– Встань на задние лапы, давай… – прошептала я.

Мор подчинился. Он понимал абсолютно всё.

Пёс поднялся на задние лапы, и его мощные передние конечности с глухим, тяжёлым стуком опустились на каменный подоконник. Теперь его огромная голова оказалась вровень с форточкой, и я почувствовала, как жар его дыхания коснулся моей руки.

Красные угли его глаз смотрели на меня в упор.

Я не понимала, чем я так ему понравилась. Почему он мне помогает?

Но сейчас не было времени анализировать поведение демонического зверя.

Мор разжал челюсти, и грязный холщовый мешочек оказался в моей дрожащие ладони.

Я действовала лихорадочно. Схватив стакан с остатками воды, я высыпала туда горсть серого едкого порошка. Куда больше, чем было необходимо.

Жидкость мгновенно зашипела, и в воздух поднялось на мгновение белёсое едкое облако. Стараясь не дышать, я начала лить отвар прямо на железную задвижку окна.

Щёлочь жадно вгрызалась в старый металл. Я видела, как краска слезает хлопьями, но железо не спешило становится рыхлым и податливым. Что не удивительно. Щелочь была предназначена для стирки, а не для подобных манипуляций. Но я надеялась хотя бы немного облегчить себе задачу.

Мор же снова исчез, растворившись в ночных тенях, а через несколько бесконечных минут вернулся. В его пасти тускло блеснуло нечто металлическое.

Тонкая стальная ножовка. Где он её нашёл, я не знала. Лишь снова понадеялась, что его не заметили.

Я перехватила холодный, зазубренный инструмент, и его рукоять, пахнущая псиной и смазочным маслом, идеально легла в руку.

Я кое как просунула инструмент и принялась пилить.

Звук был ужасен. Тонкий, надрывный скрежет стали о сталь терзал мои нервы, проходился по ним раскалёнными иглами.

Мне казалось, что этот звук разносится по всей Обители. Что сейчас тени Марека войдут и пресекут мою жалкую попытку сбежать.

Но ничего не происходило.

Я продолжала пилить, а Мор сидел за окном и смотрел на меня.

Шли часы, но задвижка не поддавалась. Мои ладони, обожжённые химией, ныли, мышцы плеч сводило судорогой, но я не останавливалась.

– Что же делать? Как мне быть? – прохрипела я, окончательно ломаясь. – Как выбраться из этой комнаты?

Слёзы потекли из глаз потоком, выдав моё отчаяние.

Вдруг стена задрожала, словно поверхность воды, в которую бросили камень. По ней пошла неровная, багровая трещина, которая сочилась потусторонним светом. Она выглядела, как рваная пульсирующая рана.

Я вскочила на ноги, в ужасе отшатнувшись.

Трещина всё разрасталась.

И вот из неё показался Мор. Он не спеша шагнул в комнату из алого марева и бесшумно сел рядом. Он моргнул алыми углями глаз, покосившись на зияющий портал, и дважды веско вильнул хвостом, ударив им по доскам пола.

– Предлагаешь мне выйти? Так можно было? – прошептала я, давясь истерическим смешком. – Ты серьезно, Мор? А почему сразу этого не сделал? Зачем я часами пилила это проклятое железо, сдирая кожу в кровь?

Естественно, пёс не ответил мне. Лишь ещё раз бросил взгляд на багровый портал.

– Потому что я не просила, да? – я нервно и несколько истерично хихикнула, чувствуя, как от перенапряжения кружится голова. – И правда, как я не догадалась…

Спустя минуту, одевшись потеплее, я шагнула вслед за Мором в багровый портал.

Я будто ослепла. Мир вывернулся наизнанку, меня обдало жаром и запахом серы, но не прошло и пары мгновений, как я уже стояла прямо под окнами своей недавней комнаты-тюрьмы.

Портал схлопнулся за спиной с тихим звуком, похожим на вздох.

– Спасибо, спасибо, – прошептала я, садясь на корточки рядом с огромным зверем и зарываясь пальцами в его жёсткую чёрную шерсть. – Но, пожалуйста, помоги мне ещё. Приведи меня к спасению, прошу тебя. Мне нужно выбраться из обители. Может быть, ты сможешь где-то ещё открыть для меня такой портал?

Пёс снова вильнул хвостом, а затем двинулся вперед.

Я поспешила за ним, стараясь слиться со стенами обители, замирая от каждого шороха. Сердце колотилось в горле, выбивая рваный ритм.

В какой-то момент впереди послышались тяжелые шаги и бряцание доспехов. Я инстинктивно вжалась в глубокую каменную нишу, едва дыша, а Мор... Мор даже не подумал скрываться. Он просто сел посреди освещенной факелом дорожки, преграждая путь патрульным.

– Это пёс Верховного инквизитора... – донесся до меня испуганный шепот стражника обители Смирения. – Проклятая злобная тварь. Видишь, как глаза горят? Лучше бы нам обойти его, пока он не решил, что можно нами закусить.

– Твоя правда, – ответил второй, и я услышала, как они торопливо удаляются.

Когда всё стихло, Мор двинулся дальше, а я за ним. Мы шли через внутренние дворы, пока не подошли к узкой каменной лестнице, ведущей вверх.

Поднявшись, мы выбрались на самый верх – на широкую стену, которая кольцом огибала всю Обитель Смирения. Ветер здесь был злым и холодным, он яростно трепал мой тонкий плащ, кожа покрывалась мурашками.

Я подошла к зубчатому краю и посмотрела вниз.

Там, у самого подножия массивных стен, змеилась широкая каменная лента дороги, уходящая прочь от Обители. С обеих сторон её теснил густой, непроглядный лес – черное море верхушек деревьев, которые мерно покачивались в такт ветру.

Далеко на горизонте, там, где чернильное небо соприкасалось с изрезанным рельефом земли, раскинулся город. Огромный, необъятный, он горел сотнями огней.

В отличие от обители он казался живым и манил.

Я поняла: обитель стояла на отшибе, на вершине крутого скалистого выступа, отделенная от мира милями лесной чащи. Мы были на самой вершине этого каменного клыка, вонзившегося в небо.

Я и Мор шли по стене, и каждый порыв ветра заставлял меня испуганно втягивать голову в плечи. Я молила всех богов, чтобы на пути не встретился патруль их стражей, и, словно в ответ на мои просьбы, стража была лишь на противоположной стороне стены обители – я видела там дрожащие огни факелов.

Здесь же царила тишина, что было странным.

Мор внезапно остановился у небольшой каменной пристройки, вросшей прямо в стену. Из узкого окна лился теплый янтарный свет. Пёс сел, не сводя глаз с двери.

Это точно не было выходом.

– Ну же, Мор, что дальше? Что мне делать? – прошептала я, лихорадочно озираясь. – Ты создашь здесь портал?

Пёс лишь снова покосился на дверь.

Да что там за ней?

Я сделала несколько шагов вперёд и замерла у окна.

Внутри, за массивным столом, сидел Марек Драгош и что-то писал. На нем не было привычного капюшона – лишь тонкая белая рубашка, подчеркивающая мощный разворот плеч и рельефную мускулатуру. Его черные, слегка вьющиеся волосы, доходили ему до середины шеи.

Марек был в маске, сидел боком и выглядел расслабленным.

Я в ужасе обернулась к псу.

– Мор, что ты наделал? Зачем?! Проклятье... я просила спасения, а ты привел меня к Мареку? Твой хозяин обещал завтра меня убить! – мои слова сочились горьким отчаянием.

Я сама виновата! Доверилась собаке, пусть и демонической. Нужно было искать выход для слуг, как я и планировала изначально. А не надеяться, что Мор выведет меня.

И вдруг Мор оскалился. Из его груди вырвался низкий, вибрирующий рык, полный такой первобытной злобы, что я инстинктивно попятилась, едва не вскрикнув.

Решила, что всё. Добегалась.

Зверь разорвет меня.

Но я внезапно поняла, что пылающие глаза Мора были устремлены мне за плечо.

Он рычал не на меня.

В ту же секунду я почувствовала ледяной, мертвецкий холод, проникающий даже сквозь одежду. Это не был не ветер. Вовсе нет. Это ощущалось, как дыхание самой смерти.

Я резко обернулась и оцепенела.

Прямо передо мной, почти в упоре, стояла фигура в тяжелом плаще – та самая, что лишила жизни Эмиля.

Я узнала её.

Свет факелов, едва долетавший сюда, выхватил из тьмы лицо. И в этот миг реальность окатила меня волной леденящего ужаса. Мне показалось, что я в дурном, болезненном сне.