Давшая же отбой Катерина сурово посмотрела на парня.

— Решение принято, — объявила она. — Альтернатива… тебе не понравится.

Волконский глянул на целительницу. Маловероятно, но вдруг она, дававшая клятву Гиппократа, захочет спасти его.

— Наш господин ни за что не подведет! — состроила счастливые глазки та.

В голосе звучало восхищенное придыхание, словно Павел собирался пойти сразить дракона. И непременно в ее честь.

— Вопрос с транспортом я решу, — доложила Катерина, уже отдавшая соответствующие команды.

Несколько секунд клановец размышлял. Цесаревич сделал неслыханный подарок: целую неделю на подготовку. До этого времени работать будут лишь отдельные группы наблюдателей, усиленные людьми государевыми и такой аппаратурой, что кое у кого глаза на лоб полезли.

В том числе и Павла.

Да, большую часть времени придется посвятить решению текущих и поднакопившихся вопросов. Но уж один вечер он может себе позволить, верно? Тем более, Катерина уже обо всем договорилась. И Леночка одобрила в смысле: «то, что доктор прописал!».

— Хорошо, — решил клановец, все же заметив неподалеку кафе, чья вывеска обещала, что напиток с собой он взять сможет. — Тогда цель определена!

Спутницы кивнули.

Отказываться от «черного зелья» не думал никто.

И насладиться им стоило до того момента, как Кирилл сделает внушительный круг и не вернется за ними.

В общем, следовало поторопиться. Ведь сегодня ему предстоял еще один бой плечом к плечу со своими друзьями.

Уже через пару минут молодой человек сжал пальцами стаканчик с кофе.

Аудиенция у цесаревича оставила в душе Павла странный осадок — не горечь, а скорее холодную ясность. «Я возьму ответственность на себя. За любое решение.». Эти слова были и щитом, и мечом, и петлей на шее. Долгорукий не просто давал карт-бланш, он проверял, способен ли его «инструмент»-опричник сам принимать решения, за которые потом придется отвечать «прибору»-господину. Стратегическая глубина этой игры вызывала одновременно уважение и легкую тошноту. Волконский поймал себя на мысли, что завидовал простоте задачи у Лю Фэна: враг понятен, ультиматум четок. Здесь же приходилось балансировать на лезвии между долгом, целесообразностью и интересами людей, каждый из которых считал себя вправе иметь свои ожидания. Он сделал еще глоток кофе, позволив горьковатому привкусу на мгновение заглушить этот внутренний шум. Одна задача за раз. Сначала — друзья. Потом — война.

Глава 17

«Неплохо работают!».

Виктор прищурился, оценивая довольно толковое размещение гвардейцев.

Старший сын Анатолия Георгиевича откинулся на спинку водительского сидения служебной машины и принялся изучать место «случайной» встречи.

— Работать придется быстро, — решил он.

Офицер Гром сильно сомневался, что у него будет больше нескольких секунд, пока «цель» преодолеет расстояние от телецентра до уже готового сорваться с места вполне представительского седана.

Да, пока длинная хищная машина еще поджидает «хозяйку» в чуть в стороне, гоняя двигатель на холостых оборотах. Однако опыт водителей-телохранителей мужчина уже успел оценить.

И готов был предсказать их действия.

— Как же тебя подловить? — мысленно поинтересовался он сам у себя.

Привычка проговаривать вслух детали операции появилась у него еще в те года, когда плечи украшали курсантские погоны. Виктор долго избавлялся от нее. И даже почти справился. Но наедине с самим собой «разговор с собой» до сих пор оставался лучшим способом привести мысли в порядок.

— Да не-е-ет, — вздохнул Волконский, покачав головой (пока никто не видит — можно!).

Первой из здания вышла… Анна Архипова в сопровождении приятной очень коротко стриженной девицы со смутно знакомым лицом.

К машинам они не спешили. Замерли у входа под прикрытием «навеса» второго этажа. Охрана брата чуть сместилась, купируя возможные угрозы, но в целом беседе не мешала.

— Хорошо работают, — еще раз оценил офицер.

Двери распахнулись и под лучи теплого солнышка вышла «цель».

Машина, рванувшая за несколько секунд до ее выхода на улицу, рванула с места и, повинуясь знаку девицы, остановилась возле беседующих Анны и ее спутницы.

Охрана вновь поменяла конфигурацию.

Виктор рассматривал бывшую наследницу Юсуповых, которой из-за этого статуса в родном клане пришлось очень нелегко.

Именно сейчас Виктория меньше всего напоминала «небожительницу». Волосы ее были чуть заметно растрепаны, тут же подхватившим темные локоны ветерком, а на лице играла… улыбка⁈ Да не скованная и как будто чуть смущающаяся, что украшала лик Архиповой (Что⁈). «Уралочка» искренне наслаждалась днем и стаканчиком кофе из расположенного на первом этаже телецентра «Империя» кафе.

«Мышкина!» — наконец вспомнил лицо коротко стриженной девицы Волконский.

— Немыслимо, — покачал головой он.

Три клановки стоят возле входа, и о чем-то беседуют. А уж вполне себе живые улыбки… И это он себя считал бунтарем, возглавившим не самое элитное, но крайне эффективное подразделение?

— Немыслимо, — повторил Виктор.

Но тут же решил, что зрелище столь же невозможно, как наследник Великого клана, поджидающий свою «цель» в машине.

— Сходить с ума так по полной, — решил он, открывая дверь.

Охрана его заметила. И, к некоторому неудовольствию клановца, уже, похоже, давно. Часть гвардейцев проводили его взглядами и… тут же вернулись к наблюдениям за четко разграниченными секторами.

— Решился-таки, — донес до него ветер голос «уралочки», тут же запившей свои слова глотком кофе.

Собеседницы отреагировали по-разному.

Лицо Анны словно замерзло. Первой реакцией Архиповой стала примерка «клановой масочки», броней защищающей «небожителей» от внешнего мира. Однако она все-таки расслабилась.

— Это третий, да? — с интересом новорожденного котенка уточнила вполне себе милая девушка с короткими волосами.

И да, Мышкины кланом были новым. Но и для них такая… легкость — не совсем понятна. Создавалось ощущение, что Александра, стоило им обрести статус вассала Ветви брата, просто отбросила сковывавший ее с самого детства этикет, и теперь наслаждавшаяся обретенной свободой.

— Виктор Волконский, — коротко представила Виктория, едва мужчина остановился в двух шагах от беседующей компании. — Старший брат Павла Анатольевича.

Анна кивнула со странным выражением лица. Она пока не до конца определилась со своим отношением к этому человеку.

Мышкина заинтересованно рассматривала офицера, впервые за долгое время выбравшего для выхода «в город» приличный темный костюм.

Сама же «уралочка», ничуть того не скрывая, состроила умильно-вопросительную физиономию. Мол, чего пришел.

— Рад приветствовать, дамы, — нашелся на миг растерявший Виктор, чуть склонив голову.

«Не знаешь, как поступить — действуй по этикету!» — решил он.

Девушки отреагировали мгновенно. Иные вещи вбивались на подкорку. Троица тут же подобралась и поприветствовали очередного Волконского вполне себе протокольным образом и…

Виктору это не понравилось. В одно мгновение весь налет жизни и веселье с их лиц смыло «ритуальными масочками».

Все-таки будь ты хоть сто раз бунтарем, но на определенные вещи мозг и тело реагирует автоматически.

Впрочем, клановки тут же начали «оттаивать».

— Ты ко мне? — запросто спросила Виктория, первой вернувшая душевное равновесие.

— Да, госпожа, — коротко поклонился офицер.

И… ничего. Девушка не дала себя вновь загнать в рамки этикета.

— Даже без цветов! — покачала она головой, окинув Виктора задумчивым взглядом.

— И без сладкого! — притворно вздохнула Мышкина.

Хотя по ее идеальной спортивной фигуре вообще нельзя было сказать, что она когда-либо пробовала хоть что-то содержащее сахар.

— А я в тебя верила… — «расстроилась» Анна на правах старой подруги.

Пусть и с нюансами.