделал шаг в их сторону Дмитрий Николаевич.

— Не возись с ними. В молодости иногда полезно делать ошибки.

Одинцов глянул на друга, потом на студентов, после чего произнес:

— Знаешь, я столько за ними в последнее время наблюдал, что… — тут он кашлянул. — Сейчас этот возглас может быть буквальным.

Мясоедов сидел за столом и с хмурым выражением лица крутил пальцами сигарету. Взгляд перемещался от двух старичков напротив к двум студентам, что стояли рядом.

— Я так понимаю расширенным составом вы заявились сюда не просто так, — произнес он, взял спички и прикурил.

— Ситуация… — тут Одинцов кашлянул и покосился на коллегу. — Неординарная.

— Да? И почему? — хмыкнул Сан Саныч. — Рвануло? Ранило? Убило?

— Да мы просто станок делали, чтобы парням в политехе помочь, — буркнул хмурый Семен. — Чего сразу на ковер-то тащить?

— Давайте сначала ребят выслушаем, — произнес Сергей Михайлович.

— Рассказывайте, — вздохнул ГБшник.

— Ну, пригласили знакомого с ПолиТеха. Похвастаться прототипом хотели и совета спросить, — начал Кирилл.

— У нас прототип на ведро с тумбой похож, — вставил Кот.

— Знаю, видел. Дальше.

— Он глянул, посоветовал к знакомому скульптору обратиться, — продолжил Кирилл. — А еще пожаловался, что сами, свою коробку и сцепление сделать не могут. Станков нет. Мы и задумались, как им сделать универсальный станок для них, чтобы с ними пробег летом устроить на мопедах.

— И?

— Ну, и придумали, — пожал плечами Осетренко и кивнул на старичков. — А эти сразу разогнали, как только получилось и сюда потащили.

— И в чем же проблема? — глянул Мясоедов на старичков.

— То, что они заново изобретали называется — трансмутационная штамповка, — подал голос Сергей Михайлович. — При воздействии на металл трансмутацией, в нем сохраняется закалка и другие свойства металлических связей. А это значит, что закалив особым образом болванку, можно без повреждений и сложных манипуляций сделать из нее… Что угодно.

— А причем тут… — начал было Сан Саныч, но директор артефактного КБ его перебил:

— Проблемы бы не было, если бы информация не проходила по форме пятьдесят семь, — глядя в глаза ГБшнику произнес он.

Мясоедов кашлянул, покосился на ребят и неуверенно произнес:

— Я правильно понимаю, что эти…

— Эти двое, при поддержке коллектива опытного производства заново придумали секретную технологию, — закончил за него Дмитрий Николаевич.

Сан Саныч затянулся, глянул на ребят, а затем на старичков.

— А чего делать-то, — произнес он.

— Мы думали это вы нам скажете, что теперь делать, — хмыкнул Сергей Михайлович. — Есть инструкции на этот случай или инциденты?

— Если и есть, то я о них понятия не имею, — проворчал он и зыркнул на ребят. — Только тишина настала. Только я расслабился как…

— Да чего такого? — проворчал Кот. — Можно вообще никому ничего не говорить. Мы же сами все сделали. Никто нам ничего не показывал и не рассказывал. Нам идея пришла в голову, когда тесто лепили. Подумаешь, один станок, да и тот…

— Незнание законов не освобождает от обязанности их исполнять, — проворчал Сан Саныч и тяжело вздохнул.

— Мы можем оставить этот инцидент на нашем, местном уровне? — спросил Одинцов.