— Доложи, — предложил он. — Пусть наследник сам решает, как именно поступить.

Сам Павел видел несколько вариантов оперативной игры, способной дать «кончики ниточек» к очень интересным фигурантам. Но клановец прекрасно понимал, что в этом случае его кругозор довольно узок.

Потопить судно? Да, пожалуйста. Одна команда, и очередной контейнеровоз не дойдет до порта назначения. Но это ли лучший вариант?

— Сделаю, — кивнула Мышь.

Волконский вздохнул, окинув взглядом опустевшую «кают-компанию». На несколько секунд задержался на отвернутой к стене доске, на которой висели распечатанные фотографии Цзинь Вэй, и покачал головой.

Этот вопрос нужно как-то будет решать. Да, едва они начнут активные действия, Лю Фэн не сразу отдаст соответствующий приказ. Просто потому, что одновременно решать два вопроса: «Кто виноват?» и «Что делать?» невозможно.

Однако как только ситуация стабилизируется, логика событий подтолкнет его к жестким решениям. И противопоставить этому у клановца пока нечего.

— И что надумал? — поинтересовалась Настя, прекрасно поняв затруднения коллеги.

— Варианты есть всегда, — пожал плечами Павел.

Правда, не стал уточнять, что большинство из них неприемлемы. Например, он просто не может собрать манатки и сбежать из региона.

Сюзерен не поймет.

— Тогда, может быть…

— Насть, — перебил молодой человек, прекрасно понимая, что решения нет и у канцеляристки, и сейчас она просто будет набрасывать варианты.

Девушка сбилась. Затем, подумав секунду, кивнула. К чему воздух гонять зря?

— Необычно видеть, — улыбнулся парень, бросив взгляд на пуговичку под воротником девушки.

Против обычного, застегнутую.

Ярковолосая красотка хмыкнула.

Ловкие пальчики быстро пробежались по пуговкам, расстёгивая темную плотную рубашку до диафрагмы.

— Так приятнее? — улыбнулась она.

Клановец несколько секунд наслаждался «приоткрывшимся» зрелищем.

От медитативного занятия его оторвала открывшаяся дверь.

— Заряжаешься эндорфинами? — поинтересовалась без всякой ревности в голосе Катерина.

Она прекрасно знала, когда можно подпустить чуть «перчика» в их отношения, в том числе и с помощью небольших доз ревности, а когда подобные методы стоит оставить на будущее.

— Что-то вроде того, — раздался ответ.

Ни Павел, ни его ярковолосая собеседница не пошевелились.

— Значит, пора спать, господин, — улыбнувшись, констатировала Катерина таким тоном, что у ее сюзерена мысли мгновенно перескочили в «нужное русло».

Секретарь в пару шагов приблизилась и, буквально за руку подхватив клановца, потащила его в комнату.

Вот только светил ему лишь массаж (исключительно медицинский), чашка травяного чая и сон до утра.

Катерина прекрасно понимала, когда собственные желания нужно отложить до более удачного момента.

Глава 13

— Благодарю за ваше время.

Формулировка была традиционной. Пресс-секретарь императора граф Белов заканчивал оной каждое свое выступление.

Зал зашумел. Поспешили на выход первые ряды, сплошь состоящие из представителей СМИ и пресс-секретарей рангом пониже.

Люди действительно серьезные, от которых зависела зачастую судьба империи, расположились в удобных креслах балкона. И, в отличие от суеты внизу, здесь царила тишина и благолепие. Никто не спешил вскакивать с мест. Большинство обдумывали слова графа. Ведь каждый услышал в его выступлении по разумению своему: люди «несведущие» — просто ежемесячный доклад императорского кабинета, а вот «пассажиры» кресел… по-разному.

Пресс-секретарь Долгорукого человеком был серьезным. И каждое его слово весило тонну. В смысловом выражении. А уж сколько подтекста и контекста можно найти даже в самой простой на первый взгляд фразе…

— Интересное выступление, — негромко прокомментировал Глава Архиповых, покачав головой.

За сухими словами скрывалась серьезная задумчивость. Если Ярослав Романович правильно оценил «намеки» главы информационной службы самодержца, император явно давал понять, что вольница кланов — это, конечно, хорошо. Но рамки видеть нужно. И кто-то уже всерьез за них вышел…

… И, зная характер властителя империи, можно было предположить, что совсем скоро Долгорукие начнут напоминать, что такое страх и почему именно их Род возглавил государство.

— Более чем, — согласился откинувшийся в очень похожей задумчивости на спинку кресла Анатолий Георгиевич.

Именно ему сегодня выпало представлять Волконских на этом мероприятии.

Итак, император решил напомнить, кто в доме хозяин. Об этом прямо-таки кричал ряд, казалось бы, несвязанных между собой решений, выпущенных кабинетом монарха. Да и иные «оговорки» его пресс-секретаря, что никогда не станут… очевидны «широкой общественности», произвели среди собравшихся на балконе эффект разорвавшейся бомбы.

Из тех, кто понял.

Дмитрий Долгорукий человеком был крайне практичным. И всегда заранее предупреждал об изменении «правил игры». Самые сообразительные получали время подстроиться. Следующим шагом люди государевы демонстративно брали за жабры кого-нибудь «особо непонимающего». Третьим тактом шла зачистка тех, кто не вписался в новую нормальность.

Обычная и вполне разумная практика.

Архипов больше не произнес ни слова. Лишь кивнул на прощание и направился в сторону выхода.

«А ведь эти ничего не услышали в словах Белова.» — мысленно покачал головой Волконский, окинув взглядом «коллег». Удивительно, но девяносто девять процентов, собравшихся ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, не понимали, откуда и зачем именно пошла традиция присутствия представителей кланов на ежемесячном докладе.

Таким образом, самодержец общался с элитой империи.

— Почему нет, — едва слышно выдохнул себе под нос Анатолий Георгиевич.

Он уже много десятилетий не был тем благодушным ребенком, что готов был с легкостью порвать губу о крючок под название «Свобода». И да, он считал вполне нормальной и сбалансированной систему, когда рост возможностей компенсировался «сложностью» их применения. И да, заместитель Главы был вполне за понятную и прогнозируемую систему правил, даже если она ограничивала его самого.

«Нужно обсудить с братом.» — решил он, поднимаясь с кресла.

— Анатолий Георгиевич, здравствуйте.

Волконский обернулся.

К нему спешил глава Палаты независимых торговцев.

Господин Кирсанов был упитан, круглощёк и, судя по его виду, совершенно не понял, ЧТО именно было произнесено только что в зале заседаний Кремля.

«Его проблемы.» — коротко оценил мужчина.

А еще ему совершенно не по чину было так запросто окликать второго человека Великого клана.

— И вам здравия…

Можно было бы пройти мимо. И даже не задумываться. Но Анатолий Георгиевич спеси «небожителей» предпочитал прагматизм. Уж лучше потратить пару минут сейчас, чтобы разобраться, какое такое чудо заставило Кирсанова ТАК поверить в себя, чем позже получить уже разросшийся ком проблем.

— Ян Антонович, — тут же с готовностью напомнил «торговик».

«Не самая важная информация.».

— Ян Антонович, — повторил Волконский.

Судя по самоуверенному виду будущего собеседника, это имя Анатолию Георгиевичу все-таки придется на какое-то время запомнить. Так могла бы выглядеть болонка, рискнувшая раззявить пасть на питбуля только потому, что чувствует на шее сжатой рукой хозяина поводок.

— Не буду отнимать ваше время, — констатировал «торговик». — Поэтому перейду к делу. От лица Палаты вынужден сообщить, что членов нашей организации смущает усиление роли Волконских в Приуралье.

Второй человек Великого клана без всяких эмоций рассматривал собеседника. Фактически заместитель Главы только что выслушал ультиматум. Вызов, а это был именно он, поступил от главы довольно… незначительной организации. Однако «болонку» хоть и потряхивало от адреналина, но речь звучала уверенно. Настолько, что заместителю Главы стало действительно интересно, что именно за рука удерживает «ошейник» этой мелкой су… собачки.