Я никого не убила, а теперь меня еще и не пустили на официальное собрание «Общества Психопатов»? Эта отстойная волосатая задница.

Мое сердце сжалось до крошечной горошины, которая упала мне в живот, кружась там и рыдая.

Мои мужчины начали спорить, показывая друг на друга пальцами, и проклиная друг друга, а Брут лаял на них, как будто он тоже участвовал в разговоре. Мне было плевать на то, о чем они там тявкали. Я была единственной, кто имел право быть капризным Джоэлом, потому что все они кого-то убили. А я? Нет, я находилась в самом центре кровавой бойни, но среди погибших не было ни одной моей жертвы.

Я с рычанием отшвырнула пистолет от себя, и он врезался в новый Jeep Найла, оставив вмятину на его боку. Затем я развернулась на каблуках и, кипя от злости, направилась обратно к дому.

Я хотела Coco Pops, но сейчас я даже не заслуживала их, потому что сегодня вечером не пролила ни капли крови. Предполагалось, что я буду Розовой Киской, но вместо этого я была просто Лысым Бобром. И не было ничего хуже, чем быть лысым бобром.

Я опустила голову, топая к входной двери и даже не глядя, куда иду, потому что мне просто хотелось сесть в душе и поораться.

Большая потная ладонь закрыла мне рот, и я резко выпрямилась, прежде чем меня дернули назад, к огромному телу размером с три тела, сшитых вместе горизонтально.

Я почувствовала, кто это был, еще до того, как услышала его голос, мои инстинкты вопили при воспоминании о нем, когда аромат лакрицы окутал меня.

Сеньор Кастильо.

— Одно неверное движение, и я разряжу в тебя свой пистолет, шлюха, — прошептал он мне на ухо, таща меня назад. — Ты будешь моим щитом, пока я не выберусь отсюда.

Я сопротивлялась в его хватке, чувствуя, как его высокомерный пистолет Саймон упирается мне в ребра, пока он тащил меня к грузовику Найла, в то время как звуки спора моих мужчин все еще доносились до самых небес. Фары машины вспыхнули, когда сеньор Кастильо открыл ее ключом, который, должно быть, украл из дома, но мои мужчины по-прежнему ничего не замечали.

Я прикинула свои варианты: я не хотела, чтобы пистолет Кастильо превратил меня в швейцарский сыр, но и не хотела играть роль живого щита, чтобы он мог сбежать.

Он усадил меня к себе на колени на водительском сиденье, крепко прижимая к своему телу, и нажал кнопку, чтобы завести грузовик. В тот момент, когда двигатель зарычал, мои мужчины перестали кричать друг на друга, и я повернула голову, пытаясь разглядеть их в заднее окно, пока Кастильо быстро разворачивал грузовик.

Найл начал стрелять, и я закричала, когда пассажирское окно взорвалось, и чертов осколок стекла порезал мне руку.

Злой Джек оттолкнул Найла в сторону, услышав мой крик, и Кастильо нажал на газ, выехав на подъездную дорожку: в одной его руке был зажат пистолет, который он упер мое тело, а другой он управлял автомобилем.

— Рук! — взревел Эй-Джей, когда трое моих мужчин побежали к нам, а в мою кровь хлынул адреналин.

Кастильо пришлось объехать роскошную машину, на которой он, должно быть, приехал сюда с остальными, так что мы выехали на траву, и пистолет на секунду соскользнул с моего бока.

Это был мой шанс. Неважно, насколько он был мал, насколько он был крошечным, пусть даже как удар сердца. Я не позволю утащить себя от моих язычников. Я не умру где-нибудь в канаве от рук этого потного мужика. Я вспомнила, как Мертвец пытался убить Найла рычагом переключения дворников, и поблагодарила его за умную идею. Я вырвала рычаг из рулевой базы, а затем со всей силы ткнула им назад, в направлении лица Кастильо.

Он взревел, когда острый конец вонзился во что-то мясистое, и пистолет выстрелил с грохотом, который я почувствовала во всем теле. Я была так переполнена адреналином, что не была уверена, подстрелили меня или нет. Но сейчас это не имело значения.

Я крутилась на месте, снова и снова вонзая в него обломок пластика, в то время как Кастильо зажимал свой окровавленный глаз, крича и пытаясь оттолкнуть меня.

Он выронил пистолет, когда начал брыкаться подо мной, и высокомерный старина Саймон оказавшись в пространстве для ног не дал ему возможности разогнаться, поскольку застрял под педалью.

Машина покатилась по склону холма, а моя голова ударилась о крышу из-за тряски, но я не переставала наносить удары, снова и снова вонзая импровизированное оружие в Кастильо, пока горячая кровь брызгала мне в лицо. Огромный мужчина больше не контролировал ситуацию, теперь власть была в моих руках, я была богиней его погибели, пришедшей, чтобы заставить его заплатить за всю жестокость, которую он совершил в своей жизни. Мой разум был окутан туманом убийства, и я продолжала колоть, колоть и колоть, и только когда дверь рядом со мной резко открылась, я поняла, что машина остановилась, а Кастильо уже давно перестал двигаться.

Эй-Джей вытащил меня из машины, и внезапно меня окружили все трое моих психов, они прижались ко мне, и наши сердца забились в унисон, как одно мятежное существо, бросившее вызов законам жизни. Мы были изгоями этой земли, отвергнутыми миром, но вместе у нас было что-то настоящее и принадлежащее только нам, что никто не мог у нас отнять.

Найл вырвал меня из рук Джека, и мы слились в кровавом поцелуе, который имел вкус наших поверженных врагов. Он улыбнулся мне, как шут, прижавшись своим лбом к моему, и я почувствовала, как наши души еще глубже сплелись воедино.

— Это был сеньор Кастильо, — выдохнула я. — Он был последним из моего списка на камне смерти. Теперь он мертвее маргаритки зимой.

— Он пришел с братьями Алонсо, — сказал Матео, и я перевела взгляд с него на Эй-Джея, чувствуя облегчение из-за их смерти. — Они не последние, кто сюда придет. Они наверняка сказали кому-то, куда собираются.

— Чертов картель уничтожил мое убежище, — раздраженно пробормотал Найл.

— Твое убежище? — Прошипел Матео.

— Да. Мое. Полностью мое, учитывая, что я украл его у тебя, — самодовольно сказал Найл.

— Ну, это не я был за рулем, когда они проследили за нами досюда, — с горечью сказал Матео.

— До сих пор я ни разу не пропускал хвост, — прорычал Найл. — Нет, пока вы двое, не решили отвлечь меня, заставив Бруклин кончить на заднем сиденье, когда я должен был сосредоточиться.

— Твой недостаток концентрации не моя проблема, — огрызнулся Матео.

— Ну и пошел ты нахуй за то, что привел своих врагов к моей двери, el burro, — сказал Найл, когда я спрыгнула с его рук, и он зашагал прочь к дому.

— И что теперь? — Спросила я, переводя взгляд с Матео на Джека, который хмуро смотрел на ближайший труп и казался более заинтересованным своими мыслями, чем нашей беседой.

Матео шагнул ко мне, черты его лица прояснились, а в глазах появилась решимость.

— Сначала мы должны уничтожить улики, спрятать тела и смыть с себя их кровь. Когда это будет сделано, составим план.

Я схватил Бруклин за запястье и потащил ее вверх по холму, перешагнув через тело Карлоса Алонсо и выругавшись, когда провел ее через парадную дверь и направился к своей комнате.

— Куда мы идем, Мертвец? — с любопытством спросила она. — Неужели убийство так возбудило твою кобру?

— Картель ничего не делает наполовину, mi sol, — торопливо проговорил я, затаскивая ее в комнату и захлопывая дверь между нами и внешним миром, прежде чем отпустить ее и быстро осмотреть помещение.

Убедившись, что в комнате никого нет, я опустился на колени и вытащил из-под кровати сумку с вещами, которую приготовил заранее. Я собрал оружие и нашел несколько поддельных удостоверений личности в тех местах дома, где Найл либо не проверял, либо на которые он просто не обратил внимание. Я знал, что он сделал несколько таких удостоверений и для нее, так что я собирался найти их перед тем, как мы уйдем.