— Схожу, — согласилась я с тем, что медицинский осмотр все-таки не повредит. — Ты мог бы и помягче, кстати.

— Я могу быть нежным, — не стал спорить Алекс, и я вспыхнула как маков цвет, — но почувствовал, что ты можешь расплакаться, если мы начнем тебя жалеть.

Как предусмотрительно с его стороны!

— Я никогда не плачу! — так и захотелось задрать нос повыше.

— Да? — удивленно выгнул бровь мой собеседник. — А в моей машине что тогда было?

— То была истерика! — наставительно объяснила я. — Ты разве не знаешь, что обычные слезы и истерика отличаются? Учись лучше, студент!

— Как скажешь, — легко согласился Алекс и снова замолчал.

Стало неловко. Я категорично не понимала, как мне дальше действовать.

— Если ты так пытаешься выяснить, где теперь тебе придется спать, то, увы, у меня только одна кровать, — выдержав паузу и коротко усмехнувшись, этот гад все-таки добавил: — Но она большая и мы можем спокойно спать там, не потревожив друг друга.

— Но мои кошмары…

— Хочешь переночевать на балконе?

— Не особо, — признала я, с сомнением оглядываясь вокруг. Уютно, конечно, но так себе перспектива.

— Тогда хватит уже выдумывать глупости. Иди себе, — махнул он рукой. Надоела, наверное.

— А ты как же? — не могла я просто так взять и уйти, вот прям язык чесался.

— Пойду на кухню читать отличия истерики от плача, — хмыкнул Алекс, — ты верно заметила, что сессию никто не отменял.

— Алекс, — немного помедлив, я все-таки решилась попробовать, — прости за…

Он резко повернулся, заставив меня запнуться на полуслове.

— Если у Стаса возникнут ко мне вопросы, я разберусь с ним. А сейчас иди спать.

— Но…

— Тебя нужно проводить? — проговорил зло, с нажимом. Ну наконец-то, хоть какие-то эмоции. Теперь я вижу, что он злится.

— Нет, я просто не понимаю… Ты странно себя ведешь. — Я даже выдохнула с облегчением, что наконец-то смогу выговориться: — Мы рассказали тебе, что человек, с которым ты работаешь, — убийца, а ты никак не отреагировал. Мне неспокойно. Вдруг ты нас сдашь ему? Рассказал бы уже, что тебя с ним связывает? Почему работаешь механиком и одновременно учишься на психолога? Откуда у тебя пистолет? Кто ты?

Молчание. Глаза блестят в полумраке. Давай, разозлись по-настоящему, выскажись, скажи, как сильно тебя достала странная девчонка.

— Алекс?..

— Про сдашь — это ты так шутишь? — Парень опять был само спокойствие.

— Нет.

— Что за глупости приходят в твою хорошенькую головку? И ты же не думаешь, что я на все сразу отвечу? — резонно поинтересовался он.

— Я надеялась.

— Точно не сейчас. Тебе пора отдыхать.

Он так настойчиво отправлял меня спать, что пора было уже согласиться. Бесконечно длинный день плавно перетек в бесконечно длинную ночь.

— Тогда пролей свет хоть на одну загадку, и я отстану ненадолго.

Чтобы оказаться в опасной близости от моего лица, Алексу пришлось сделать всего один широкий шаг. Он наклонился, я сдержанно, стараясь не выдавать эмоций, попятилась. Красивые губы изогнулись в усмешке. Он снова забавлялся. Я ожидала каких-нибудь намеков или отшучиваний, поэтому сказанное им меня ошеломило:

— С Ящером меня связывает прошлое. И я окончательно приму решение насчет него только тогда, когда найдется доказательство преступления. Так пойдет?

Я осторожно кивнула.

— Но если он еще раз тронет тебя, ему придется тяжко. Это тоже ясно?

В горле пересохло. Не знаю, почему угроза в адрес Стаса Ящерова больше напугала меня.

— Это ясно. Я поняла. Спокойной ночи, Алекс, — обогнула его, стараясь не задеть, и на цыпочках, чувствуя спиной его пронзительный взгляд, прокралась в спальню.

Кровать была действительно большой, хватило бы места даже для троих. Светлое постельное белье вкусно пахло Алексом. Стянув с себя джинсы, я забралась под прохладное одеяло, уронила голову на подушку и тут же провалилась в сон, забыв проверить телефон и поставить будильник.

На этот раз ко мне в сон пришла очень красивая женщина. Яркая, зеленоглазая, с копной русых волнистых волос и веселыми веснушками. Было в ее улыбке и глазах что-то такое, что заставляло оборачиваться вслед. И фигурка загляденье. Мягкие плавные изгибы, пышная грудь, нежная шея. В цветастом летнем платье без бретелек, в ослепительном сиянии солнечного света, босая, она смотрела на меня с легкой улыбкой и печальным взглядом.

—{ Найди меня.}

Я даже имени ее не знала. Мне стало больно. Она находилась там, где было тепло и солнечно, так почему сжимается от боли сердце? И почему мне хочется плакать?

— {Найди меня.}

Я проснулась. Никаких криков и панических атак, лишь одинокая слеза скользнула по щеке.

— Кошмары? — Сонный Алекс приподнял голову с подушки. В полумраке в пижаме он выглядел таким милым, что мне захотелось потрепать его по макушке. Наверное, не поймет.

— Нет, всего лишь странный сон.

Он раздумывал секунд десять. Посмотрел на меня долгим взглядом, будто что-то прикидывая, а потом откинул свое одеяло. Мне не пришлось предлагать дважды. Ночь стирала все стеснения, да и мы оба понимали, что в этом поступке не будет ничего предосудительного. И никаких слов. Просто обнять, прижаться, почувствовать нормальное человеческое тепло, позволить себе расслабиться в крепких руках, позволить себе стать слабой хрупкой девушкой, которой хочется, чтобы ее утешили.

Пусть он замешан в каких-то темных делах, пусть он связан с убийцей, но сам он не такой. Я знала. И еще понимала, что, когда эта история закончится, и мы с Алексом уже не перестанем общаться, я всегда буду благодарна ему за сегодняшнюю поддержку.

Мы так и заснули — вместе.

Еще было темно, когда я снова проснулась. Полюбовалась пару минут на спокойное безмятежное лицо лежащего рядом парня, тяжело вздохнула и бесшумно покинула его спальню. Складывалось ощущение, что я сбегаю от чего-то важного, и что он меня обязательно неправильно поймет.

Ну и пусть. Растолкала Свету, и мы, наспех приведя себя в порядок, вызвали такси. Аргументируя тем, что мне нужно было успеть к первой паре. В конце концов, сегодня действительно должна быть важная практика, от которой зависит оценка за экзамен.

Света училась с обеда, но она не могла сопротивляться моему натиску, и лишь когда мы уже сидели в машине, крайне недоуменно спросила:

— Почему мы не разбудили Алекса?

— Это без надобности, — хмуро ответила я, — он уже привык, я думаю.

— Так ты уже у него ночевала? — еще больше удивилась девушка. — А-а-а, вспомнила, ты действительно как-то не пришла в общагу, я даже хотела позвонить, но выяснилось, что номерами мы не обменялись.

— Мы, кстати, до сих пор этого не сделали, — заметила я.

— А ведь и правда! — Светка тут же потянулась за моим мобильником, вбила номер и сделала дозвон, потом вдруг хитро улыбнулась и вкрадчиво спросила: — Ты так от него сбегаешь, потому что между вами что-то произошло?

Я, едва уловимо покраснев, отвернулась к окошку и дернула плечом. Выждав минутку и поняв, что я не желаю поддерживать разговор о своей личной жизни, Света разочарованно вздохнула и ненароком обмолвилась:

— Знаешь, если бы единственный мужчина, до которого я могу дотронуться, был таким же симпатичным, как Алекс, я бы уже затащила его в ЗАГС.

Удивительно, но она думала, как моя бабушка! Надо будет, наверное, рассказать ей, в чем именно заключается загвоздка.

— Итак, друзья-товарищи, быстренько делимся на пары. Один в роли психолога, второй — клиент. Живее, живее, времени мало! Сегодня наша цель просто разговорить клиента. Зачастую люди сами не понимают, для чего приходят к специалисту, вам нужно спокойными наводящими вопросами нащупать важную тему и вытащить ее наружу. Вывести человека на чувства. Действуем спонтанно, на интуиции, не пугаемся моих наблюдателей. Они, если что, вам подскажут. Что за удивленные лица⁈ Вы же сами просили практики, получайте! Приступаем, господа. — Дмитрий Алексеевич, пожилой мужчина с очень умными глазами, был практикующим психологом лет эдак… дцать, наверное. И именно поэтому его пары по основам психологического консультирования были настолько захватывающими. Какие только техники и методики мы с ним не проходили, а вот сегодня особенный случай.