Закончив с самым необходимым, я занялся главным — изучением мира. Для начала зашел в интернет с телефона и пролистал новостные события: так, военные действия на Ближнем Востоке, напряженность в провинции Кашмир, экономисты прогнозируют возможный банковский кризис. Короче говоря, обычная неделя для чужан, которые смерть как любят наводить суету. Хорошо, есть у меня еще один источник. Более надежный.

Я набрал своего друга. И что мне не понравилось, ответил Костян не сразу.

— Привет!

— Здравствуй, Матвей. Давно не звонил.

Говорил друг ровно, спокойно. Даже не подколол ни разу. И это мне жутко не понравилось.

— Ты как?

— Все нормально.

— Да, блин, Костик!

Я так разозлился, что даже выплеснул хист. Не думал, что получится воздействовать на друга на таком расстоянии, но судя по всему, удалось. С той стороны трубки что-то зашуршало, а после я услышал Костяна. Моего Костяна.

— Мотя, ты где пропадал?

— Ой, если расскажу, не поверишь. Еще раз спрашиваю, как ты?

— Как-то стремно, если честно. Последние несколько дней лежим дома, смотрим телек. Ничего не охота.

У меня внутри что-то неприятно сжалось. Я ожидал, что Царь царей будет действовать более решительно — разрушать города, набирать себе паству. Оказалось, он воздействует и на чужан.

— Хорошо. Из дома не выходи, я попозже заеду. И главное — не дергайся. Все нормально.

И отключился.

— Так, нечисть, все сюда!

Явились действительно все. Даже домовой, которому, видимо, было немного одиноко. Я пересказал то, что случилось с Костяном, и вынес на повестку дня главный вопрос — что теперь делать?

— Сами по себе мы не справимся с Царем царей, — сказала лихо. — Ты же видел, что было в прошлый раз.

— Согласен. Тогда что, к воеводе?

Юния нахмурилась. Вроде бы не хотела этого, но вместе с тем понимала, что это вынужденное решение.

— Я могу все прощупать через бесов, — сказал Гриша. — Устроить небольшой симпозиум. Но мне водочка нужна.

— Ага, и ищи потом тебя неделю, — отмахнулся я. — Долго.

— А быстро только кошки родятся, — надулся бес.

— Тогда к воеводе, — сказал я. — Юния со мной, вы двое здесь. Ладно, трое, — решил я все-таки тоже отметить домового. — И присматривайте за Кусей. Я даже печатей пока вешать не буду, чтобы внимание не привлекать.

Лихо поспешно влезла в Трубку, после чего мы выбрались наружу. Я прошел несколько домов по улице, а затем вызвал такси. Нет, конечно, вряд ли Царь царей может отследить мобильник по геолокации, но вот влияние на чужан у него точно есть.

Правда, я почти вышел на общую дорогу, пока шел поиск машины. Либо у нас в Выборге жуткий ажиотаж, либо на линии полтора человека. С горем пополам мне все же назначили «Рено», а еще минут через пять она приехала.

Я сразу приказал водителю поставить мой телефон на зарядку. Хотел было придавить его хистом — мне почему-то не везло на таксистов, все норовили поговорить, но теперь вдруг остановился. Подождал минут пять, ожидая хоть какого-то вопроса, а сам внимательно наблюдал за водителем. Похоже, случай с Костяном не единственный — это чужанин тоже был словно сомнамбула. В метафизическом плане, само собой, вел он себя вполне нормально. Ладно, разберемся со временем.

Что в округе близ крепости что-то не так, стало ясно сразу. Да, туристов нет — это ладно. Сезон почти закончился, уже прохладно и сюда едут мало. Но хоть пара человек всегда пробегает? Дальше вон крутой шоколадный магазин, рядом пивнуха, там постоянно кто-нибудь трется. Да и на площади пусто, разве что только голодные чайки летают. На этих никакие хисты не действуют.

А вот когда мы добрались до входа в замок, и я не обнаружил привратников, тогда уже напрягся окончательно. Несколько стульев в приемной опрокинуты, один сломан, света нет. Все это порядком пугало. Дальше больше — никого не оказалось и в тронном зале, а герб Новгородского княжества, висящий на стене, и вовсе был сдернут.

— Сдается мне, Юния, что у нас больше нет воеводы.

Конечно, надо было прошерстить Выборг, чтобы найти уцелевших рубежников. Но первым делом я решил выяснить, что же произошло с близкими мне людьми. Поэтому направился к Костяну. Пешком. Нет, наверное, при желании можно было кого-нибудь поймать. Только попробуй сначала отстоять минут пятнадцать, прежде чем проедет залетная машина. Потому на рубежной тяге оказалось как-то надежнее.

И если честно, мой родной город пугал. Создавалось впечатление, что здесь живут сплошь пенсионеры, а по телевизору вдруг сегодня передавали (именно передавали, а не показывали) лучшие выпуски «Поле чудес». Хотя парочка прохожих мне все-таки попалась. Пусть и с такими же потерянными взглядами, словно они рассматривали на ходу альбом «Третий глаз». Это те невнятные картинки, в которые если вглядеться, то можно увидеть что-то вменяемое.

Зато двор Костяна порадовал. Двумя пьянчугами в растянутых трениках, которые всегда «охраняли» район, а чаще просто сшибали рублей двадцать. Даже гордость берет, все-таки существуют вещи, которые и нежизни не под силу изменить. Алкоголизм, например. Но, к слову, завидев меня, потомки Прометея, тоже мучившегося из-за проблем с печенью, никак не отреагировали. Раньше бы точно поприветствовали, а после попросили подлечиться. И не потому, что я доктор.

— Давай скорее, — позвал меня друг, уже открыв дверь, когда я поднимался по лестнице.

— А то что, соседи увидят? Не переживай, судя по всему, им не до этого. У меня даже дядя Степа полтинник на бутылку не стрельнул.

Костян вроде кивнул, но когда я зашел в квартиру, тут же захлопнул за мной дверь и закрыл на всевозможные засовы. Правда, не успел он успокоиться, как в замочную скважину с противоположной стороны кто-то вставил ключ. Костик в принципе никогда не отличался особой храбростью, а сейчас и вовсе с лица спал.

— Костя, блин, ты опять параноишь? — послышался голос его жены из-за двери, после бесплодных попыток попасть по месту прописки. А у них имелась одна маленькая особенность — если закрыться изнутри, то снаружи не отопрешь. — Сказала же, сейчас приду, открывай давай.

— Мотя, чего делать? — затравленно спросил друг.

— Если у тебя ЗАГС был классический, то плыть по этой жизни в лодке любви, минуя рифы невзгод. А в данном случае открыть жене. Я Олю знаю, она так или иначе все равно войдет.

— Матвей, ты там что ли? Объясни этому болезненному… — не унималась моя одноклассница.

— А если это не она? — даже не стал дослушивать супругу Костик, что делал чрезвычайно редко.

— А кто? — удивился я.

— Ну не знаю. Много там всяких же есть.

— Ох, Костян. Давай так, если нас убьют, то пусть это будет на моей совести.

Я открыл дверь и… меня даже передернуло. За последнее время довелось насмотреться на всякое, но вот картина, вставшая перед глазами, повергла в шок. На меня, нагруженная двумя тяжелыми пакетами, смотрела ненакрашенная, наспех одетая Ольга. Такого раньше вообще видеть не доводилась. Даже на совместных попойках в молодости тогда еще Костяновская девушка всегда в с утра выглядела, словно всю ночь купалась в огуречном скрабе.

— Матвей, ты чего не предупредил, что придешь? — нахмурилась она. — А, погоди, это ты звонил? Теперь хотя бы все встало на свои места. После тебя этот, — она указала на Костика, — весь дерганный.

— А прежде был вареный, — решил я, что пора вступать в схватку, которая уже почти закончилась.

— И что? Всем хорошо, — унесла Ольга пакеты на кухню, сразу юркнув в ванную. Явно, чтобы привести себя в порядок. Правда, разговаривать не перестала. — Никаких этих отмазок вроде: «Мне надо срочно на объект» в девять часов вечера. Сидит тихонечко, смотрит телевизор.

— Ага, замечательный муж, если ему шестьдесят, — хмыкнул я. — Погоди, тут все понятно, а почему ты не в спящем режиме?

— Не знаю, — пожала плечами Ольга. — Нет, один день все время сонная ходила, а потом нормально. Да у нас многие, вон дядя Степа с Леней во дворе сидят, тетя Маша на кассе в магазине. Правда, единственная.