— Ну, ты придумал! — отозвалась Галя, — еще чего… тюрьма. Что-нибудь другое можешь придумать?

— Тогда… тогда, ты была у знахарки, на дому.

— А это еще зачем?

— Ну… чтобы сделать то, что запрещено законом… ну, это, сама понимаешь... для прерывания… ну… этой самой…

— Ну и гад же ты, Исаев! — не на шутку возмутилась Галя, — свинтус в морской форме!

— А я ничего другого придумать не могу, Галочка. Кстати, одна мысль появилась, точно. Пойдем мы с тобой для начала туда, от чего ты отказалась, только не в тюрьму, а в милицию, в ваше районное отделение, у меня там начальник — мой старый знакомый, там и постараемся выяснить, что будем рассказывать твоим родителям. Правда, он говорил, что ему скоро на пенсию выходить, но ничего, попытка не пытка.

— А, дядя Селезнев? — ответила Галя. — Я, когда уезжала в область, его видела, он был в милицейской форме, наверное, еще на службе.

— Ну, тогда пойдем, а то дело уже к вечеру.

*  *  *

С начальником районного отделения милиции Николай познакомился во время работы в конструкторском бюро КБ-6, когда его схватили японские агенты с целью вывезти за пределы Советского Союза. Именно он, начальник райотдела, капитан Селезнев провел тщательное расследование этого преступления, в результате чего аналитический отдел Генерального Штаба Красной Армии смог спрогнозировать действия агентов, что позволило перехватить их, освободив, таким образом, Николая, и обеспечить сохранность государственной тайны.

Капитан был на месте, в своем небольшом кабинете, и Николая сразу не узнал, скорее всего, из-за военно-морской формы, но когда тот представился, сразу его вспомнил.

А Николай, уже не раздумывая, рассказал, что вчера вечером он передал дежурному милиции областного центра важную информацию и теперь он просит начальника отделения милиции выяснить результаты от передачи этой информации.

— Ну, вы даете, Исаев! — изумился капитан. — Это с какой стати я буду требовать, чтобы мне сообщили о действиях вышестоящего органа. Это противоречит всем уставам и положениям.

— Нет, не требовать, товарищ капитан, — пояснял Николай. — Я предлагаю, чтобы вы сказали, что к вам обратился гражданин, который сообщил эту информацию с просьбой сообщить о результатах, так как получение этой информации было связано для него с некоторыми рисками.

— Нет, я не стану этого делать! — отказался капитан, — спрашивать, неизвестно о чем. Хотите, я вас соединю с дежурным по городу, вот, сами и выясняйте.

— Да, хорошо! — Николай о таком решении даже не предполагал, а начальник райотдела через пару минут уже протягивал ему телефонную трубку. — Есть связь, говорите!

— Милиция! — послышалось в трубке, — дежурный по городу, слушаю вас!

— Здравствуйте! — начал Николай, — вчера вечером я сообщил вашему дежурному о преступниках, находящихся адресу, — и он назвал адрес, — и я хотел бы узнать — подтвердилась ли моя информация, и какие меры по ней приняты?

— Каким образом вы можете подтвердить, что это именно вы сообщили такую информацию, и откуда вы вчера звонили?

Николай подробно рассказал все, что он передал вчера дежурному, а затем добавил, что звонил из уличный телефонной кабины, расположенной недалеко от указанного адреса.

— Да, все правильно, — послышалось в трубке, — только непонятно, почему вы не назвали себя вчера, и можете ли это сделать сегодня?

— Нет, не могу, потому что я являюсь сотрудником секретного отдела оборонного ведомства и мне это запрещено по положению, — слегка слукавил Николай.

— Хорошо, понятно, тогда я вам сообщаю, что ваша информация подтвердилась, и вчера вечером преступники были задержаны. Двое из них оказались кровавыми бандитами, убийцами милиционеров, которых мы усиленно разыскивали. В указанной вами квартире была организована засада, и сегодня утром там задержали еще двоих человек. Задержанные вчера бандиты показали, что это их, так сказать, заказчики, и они выполняли их определенное задание за обещанное денежное вознаграждение.  Но других обвинений против них нет.

— «Ну и отлично!» — подумал Николай, а вслух сказал: — Эти двое, которых задержали сегодня, являются агентами иностранной разведки, и операцией по их выявлению и задержанию занимается следователь по особо важным делам,  товарищ Никонов из главного управления НКВД, запишите его телефон. Я думаю, что о задержанных нужно срочно сообщить ему, и он распорядится, как с ними поступить. У меня все, большое спасибо за информацию! До свидания!

— И вам спасибо, неизвестный товарищ, за огромную помощь органам правопорядка! До свидания!

Капитан Селезнев покачивая головой, молча, смотрел на Николая. — Ну, Исаев, — наконец, сказал он, — опять у вас секреты, да бог с ними, с этими секретами, мне до них нет никакого дела. Ладно, если у вас все, то до свидания, у меня дел невпроворот, готовлюсь передавать дела, завтра должен прибыть новый начальник отделения, а я выхожу на пенсию.

Николай с Галей пожелали капитану хорошего, заслуженного отдыха и, попрощавшись с ним, отправились к дому, в котором прошли Галино детство и юность.

По дороге Николай предложил Гале, что он сам расскажет родителям о том, что произошло, правду, но не всю, избегая упоминать о том, что ее подвергали воздействию психоактивных препаратов,  чтобы их не расстраивать. Он пояснил, что ничего иного предложить не может, а теперь опасаться уже нечего, так как все иностранные агенты и их помощники схвачены. И Гале ничего не оставалось, как только согласиться.

Галина мама была на улице, возилась у какой-то небольшой грядки, и когда разогнулась, чтобы отдохнула спина, заметила их, приближающихся по улице. Еще не доверяя себе, она посмотрела из-под руки, окончательно их узнала, и первым делом постучала в окно, вызывая отца. — Идут, идут вдвоем! — крикнула она. — Слава богу!

Отец, прихрамывая, вышел на крыльцо, а мама подошла к калитке и, открыв ее, воскликнула: — Ой, а похудела то как!

Николай, который никакого похудения у Гали не заметил, подумал, что это просто обычная реакция матери, для которой ее чадо всегда остается ребенком, невзирая на возраст этого чада.

Радостные возгласы долгожданной встречи матери с дочерью перемежались слезами и объятиями, а отец крепко пожал руку Николаю и, похлопав его по плечу, констатировал: — Молодец, жених, справился с задачей!

— Да что ж мы здесь-то! — воскликнула, наконец, мама, — пошли в дом, да и ужинать пора, а я как чувствовала, так приготовила, что на всех хватит.

— Ладно, хватит слезы лить! — скомандовал отец, когда они зашли в дом, — давай-ка, мать, накрывай на стол, а потом уже будем разговоры разговаривать.

Но ни до ужина, ни, тем более, до разговоров дело не дошло, так как в дверь резко постучали и на пороге появился мужчина в форме работника почты. — Есть ли здесь товарищ Исаев, Николай? — строгим голосом спросил он.

— Да, это я! — отозвался Николай.

— Вам срочная телеграмма, правительственная, указано, что вручить только лично, поэтому предъявите документ, подтверждающий вашу личность.

Ничего не понимающий Николай достал свое удостоверение, которое мужчина внимательно рассмотрел. — Все правильно, — сказал он, — распишитесь в получении, —  и, аккуратно свернув расписку, удалился.

Николай развернул бланк, на котором была красная полоса с надписью «Правительственная телеграмма», где кроме адреса и адресата был краткий текст:  «Приказываю немедленно выехать месту службы заместитель наркома петров».

Николай, не произнеся ни слова, передал телеграмму Гале, у которой после прочтения на глазах появились слезы, и она прошептала: — Это как же они узнали адрес?

— Да все очень просто! — пояснял Николай, — я, когда отбывал в отпуск, сообщил, где буду находиться, так положено, и еще нужно было отметиться в комендатуре по прибытии, но я так заторопился, что позабыл это сделать. И чего это я там понадобился, ума не приложу? Но делать нечего, надо ехать, служба есть служба. Интересно, когда будет ближайший поезд?