— Понимаю, — кивнул я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Очень здорово. Свежий воздух. Я вот тоже люблю прогуляться. Как только полиция приедет и отыщет машину, я с удовольствием пройдусь. У своего отеля.

Я сделал ударение на «полиция», надеясь, что это его хоть немного охладит. Но он лишь фыркнул. Понял, что я не местный и начал гнуть свою линию дальше.

— Полиция тут не скоро бывает, мистер Бизнес. У них дела поважнее. Какая-то машина пропала… да они завтра только заявление примут.

— О, в этом я не сомневаюсь, — поспешно согласился я. — У них работа нервная. Но я уже позвонил. Обещали, что летят. Так что, наверное, скоро будут. Наверное.

Я украдкой взглянул на дверь, мысленно умоляя, чтобы первые же фары, мелькнувшие за стеклом, оказались копами.

Хмырёныш шагнул еще на полшага ближе, сократив дистанцию до интимной. Фу, ну и вонища изо рта… он вообще знает, что есть на свете зубной порошок?

— А может, они и не приедут? — прошептал он с притворным сочувствием. — И вам придется топать пешком. А ночь, она темная. Всякое может случиться с белым бизнесменом в темноте. Кошелек, например, потерять. Или здоровье.

Мое сердце должно уйти в пятки. Он явно вел дело к тому, чтобы обыскать меня до приезда полиции. А это был бы полный провал. В кармане лежали не только наличные, но и кое-какие бумажки, которые никак не вязались с образом просто ограбленного предпринимателя.

Нужно было тянуть время. Любой ценой.

— Знаете, вы абсолютно прав насчет здоровья, — сказал я, внезапно оживившись и хлопнув себя по лбу. — Изжога! Стоит понервничать — и все, привет. А у вас, случайно, не найдется что-нибудь от изжоги? Я готов купить. Ренни, Маалокс… что угодно! — Я обернулся к продавцу, который наблюдал за нашей беседой с туповатым интересом. — Джордж, у вас есть что-нибудь для несварения?

Джордж медленно перевел взгляд с меня на хмырёныша, потом обратно.

— Есть «Пепто-Бисмол», — мрачно буркнул он. — В проходе с лекарствами.

— Отлично! — воскликнул я с наигранной радостью. — Я сейчас, одну секунду!

Я резко развернулся и зашагал вглубь магазина, оставив хмырёныша в легком ступоре. Это был рискованный ход — повернуться к нему спиной. Но он давал мне несколько драгоценных секунд, а я менял сценарий. Теперь я был не жертвой, которую загоняют в угол, а чудаковатым белым, озабоченным своим желудком.

Я слышал его тяжелые шаги за спиной.

— Эй, мистер, мы тут не закончили…

— Одну минуту! — бросил я через плечо, лихорадочно озирая полки. — Вот же он, розовый такой! — я схватил бутылёк с противной розовой жидкостью, которую терпеть не мог, и пошел к кассе. — Спасаете мне жизнь, Джордж, честное слово.

Я поставил бутылку на стойку и начал копаться в карманах, делая вид, что ищу кошелек, который, как он думал, у меня все еще был. Ну не мог же этот парнишка стырить кошель и сделать это так, чтобы я не заметил. Не такой уж он крутой

В этот момент за стеклом двери мелькнул луч фар, и на парковку, разрезая ночь двумя яркими прожекторами, плавно заехал чёрный седан.

Облегчение ударило в голову, как стакан виски на пустой желудок. Те, кого я ждал.

Хмырёныш замер, его поза мгновенно сменилась с агрессивной на настороженную. Он медленно отступил на шаг, его рука сама собой убралась от рукояти пистолета.

— Это свои! Это братья! — ухмыльнулся продавец, рассмотрев тех, кто вышел из машины.

После этого продавец тренированным движением вытащил из-под прилавка дробовик и с улыбкой направил на меня.

— Да? Свои? Тогда можно. Гони бабки, снежок! Давай сюда свой лопатник и не выёживайся, если не хочешь получить маслину в дурную башку! — хмырёныш не стал больше играть, сменил маску разводилы на более привычную маску грабителя.

Его чёрный пистолет смотрел на меня неприветливым чёрным зрачком. Малоприятный взгляд, скажу я вам.

— Что? Что вы хотите сделать? У меня и так украли машину, — плаксивым голосом затянул я, вытаскивая кошелёк из кармана. — А теперь ещё и последние деньги хотите забрать!

Дверь распахнулась с легким звонком, и в магазин вошли двое. Двое афроамериканцев в тёмной одежде. Не в полицейской форме.

Хмырёныш, не глядя, махнул в их сторону пистолетом.

— Эй, братва, не мешайтесь! Разбираем белого толстосума, нашему пастору на новую машину! — буркнул он, думая, что свои пришли.

Старший из вошедших, Майлз, человек с лицом, высеченным из черного гранита, медленно повернул голову в его сторону. Его глаза, холодные и пустые, скользнули по пистолету, потом по лицу парня.

— Убери эту херню, — тихо сказал Майлз. Тишина в магазине сделала его слова громче любого крика.

Хмырёныш на секунду опешил, но наглость перевесила.

— Слышь, папочка, я тут…

Он не договорил. Второй мой знакомый, Лерой, двинулся с места с поразительной для его габаритов скоростью. Он просто нанес короткий, хлесткий удар ребром ладони по руке хмырёныша. Раздался сухой хруст, будто ветка сломалась. Пистолет с грохотом упал на пол. Парень завыл, схватился за сломанную конечность.

— Вы что делаете⁈ — взвизгнул Джордж за стойкой. — Мы же свои! Мы же братья!

Майлз, не меняя выражения лица, достал из-под пиджака пистолет с глушителем. Такой пистолет не был похож на полицейское оружие.

— Мы ничьи, — произнес Майлз и выстрелил.

Первый выстрел пришелся Джорджу прямо в лоб. Звук был глухим, приглушенным, как стук книги, упавшей на ковер. Тело продавца осело за стойкой, смахнув с полок пачки сигарет и жвачки.

Хмырёныш, зажимая сломанную руку, с ужасом смотрел на Майлза, его мозг отказывался понимать происходящее. Он попятился, ударился спиной о стойку с комиксами, и сисятая красотка с обложки затрепетала на его груди. Как будто пыталась прикрыть собой засранца.

— Нет… пожалуйста… — простонал он.

Майлз выстрелил ему в грудь. Дважды. Тело сползло на пол, оставляя на стойке кровавый мазок. Красотка не смогла задержать пули.

В магазине воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом холодильника с газировкой. Пахло порохом, кровью и жвачкой.

Я вздохнул, с отвращением глядя на кровавую лужу, медленно растекающуюся по грязному полу.

— Это было совершенно излишне, Майлз. Я бы и сам справился.

Майлз невозмутимо вставил новый магазин в свою «Хеклер унд Кох».

— Ты слишком долго возишься, Генри. Мы теряем время. И он, — Майлз кивнул на тело продавца, — видел наши лица. И слышал, как ты звонил «копам». Так что это просто меры предосторожности.

— Я звонил вам, — поправил я, с отвращением отшвыривая ногой упавший пистолет. — И он принял вас за своих. План работал.

— План изменился, — отрезал Лерой, обыскивая тело Джорджа. — Убираемся. Машина ждет на стоянке.

Я бросил последний взгляд на двух мертвецов.

Эх, изжога. Теперь она точно будет. Всю дорогу до самого отеля. Да и на бутыльке могли остаться мои отпечатки. Так что буду гасить изжогу «Пепто-Бисмолом».

— Ладно, — хмыкнул я. — Везите меня в гостиницу. Так и быть, разрешаю…

— А что с машиной? Надо найти? Твой «Бьюик» тяжеловато будет спрятать в этой дыре.

— Нет, искать не нужно, — помотал я головой. — Ну её на хрен. Всё равно она на чужое имя зарегистрирована, так что только головной боли себе добавим. Пусть это будет местным плата за два трупа.

— Слишком щедрая плата, — хмыкнул Лерой. — За такую машину десяток подобного отребья следовало бы завалить.

— Генри, не успел тебе сказать — нам позвонила Лана. Она сейчас в городе. Сказала, что очень жаждет с тобой встречи, — ухмыльнулся Майлз.

Лана в городе? Так быстро? Ну ничего себе! Вот это даёт деваха!

— Тогда к Лане. И да, тут у меня покупки, — я поднял пакеты. — Надеюсь, что она сможет что-нибудь сварганить на ужин. Проголодался я чего-то…

Мы вышли через черный ход, оставив за собой тихий магазин с его молчаливыми свидетелями. Черный седан терпеливо ждал своих хозяев, двигатель работал на холостых ходах. Я забрался на заднее сиденье, поставив пакеты с чипсами и пивом себе на колени. Лерой сел за руль, Майлз — на пассажирское.