Соллар внимательно посмотрел на Лиду, и девушка почувствовала его взгляд, но не стала поднимать голову и убеждаться в своих ощущениях.

Несколько минут они молчали, пока девушка промывала рану.

— Нужна сухая ткань, чтобы закрыть рану, — тихо проговорила она.

Аш, подхватив свою кофту, оторвал рукав. Он был чистый, не заляпанный кровью.

— Подойдет?

— На первое время — да.

Взяв рукав, Лида сложила его и приложила к ране.

— Подержи.

Соллар подчинился, а Лида расстегнула верхние пуговицы плаща и сняла с шеи длинный тонкий шарф. Тот был настолько длинный, что приходилось заматывать его на четыре раза, и то его края свисали практически до талии. Плотно обмотав шарф вокруг торса Соллара, Лида как следует завязала его концы.

— Ну вот. Вроде хорошо держится. — Она еще раз осмотрела дело рук своих и, убедившись, что все сделала правильно, обернулась к воде и присела, чтобы помыть руки.

Парень последовал ее примеру, заодно умывшись.

— Спасибо, — поблагодарил он ее и поднялся.

Подхватил кофту без одного рукава. Надевать окровавленную кофту было, конечно, неприятно, но выбора не было, а в пещере было прохладно. Поверх накинул куртку и застегнул ее.

— Ну что, идем? — Он посмотрел на Лиду. Та кивнула, переводя взгляд на темный проем. — Но там темно. Чем будем подсвечивать? — И ее взгляд снова переместился на светящихся существ под потолком.

Соллар тоже посмотрел на них, что-то прикидывая.

— Ты знаешь, что это за насекомые под потолком?

Ее вопрос у парня вызвал улыбку.

— Это не насекомые, а цветы. Присмотрись внимательнее.

И Лида последовала совету. Присмотрелась и удивилась. Это и правда были растения, только похожие не на цветы, а на бобы с длинными усиками. Они переплетались с соседними усиками, образуя импровизированную паутину и крепясь к стенам.

— И правда. А что это за растения такие?

— Это фомула, — произнес Соллар, делая ударение на последний слог. — Или ночная глазница. Ареал растения — приграничные леса Зефироса. Растение обитает на вершинах деревьев. Оно цепляется усиками за ветви и листья, образуя так называемую сеть. Цветут бутоны только одну неделю в году, летом, и в это время в леса съезжаются не только жители королевства Зефирос, но и соседних королевств, чтобы посмотреть на эту красоту. Характерно, что в момент цветения сок растения ядовит, но как только оно перестает светиться, сок становится обычным и бесполезным.

— Ты сказал, что он цветет только летом, но сейчас середина осени.

— Да. Это тоже меня смущает. Но идем, поразмышляем об этом по дороге. И заодно придумаем, как нам осветить путь.

Но придумывать, как осветить путь, не пришлось: стоило им подойти к проему, как через несколько метров появилось освещение. Так же, как и в большой пещере, в длинном каменном коридоре под потолком висели фомулы. Только здесь их было куда меньше.

Каменный коридор, по которому они передвигались, был длинным, и казалось, нет ему ни конца ни края. Потолки оказались такими же высокими, как и в пещере. Кроме тяжелого дыхания, не было слышно ни единого звука. Здесь было довольно прохладно.

— Такое ощущение, что этому коридору не будет конца, — прошептала Лида.

— Рано или поздно мы должны куда-то прийти, — возразил Соллар.

— Знаешь, я все не пойму, как так получилось. Я о том, что все в вашем мире думают, будто камень не сохранился, а тут целая пещера! Как так?

— У меня есть единственное предположение: кто-то нашел его, но никому не сказал. И тот, кто его нашел, хочет свергнуть моего отца с трона. Нас сюда перенесли не просто так. Тот, кто это сделал, знал координаты, потому что портал был стихийным, а не созданным артефактом.

— И от этого становится еще страшнее. Получается, мы сейчас в логове твоих убийц.

От этой мысли Лида еле сдержала панику. Ну за что ей все это? Сначала мир, люди которого жаждут ее смерти, а теперь еще и эта пещера. И неизвестно, выберутся ли они отсюда живыми. На мгновение она даже пожалела, что не позвала стражников, когда увидела борьбу. А нужно было! Тогда бы они сейчас не бродили неизвестно где.

— Сколько по времени мы идем?

Соллар задумался и после недолгой паузы ответил:

— Час точно.

И остановился так резко, что Лида чудом успела затормозить и не врезаться ему в спину. Все это время она шла позади.

— Что там? — прошептала она, выглянув из-за его спины, но ничего не увидела.

— Коридор расширяется, и свет становится тусклее.

Лида не стала ничего спрашивать или комментировать. И так было понятно: скоро они останутся без света, и как долго можно идти в такой тьме?

Соллар возобновил движение, на этот раз шагая чуть быстрее, словно торопился. Лида молча подстраивалась под него. Коридор и правда стал шире, и теперь они могли идти рядом, но с каждым метром фолумов под потолком становилось все меньше, а затем не осталось вовсе.

— Дальше ничего не видно, — Лида схватилась за локоть парня, и тот остановился.

— Но мы не можем стоять на месте.

— А что ты предлагаешь? Понимаешь, если мы пойдем на ощупь, то можем попасть в ловушку или провалиться в яму. Тогда точно застрянем здесь навсегда, и никто нас не найдет, — в голосе Лиды слышалась паника.

— И стоять на месте, и возвращаться назад мы тоже не можем.

Она молчала, понимая, что он прав. Сделав шаг в сторону, Лида прижалась спиной к холодной каменной стене, оперлась затылком и прикрыла глаза. Нужно было что-то придумать. Глубоко вздохнув, она резко выпрямилась, распахнула веки и, обернувшись к стене, положила на нее ладонь.

— Что это? — прошептала она.

— О чем ты?

— Положи руку на стену. Она… вибрирует.

Соллар встал рядом и приложил руку.

— И правда. Вибрирует.

— Почему?

— Если бы я знал.

Убрав руку, парень приложил ухо и стал вслушиваться. Ему на мгновение показалось, что в вибрации он услышал какие-то звуки, а может, просто почудилось.

— Нам нужно идти вперед, — твердо решил Соллар.

— Уверен?

— Да. Только давай возьмемся за руки.

Он протянул Лиде ладонь. Девушка на секунду засомневалась, но вложила свою руку в его широкую ладонь, и они пошли дальше. Одной рукой Соллар держал Лиду, а другой упирался в холодную каменную стену.

Лида всегда боялась темноты, и теперь ее страх обострился еще сильнее. Она не знала, что может быть впереди, но интуиция вопила, что ничего хорошего ждать не стоит. По внутреннему навигатору Лиды, шли они долго. Кроме гулкого сердцебиения, она практически ничего не слышала, а глаза уже болели от кромешной тьмы. Время от времени она закрывала веки, больно сжимая их, и пыталась мысленно воспроизвести что-то хорошее, картинки из счастливой прошлой жизни, которые могли бы успокоить. Сначала это помогало, но теперь — нет. Паника уже подступала к горлу. Она сжала ладонь парня так крепко, что Соллар не выдержал.

— Эй, все в порядке?

— Нет. Не в порядке. Мне страшно. До безумия страшно.

Только сейчас Лида почувствовала, как по щекам текут слезы. Соллар остановился и прижал ее к груди, погладив по голове.

— Тише. Все будет хорошо. Верь мне. Мы выберемся отсюда.

Его тихие слова гулким эхом отдавались в каменном коридоре. Лида сделала глубокий вдох, порывистый выдох и попыталась успокоиться. Ей вдруг стало противно от собственной слабости. Все эти дни она держалась, чтобы не плакать, а тут расплакалась на глазах у практически незнакомого парня, и стало стыдно.

— Прости, — тихо произнесла она, вытирая слезы.

— Все хорошо. Если честно, я думал, ты продержишься куда меньше. Другая бы на твоем месте стала истерить еще в тот момент, когда мы провалились в портал, а ты молодец, держишься, — Соллар тихо рассмеялся. — Если честно, я сам боюсь.

— Врешь! — слезы прошли, и Лида улыбнулась.

— Честное слово. Казалось бы, чего я только на практике не повидал, нас, боевиков, даже бросали на границу к тварям мрака, и там я не боялся так, как здесь. Знаешь, неизвестность пугает больше всего.