Тело Марка Витальевича лежало бесформенной кучей, голова — искажённый, мокрый комок. Мы уже начали мысленно перебирать варианты, как выбить эту чёртову дверь.

И тут оно дёрнулось.

Небольшое, резкое подёргивание, как у собаки во сне. Но в этой мёртвой тишине и напряжении — громче любого взрыва. Мы вскрикнули в голос, отпрыгнули назад, снова сгребая в руки тяжёлые кресла, готовые к новому раунду этого кошмара.

Но он не встал. Из его груди, прямо из области, куда мы били больше всего, вырвалось... что-то. Не свет, не дым, не кровь. Словно само пространство над ним исказилось, сжалось в маленькую, тёмную, нестабильную сферу размером с теннисный мяч, с нечеткими краями и без цвета. Она пульсировала один раз, едва заметно, и — рванулась.

Не в случайную сторону. Чётко, как самонаводящаяся ракета, она разделилась на две тонкие, почти невидимые нити. И вонзилась. Одна — мне прямо в центр грудины, вторая — в Мишку. Быстрее, чем мы успели моргнуть. Без звука, без вспышки, без малейшего удара или ощущения тепла или холода. Просто... впиталась. Как будто её и не было.

Мы замерли, вглядываясь друг в друга.

— Ты... ты что-нибудь почувствовал? — выдохнул Мишка, хватая себя за грудь, где вошла та хрень.

— Ни-че-го, — проговорил я, тоже шаря ладонью по рубашке. Ни боли, ни зуда, ни тепла. Даже пятна нет. Как будто это был просто сон, галлюцинация на фоне стресса. — А ты?

— Ни хрена. Вообще. Может, нам это всё уже мерещится? — в его голосе зазвучала слабая, истеричная надежда.

Мы ещё минуту стояли, прислушиваясь к себе, пытаясь «найти изменения». Ни новой силы, ни ясности ума, ни, слава богу, желания кого-нибудь сожрать. Пустота. Абсолютная.

И тогда силы нас окончательно покинули. Адреналин отступил, оставив после себя пугающую, ватную слабость и дрожь в коленях.

— Всё, я больше не могу, — простонал Мишка и, пошатываясь, плюхнулся в ближайшее кресло, уцелевшее после нашей битвы.

Я последовал его примеру, рухнув в соседнее. Кожа холодная, липкая от пота. Мы сидели, не глядя друг на друга, уставившись в разные углы зала. Я пытался дышать глубже, по методикам из тех статей про панические атаки, которые читал в туалете на работе. «Вдох на четыре, задержка на семь, выдох на восемь». Х*й там. Дыхание сбивалось, в горле стоял ком.

— Всё по плану, — хрипло пробормотал Мишка, глядя в пустоту. — Апокалипсис в 9:30, как и обещали. Только зомби... они вроде не такие должны быть. И дверь... должна была открываться.

— мммм, — выдавил я. Просто чтобы был хоть какой-то звук, кроме нашего тяжёлого дыхания и тиканья часов.

Мы сидели. Два идиота в дорогих креслах, в дорогом конференц-зале, рядом с трупом начальника и девушки из кадров. Внутри нас могла быть какая-то неизвестная х*йня из этого же трупа. А дверь была заперта.

Адаптация, бл*дь, продолжается. На связи. Очень жду, что будет дальше.

Мы с Мишей сидели на тех же местах, в тех же позах, но хотя бы успокоились чутка.

[Обстановка предполагает безопасное существование для изучения вашего системного статуса. Для его изучения вы можете подать мысленный импульс, мазнуть рукой с мыслями про Систему, сказать в слух слово статус или сделать любое иное действие, несущее желание посмотреть статус]

— Слушай, Коль... - Мишаня замялся, - а прикинь мы просто шизики и сейчас забили Марка Витальевича.. Ну который нормальный.

— Миш, шизофрения не бывает одинаковая, одновременно и толпы людей сразу. - Флегматично отметил. Меня уже начинало все это раздражать.

Я просто подумал о желании открыть статус, как перед глазами вылезла табличка:

| СТАТУС ИГРОКА |

| Уровень — 0 |

| Ступень развития - Пиковый [0%] |

| Состояние организма — [71%] |

—»

(далее)

И фотография меня любимого слева на карточке статуса. Нажал стрелку "далее".

| Параметры развития: |

| Плотность скелетно-мышечного матрикса — 1.0 |

| Нейросинаптическая проводимость — 1.1 |

| Метаболическая регенерация — 0.9 |

| Когнитивная интеграция — 1.0 |

| Энтропийный порог — 1.5 |

| Коэффициент Синхронизации — 0.0 |

| Порог биологического вида — 1.5 |

| Свободных очков — 0 |

—»

(далее)

Так, очень интересно. Сверхлюди? Кажется да.

— Мишань, дошёл до второй странички? — обратился к товарище, переводя внимание на него. Он смотрел невидящим взглядом куда-то в пустоту, читая невидимые мне строчки. Значит чужой статус не видно? Отлично.

— Ага.

— Че у тебя?

— Мозги есть, а тело не очень. Ну...офис. — Я понятливо кивнул. И сконцентрировался на двух не очень понятных мне параметрах. Энтропийный порог. Что это? ... Справки система не спешит давать. Неизвестный параметр у меня оказался на пике биологического вида, удивительно. А коэф синхронизации вообще пустым. Очень понятно, ну ладно.

Нажал "далее".

| Навыки: |

| Отсутствуют |

| Достижения: |

| 1 - Первый среди равных — вы одни из первых нового мира, кто смог защитить свою жизнь под натиском твари, уже вкусившей опыт живого существа. Параметр "ЭП" повышен до потолка ступени развития и будет повышаться до потолка каждой последующей ступени. Повышенное внимание, как к ведущему представителю расы в вашем пространстве-времени. |

— Коль, у тебя на третьей странице есть достижение?

— Да.

Сидеть рядом с трупом человека, который еще полчаса назад обещал лишить тебя премии, — это странный опыт. Сидеть рядом с трупом, который пытался отгрызть тебе лицо, — это уже полноценная психотравма с элементами производственной гимнастики.

— Колян, — подал голос Мишка. Голос у него был такой, будто он только что проглотил пачку сухих дрожжей и теперь ждал, когда его начнет раздувать. — А Кристишка... она тоже? Ну, это самое?

Я перевел взгляд на тело девушки из кадров. Дырка в голове выглядела пугающе аккуратной, почти каллиграфической. Ни крови, ни серых ошметков — просто пустота там, где раньше Кристина хранила знания о наших отпусках и прогулах.

— Не знаю, Миш. Марк Витальевич вон тоже сначала просто прилег отдохнуть, а потом решил меню сменить на человечину.

Я встал. Ноги ощущались как две плохо сваренные макаронины, но тот «ледяной впрыск», который устроила мне непонятная системная табличка, всё еще держал каркас. В голове было непривычно ясно.

Нами было принято смелое решение — думать, как выбираться. Окон в конференц зале никогда не было предусмотрено, да и находимся мы на 12-м этаже...

— Давай! Бл*, Мишаня, ну напряги булки!

— Колечка, родной, ну перестань, это ситуации не поможет...

Оба уже красные, потные, напряженные мы пытались выбить, вытолкнуть или на крайняк хотя бы вы*бать эту гребанную дверь, но она была прочно закрыта снаружи на ключ. Вот зачем в конференц зале железная дверь!?

В момент, когда Миша пытался какой-то палочкой открыть дверь, из решетки вентиляции (небольшой прямоугольник под цвет стены в углу) раздался ужасно мерзкий вой с какими-то хрипло-булькающими нотками. Затем эхо ярого шкрябания и громкого щелчка, как от взрыва петарды.

— Мне не понравилось это. — Признался мне Миха.

— Как странно, я думал тебя такое вставляет)

Мы отползли подальше от этой еб*чей двери и от всего, что было в центре зала. Прислонились спинами к противоположной стене. Замолчали.

Сидели. Молча потели. Думали.

Мысли в голове скрипели и цеплялись друг за друга, как ржавые петли на старом холодильнике, который уже не морозит, а только гудеть умеет. Кругом один и тот же порочный круг: где выход? Как отсюда выдраться? Что за система эту хрень запустила? И самый главный, самый идиотский вопрос — а есть ли у неё техподдержка? И можно ли всё отменить, как ошибочный заказ в интернет-магазине?