— Уже делается, Ляксандр Николаич, — с довольным видом кивнул колдун.

— Молодые люди, концепция понятна?

— Понятна.

— Озвучите ее сестрам Гримальди и отследите их реакцию. А еще лучше спросить у них совета: может, они сами найдут местных поваров, знакомых с русской кухней, а нам останется лишь пригласить из России спеца, который проведет с местными мастер-класс и элементарно повысит их квалификацию. По интерьеру аналогичная история, но помните, что ресторан под новой вывеской должен открыться уже чуть ли не завтра, тем более что с персоналом в Монако проблем нет: чуть ли не сто процентов простого населения княжества заняты в сфере обслуживания. И только после этого всего, когда любопытство Евы и Кристины будет распалено в достаточной степени, вы предложите девушкам партнерство, а также намекнете на возможность открытия в Москве ресторана уже со средиземноморской кухней, специалистами по которой являются Гримальди, и где они будут полновластными хозяйками. А уж дальше как-нибудь вырулите на Изабеллу, Стефанию и Соню. Концепция ясна, молодые люди?

— Ясна…

Когда совещание закончилось, а сотрудники СБ-холдинга покинули яхту, оставшиеся как-то незаметно разошлись по отдельным компаниям — великие князья Александр Александрович и Виктор Петрович вместе с Сашей и Колей уселись отдельно и принялись звонить младшим родичам, находящимся сейчас на родине; этим же занимались и батюшки Владимир с Василием, стоявшие у фальшборта с телефонами в руках; мой отец давал какие-то отдельные поручения генералу Нарышкину и полковнику Разумовскому; Прохор, Ванюша, Владимир Иванович Михеев и присоединившийся к ним адмирал Варушкин тоже что-то вяло обсуждали; а я в сопровождении давно маячившего в районе носа яхты корабельного доктора Максима Леонидовича спустился к нему в медблок для прохождения очередного техосмотра. Признав мое состояние вполне удовлетворительным и еще раз тщательно опросив на предмет последствий принятия «волшебной» капельницы, доктор напомнил о нежелательности употребления алкоголя и отправил «больного» дышать вечерним морским воздухом.

Не успел я покинуть медблок, как в кармане завибрировал телефон — своего больного и морально сломленного внука желал слышать император Российской империи.

— Слушаю, ваше императорское величество! — бодрым голосом ответил я, обоснованно подозревая, что дядья и подполковник Михеев уже успели доложиться «вышестоящему командованию» о вполне удовлетворительном моральном состоянии молодого великого князя.

Пару секунд в трубке стояла тишина, пока царственный дед настороженным голосом не поинтересовался:

— Ты как, Алексей?

— Нормально, деда, все хорошо, — так же бодро отрапортовал я.

— Точно нормально?

— Точно. Только что у доктора Максима Леонидовича был, он вполне доволен моим состоянием. Психологическим в том числе.

— Секунду, Лешка, сейчас на громкую связь поставлю… Просто тут и бабушка, и деда Миша, и все остальные за тебя переживают.

Шуршание в динамике — и задний фон разговора поменялся.

— Всем пламенный привет! — поприветствовал я переживающих родичей. — Со мной все хорошо, только что был у доктора, жить буду.

— Если шутит, — раздался насмешливый голос вредной бабули, — то с внучком действительно все в порядке. Лешенька, а что это вы там с рестораном совместными усилиями придумали? А не проще ли твоему деду с князем Альбером напрямую по этому поводу переговорить?

Слили уже старшим родичам всю информуху! Никому верить нельзя! Вот что за род у нас! Стукач на стукачке!

— Не проще, бабушка, — вздохнул я. — Так и будете нас с братьями до пенсии опекать? А мы собственные шишки набить хотим.

Из динамика послышались хохотки, и я вдруг понял, что коварная старушка меня банально спровоцировала.

— Послушай, Лешенька! — Голос Марии Федоровны буквально сочился елеем. — Во-первых, спасибо, что употребил термин «пенсия», а не «смерть». А во-вторых, мы, старики, в каком-то смысле действительно можем умереть, если вы — молодые — перестанете обращаться к нам за советами. Вот и брюзжим постоянно, лишний раз подчеркивая свою незаменимость. А так идея с рестораном нам понравилась. Кто там из вашей банды такой продуманный, Ванечка Кузьмин?

— Он, бабушка.

— Передай Ивану Олеговичу наш общий одобрямс!

— Непременно.

— Сестрам звонил?

Я аж растерялся от такого резкого перехода.

— Не звонил. А когда звонить-то? То вы приходили, потом принцы и принцессы, потом отец два совещания подряд устроил, следом Максим Леонидович меня к себе в медблок потащил! А сейчас уже поздно — пусть спокойно ко сну готовятся.

— Завтра позвонишь. — Голос бабули приобрел властные нотки. — Сегодня я с ними разговаривала и пообещала, что с их старшим братом все будет в порядке. Алексей, я надеюсь, ты не дашь сестрам повода снова переживать за себя?

— Как пойдет, — довольно агрессивно буркнул я и еле справился с желанием сбросить вызов.

Секундная заминка, шепот на заднем фоне, и потеплевший голос царственной бабули:

— Ладно, внучок, не обижайся на меня, я же из лучших побуждений… И вот еще что… Деду твоему тут короли и императоры весь вечер названивают, говорят, что господин Кузьмин завтра с их внуками и внучками собирается тренировку проводить по ментальной защите. Так вот, Лешенька, переговори там с Ванечкой и передай ему, что короли с императорами убедительно просят принцев и принцесс не жалеть и тренировать их настоящим образом. Переговоришь?

— Конечно, бабушка. Еще пожелания будут?

— Нет. Ты отдыхай, не будем тебя больше утомлять. И спать пораньше ложись.

— И вам хорошего вечера!..

После упоминания сестер я вспомнил, что хотел позвонить Алексии, но со всеми этими визитами друзей и царственных особ, а также бесконечными совещаниями совершенно замотался и забыл. Да и времени-то на нормальное общение с девушкой реально не было. Что ж, позвоню завтра утром, если опять что-нибудь не случится…

Баронесса фон Мольтке «проникла» на яхту уже ближе к полуночи, и у нас началось, как я очень надеялся, последнее совещание за сегодняшний день. Первым вопросом повестки значилось официальное представление баронессы ее новому курирующему офицеру — полковнику Разумовскому, вторым — краткое введение Александры Генриховны в курс наших последних дел с холдингом.

— Сашенька, выписки из личных дел сотрудников СБ холдинга у меня вон в той папке. — Отец указал немке на искомое, лежавшее на тумбочке. — Позже ознакомишься. Особое внимание обрати на дело генерал-майора Виктора Викторовича Панцулая — именно с ним тебе придется плотно работать на первых порах. Кроме генерала тебе, по нашим прикидкам, придется еще взаимодействовать с графом Владимиром Александровичем Петровым-Врачинским.

Баронесса улыбнулась:

— Не отстают от графа его многочисленные дальние родственнички?

Отец хмыкнул:

— И не отстанут, при таких-то мощных родственных и дружеских связях графа. — Родитель повернулся к Прохору с Ваней. — Надо бы графа тоже поплотнее свести с офицерами СБ холдинга, хуже не будет.

Воспитатель с колдуном кивнули:

— Сделаем.

— На этом вступительную часть предлагаю считать закрытой. — Отец вновь смотрел на баронессу. — Что новенького?

Та посерьезнела:

— Не считая мелочевки, два основных момента. Первый: помимо нефти и газа бизнес-сообщество Европы очень заинтересовалось услугами страхования, которые может предоставить наш холдинг. Естественно, речь идет о тарифах и возможностях предоставления в отдельных случаях индивидуальных скидок. — Александра Генриховна сделала паузу. — Бизнес-сообщество Европы небезосновательно полагает, что тарифы и условия нашего холдинга будут выгодно отличаться от предложения надоевших всем англичан, занимающих сейчас на этом рынке практически монопольное положение.

— Ожидаемо, — криво улыбнулся отец. — Отлично устроилось это бизнес-сообщество Европы! Пусть русские с англичанами рубятся между собой, а они будут бегать между нами и индивидуальные скидки с условиями выбивать! Сами же свою крупную страховую компанию боятся открывать! — Родитель повернулся и обратился уже ко мне: — Прецеденты бывали, сынок, но с очень печальными последствиями: череда убийств, самоубийств и несчастных случаев буквально косила сплоченные ряды смельчаков-страховщиков, несмотря на родовитость, положение в обществе и связи с правящими родами Европы. Все знали, что это дело рук Виндзоров, но открыто им обвинение так никто в лицо кинуть и не решился. Догадываешься, Алексей, через кого именно Виндзоры действовали?