— Есть! — закричали защитники на стенах. — Горит!

Но радоваться было рано. Вторая башня находилась достаточно далеко, чтобы огонь не перекинулся на неё. А противник уже тушил пожар, заливая башню водой из вёдер.

— По второй башне! — приказал я. — Быстро, пока не потушили первую!

Залп из четырёх катапульт накрыл вторую цель. Два горшка попали точно в деревянные стены, третий разбился о защитный навес, четвёртый пролетел мимо.

Башня вспыхнула ещё ярче первой. Сухое дерево, пропитанное смолой для водонепроницаемости, горело как порох. Через полчаса от обеих башен остались только обугленные остовы.

— Отличная работа! — похвалил я артиллеристов. — Вы только что сэкономили нам неделю осады.

Противник лишился двух важнейших машин для штурма стен. Без осадных башен взять крепость становилось гораздо сложнее. Но я знал — враг найдёт другие способы. Война машин только началась.

Шестой день осады завершался под грохот артиллерийских орудий. Я стоял на разрушенной стене, осматривая результаты войны машин. Крепость понесла серьёзные повреждения, но выстояла. Противник лишился значительной части осадной техники, но сохранил способность к дальнейшим атакам.

— Что дальше? — спросил подошедший легат Валерий.

— Они попробуют другие методы, — ответил я, не отрывая взгляда от вражеского лагеря. — Осадные башни не сработали, массированный артобстрел тоже. Значит, будут искать иные способы.

— Какие?

Я помолчал, размышляя над тактикой противника. «Серый Командир» оказался серьёзным противником, способным учиться на ошибках и адаптироваться к изменившимся условиям.

— Магия, — сказал я наконец. — Следующим шагом будет магическая атака. У них наверняка есть боевые маги.

Валерий нахмурился. Магическая война была самым непредсказуемым видом конфликта, где исход мог решиться одним удачным заклинанием.

— Готов ли ты к этому?

— Готов, — уверенно ответил я. — У нас есть Олдрис и ещё несколько хороших магов. И я восстановил большую часть способностей.

Но в глубине души я понимал — магическая война будет гораздо опаснее, чем война машин. Против камней и стрел можно построить защиту. Против магии нужно полагаться на собственное мастерство и удачу.

За вражескими валами уже зажигались костры, освещая фигуры в тёмных одеждах. Маги противника готовились к новой фазе осады. И мне предстояло встретить их во всеоружии.

Новый день осады начался дурным предзнаменованием, чёрные птицы кружили над лагерем противника, каркая на непонятном языке. Стоя на стене центральной башни и изучая движение во вражеском стане через подзорную трубу, я ощутил странное давление в воздухе. Словно перед грозой атмосферное давление резко упало, но небо оставалось ясным.

— Что-то не так, — пробормотал я, поправляя фокус трубы.

Магические защиты крепости мягко завибрировали, словно струна, тронутая невидимой рукой. Я обернулся к старому Олдрису, который поднялся ко мне на башню с обеспокоенным видом.

— Чувствуете? — спросил наставник, морща изборождённое морщинами лицо. — В воздухе витает тьма. Не обычная темнота ночи, а нечто гораздо более зловещее.

Я снова поднёс трубу к глазу и замер. Вдалеке, по дороге из пустошей, двигалась небольшая процессия, не более десятка всадников, но от них исходило почти осязаемое ощущение опасности. Впереди ехал человек в длинном чёрном плаще, капюшон которого скрывал лицо. Даже на расстоянии было видно, как трава вянет под копытами его коня.

— Моргрим, — прошептал Олдрис, побледнев. — Моргрим Душепожиратель идёт к ним на помощь.

Я повернулся к наставнику:

— Кто это? Судя по вашему тону, ничего хорошего.

— Один из самых могущественных практиков тёмной магии в известном мире, — ответил старый маг, не отводя взгляда от приближающейся фигуры. — Говорят, он изучал запрещённые искусства в проклятых землях за Великим морем. Его появление здесь означает только одно — «Серый Командир» решил покончить с нашим сопротивлением.

Фигура в чёрном плаще остановилась перед лагерем противника. Даже на таком расстоянии я почувствовал, как воздух стал тяжелее. Птицы, кружившие над полем боя, вдруг замолкли и начали падать замертво. Лошади в лагере врага заржали от страха, а некоторые воины попятились от прибывшего.

— Его аура смерти, — пояснил Олдрис. — Всё живое чувствует приближение этого чудовища. Лекс, нам нужно немедленно усилить магические защиты крепости. То, что идёт к нам, невозможно остановить обычным оружием.

Моргрим снял капюшон, обнажив мертвенно-бледное лицо с провалившимися щеками и глазами цвета запёкшейся крови. Даже через подзорную трубу было видно, что это создание едва ли можно назвать человеком. Кожа имела сероватый оттенок, словно у трупа, а длинные чёрные волосы развевались при полном безветрии.

«Серый Командир» лично вышел встречать прибывшего мага, но даже закалённый в боях военачальник держался от Моргрима на почтительном расстоянии. Их разговор был коротким — магу указали на крепость, он кивнул, и началось возведение шатра в центре лагеря.

— Сколько у нас времени? — спросил я, опуская трубу.

— Часы, — мрачно ответил Олдрис. — Может быть, день, если он решит подготовиться к большому ритуалу. Но не больше. Моргрим не привык ждать.

Я посмотрел на крепость — мою крепость, которую готовил к обороне месяцами. Высокие стены, улучшенные орудия, хорошо обученные солдаты, запасы на полгода… Всё это могло стать бесполезным против противника, воюющего не сталью, а силами самой тьмы.

— Тогда нам нужно подготовиться, — решительно сказал я. — Соберите всех магов крепости в большом зале. Немедленно.

Пока Олдрис спешил выполнить приказ, я ещё раз посмотрел на вражеский лагерь. Чёрный шатёр Моргрима уже был установлен, и вокруг него началась какая-то активность. Воины противника избегали приближаться к нему, а некоторые племена даже перенесли свои стоянки подальше.

«Значит, они его тоже боятся», — подумал я. Это была хорошая новость — армия, которая боится собственного союзника, не может сражаться эффективно. Плохой новостью было всё остальное.

Моргрим не стал ждать заката — его первая атака началась в полуденный час, когда солнце стояло в зените. Я находился в большом зале с десятью магами гарнизона, обсуждая план магической защиты, когда воздух вдруг стал густым, как патока.

— Начинается, — прошептал Олдрис, вскакивая с места.

Небо над крепостью стремительно темнело, хотя облаков видно не было. Тьма сгущалась, словно живое существо, поглощая солнечный свет и окутывая стены зловещим полумраком. Температура упала на десяток градусов, и дыхание людей стало видимым в холодном воздухе.

Первые проклятия обрушились на крепость чёрными молниями, бившими из сгустившейся тьмы. Они не наносили физического ущерба каменным стенам, но каждый удар заставлял защитников вскрикивать от ужаса. Проклятия воздействовали на разум, внушая страх, отчаяние и безнадёжность.

— Защитные заклинания! Немедленно! — крикнул я, видя, как один из легионеров на стене упал на колени, закрыв голову руками.

Маги крепости начали совместный ритуал защиты, но их светлые заклинания с трудом пробивались через сгущающуюся тьму. Боевой маг Аурелий попытался создать щит над восточной стеной, но его заклинание мерцало и угасало под воздействием тёмной энергии.

Воздух наполнился шёпотом демонических голосов, говорящих на языках, которых никто не понимал, но каждый чувствовал их злобный смысл. Слова проникали в сознание, нашёптывая мысли о бессмысленности сопротивления, о неизбежной смерти, о том, что лучше сдаться сейчас, чем мучиться.

— Не слушайте голоса! — кричал я, обходя магов. — Концентрируйтесь на защитных ритуалах!

На крепостных стенах начали материализовываться тени — силуэты мёртвых воинов, павших в древних битвах. Они были полупрозрачными, но их мечи и копья выглядели вполне реальными. Тени бросились на живых защитников, и началась битва между миром мёртвых и миром живых.