Наши лучники, расставленные на стенах, натянули тетивы. Я подождал ещё несколько секунд, оценивая скорость приближения противника. Опыт подсказывал — слишком ранний обстрел потратит стрелы впустую, слишком поздний не остановит атаку.

— Огонь!

Тетива затрещала, как град по крыше. Сотни стрел взмыли в воздух и обрушились на передние ряды атакующих. Результат был впечатляющим — первая волна противника дрогнула, десятки воинов упали, поражённые в грудь и голову. Но остальные не остановились. Они перепрыгивали через тела павших товарищей и продолжали бежать к стенам.

— Вторая волна! — крикнул я. — Цель — знаменосцы и офицеры!

Следующий залп был более прицельным. Наши лучники целились в командиров и знаменосцев, пытаясь нарушить управление атакой. Несколько знамён упали, но новые воины тут же подхватывали их и продолжали наступление.

Противник приближался с пугающей быстротой. Уже были видны лица нападавших — загорелые, искажённые боевой яростью, с татуировками и шрамами. Многие были вооружены не хуже наших легионеров: хорошие мечи, крепкие щиты, даже кольчуги на некоторых.

— Магическая поддержка! — крикнул я старшему боевому магу Луцию. — Огненные шары в плотные группы!

Несколько огненных сфер взорвались среди атакующих, создавая проплешины в их рядах. Но эффект был скорее психологическим — основная масса продолжала наступление. А когда противник приблизился на сотню шагов, стало ясно, что атакующие несут штурмовое снаряжение.

Длинные лестницы, которые несли группы по восемь человек. Переносные тараны под защитными навесами. Даже примитивные осадные башни на колёсах, которые тащили десятки воинов. Это была не спонтанная атака варваров — это было организованное наступление армии.

— Готовить кипящее масло! — закричал я. — Камни к бойницам! Копейщики — к зубцам!

Последние сто шагов атакующие прошли под градом стрел, камней и магических снарядов. Наши баллисты стреляли тяжёлыми болтами прямой наводкой, пробивая щиты насквозь. Катапульты забрасывали плотные группы камнями. Но противник продолжал наступление, оставляя за собой дорожку из тел.

Когда первые лестницы коснулись стен, я понял — настоящая битва только начинается.

Восточная стена превратилась в ад в течение нескольких минут. Противник одновременно применил три осадные башни и более двадцати штурмовых лестниц, создав невероятное давление на этот участок обороны.

Я лично возглавил оборону восточной стены, понимая, что здесь решается судьба всей крепости. Если противник прорвётся здесь, он получит доступ к внутренним дворам и сможет атаковать остальные стены с тыла.

Первая осадная башня приблизилась к стене под прикрытием лучников, которые обстреливали наши позиции с её верхних площадок. Конструкция была примитивной, но эффективной — деревянный каркас на колёсах, обшитый сырыми шкурами для защиты от огненных стрел.

— Баллистой по башне! — крикнул я расчёту справа от меня. — Целиться в основание!

Тяжёлый болт пробил деревянную обшивку, но башня продолжала движение. Противник явно учёл возможность таких атак и усилил конструкцию.

Между тем к стене прислонились первые лестницы. Длинные, около четырнадцати футов, сделанные из крепкого дерева и обитые железными полосами. По каждой карабкались воины с мечами в зубах и щитами за спиной.

— Сбрасывать лестницы! — рявкнул центурион Гай, командовавший этим участком. — Длинными шестами!

Наши легионеры применили классический приём — толкали лестницы от стены специальными шестами с железными наконечниками. Первые две лестницы упали вместе с карабкавшимися по ним воинами. Но на их место немедленно поставили новые.

Проблема была в том, что противник атаковал одновременно на слишком широком фронте. У нас не хватало людей для контроля всех лестниц. А тем временем первая осадная башня приблизилась к стене на расстояние броска камня.

— Кипящее масло! — крикнул я. — По башне!

Котёл с кипящим маслом опрокинули на приближающуюся конструкцию. Деревянные части вспыхнули, несмотря на сырые шкуры. Крики обожжённых воинов заглушили боевые кличи, а башня остановилась в двадцати шагах от стены.

Но вторая башня продолжала приближение с севера, и её лучники уже начали прицельную стрельбу по нашим защитникам. Один из наших лучников рухнул рядом со мной, поражённый стрелой в грудь.

— Прикрытие! — крикнул я. — Щиты вверх!

В этот момент первый вражеский воин достиг зубцов стены по одной из лестниц. Это был огромный бородач с топором, который с рёвом бросился на ближайшего легионера. Завязалась рукопашная схватка прямо на узкой стене.

Я выхватил меч и ринулся на помощь. Бородач уже убил одного легионера и сражался с двумя другими. Его топор рассекал воздух со страшным свистом, заставляя наших отступать.

Применив навыки ближнего боя, я атаковал противника сбоку, пока он был занят фронтальными противниками. Быстрый удар в почки под нижним краем кольчуги — и бородач рухнул, истекая кровью.

Но на его место уже карабкались новые враги. По соседней лестнице поднимались ещё трое. А вторая осадная башня приблизилась настолько, что её штурмовой мостик мог достать до стены.

— Отойти от края! — крикнул я, видя, как мостик начинает опускаться.

Тяжёлая деревянная платформа со скрежетом опустилась на зубцы стены. И тут же по ней хлынули вражеские воины — дюжина отборных бойцов с мечами и щитами.

Завязался ожесточённый бой на узком пространстве стены. Противник получил плацдарм на наших укреплениях, и его нужно было ликвидировать любой ценой. Иначе через этот участок прорвётся вся атака.

— Ко мне! — рявкнул я, размахивая мечом. — Всех резервов сюда!

Бой на стене превратился в кровавую мясорубку, где каждый квадратный фут камня оспаривался с мечом в руке. Противник сумел закрепиться на участке длиной около тридцати шагов, и теперь наша задача состояла в том, чтобы сбросить их обратно.

Я сражался в первых рядах, используя весь арсенал навыков. Меч в правой руке, кинжал в левой, магия для усиления реакции и скорости. Противники падали один за другим, но на их место приходили новые.

Враг справа замахнулся топором — я пригнулся, пропустил удар над головой и вонзил меч ему в живот. Слева появился копейщик — блок кинжалом, удар рукоятью в лицо, добивающий удар мечом в шею. Третий противник попытался атаковать сзади — быстрый разворот и удар в спину.

— Магическая поддержка! — крикнул я старшему магу. — Огненная стена между нами и башней!

Луций кивнул и начал плести заклинание. Через несколько секунд между нашей группой и осадной башней вспыхнула стена огня высотой в рост человека. Подкрепления противника больше не могли пройти по мостику.

Но те, кто уже прорвался на стену, сражались с отчаянием обречённых. Это были отборные воины «Серого Командира» — высокие, мускулистые мужчины с множественными шрамами и татуировками. Каждый стоил троих обычных бойцов.

Центурион Гай Молодой сражался рядом со мной, прикрывая левый фланг. Его меч работал с механической точностью — удар, парирование, контратака, снова удар. Рядом с ним билась дюжина лучших легионеров центурии.

— Держать строй! — кричал Гай между ударами. — Не давать им расшириться!

Мы медленно, шаг за шагом, начали теснить противника обратно к краю стены. Но враги сопротивлялись яростно. Один из них, огромный рыжебородый воин с двуручным мечом, в одиночку сдерживал четверых наших легионеров.

Я решил взять его на себя. Быстро переместился в его сторону. Рыжебородый заметил манёвр и развернулся ко мне, занеся двуручный меч для смертельного удара.

Я уклонился от удара, проскользнув под клинком, и попытался поразить противника в корпус. Но он оказался быстрее, чем выглядел — отскочил назад и нанёс обратный удар рукоятью меча. Удар пришёлся по левому плечу, и я почувствовал, как немеет рука.

Рыжебородый усмехнулся и снова атаковал, на этот раз сверху вниз. Я парировал мечом, но сила удара заставила меня опуститься на одно колено. Противник попытался добить меня, но тут сбоку на него набросился центурион Гай.