— И остальные два брата Алонсо не пришли мстить, пока ты был в тюрьме? — слегка усмехнулся Матео, прежде чем Бруклин успела перевести, и она фыркнула.

— Я еще не рассказала тебе о том, как у него выросли медвежьи лапы. Они были большие, коричневые и мохнатые, с когтями и все такое, — огрызнулась она, заставив нас обоих посмотреть на нее в замешательстве, но она лишь крепче сжала мои пальцы, не открывая глаз. — Давай, Эй-Джей, проскользни в меня снова.

Мой взгляд блуждал по ее телу в этом маленьком облегающем кожаном наряде, и я уже начал подумывать сделать именно это, но Матео щелкнул пальцами у меня перед лицом, заставляя посмотреть на него.

— Сосредоточься, bastardo, — рявкнул он. — Я хочу знать, какие секреты ты скрываешь.

— Да, они посылали за мной людей в тюрьму. Я убил пятерых или шестерых из них, ярость во мне всегда была готова к драке, но я знал, что не смогу бесконечно избегать их покушений на мою жизнь. У Лютера не было выбора, кроме как исключить меня из банды, чтобы я не мог обратиться к ним за помощью. Он должен был защитить команду. Я не виню его за это. Но я должен был защитить себя. Поэтому, когда пришли врачи, чтобы провести психиатрическую экспертизу, я решил позволить им думать, что я не в состоянии произнести больше одного слова за раз, не говоря уже о том, чтобы контролировать свою агрессию. Так что, убедить их отправить меня в «Иден-Хайтс» было несложно. Последний человек, который пришел за мной, умудрился ударить меня по голове металлическим прутом, так что у меня даже появилась травма головы, подтверждающая мою историю. И не успел я опомниться, как меня упаковали и отправили в «Иден-Хайтс», где оставили гнить, а братья Алонсо поверили в мой спектакль, решив, что я попал в куда больший ад, чем могли устроить они сами, и сочли, что мучиться там достаточная плата за отнятую мной жизнь.

— Пока Карлос не увидел тебя сегодня вечером, — пробормотал Матео.

— О, Эй-Джей, я знала, что ты хитрое создание, — промурлыкала Бруклин. — Ты использовал свое безумие, чтобы спасти себя.

Она открыла глаза и пододвинулась, чтобы поцеловать меня в губы, а затем выскочила из машины и последовала за Найлом в дом.

Между мной и Матео повисло молчание, пока он переваривал эту информацию.

— Ты умный ублюдок, — пробормотал он. — Но я раскусил тебя.

— Ты первый, кто это сделал.

Он взглянул в сторону дома.

— И что теперь? Ты снова заговорил?

— Нет. — Я не был уверен, почему я планировал хранить молчание, но я привык к нему и обнаружил, что мне оно нравится больше, чем заполнять воздух пустыми словами.

— Значит, Найлу ты ничего не скажешь? — Его ухмылка стала шире, и я покачал головой, заставив его коротко рассмеяться. — Хорошо. Этот bastardo не заслуживает твоих слов.

Я улыбнулся в ответ, уже чувствуя себя истощенной разговором и желая сбежать от него, вернуться к молчанию и снова найти утешение в компании моей Рук.

— Братья Алонсо снова вернуться к охоте, — сказал он. — И я полагаю, это делает нас обоих врагами картеля Кастильо.

— По крайней мере, пока они не умрут, — согласился я, и он медленно кивнул.

— По крайней мере, пока они не умрут.

— Адское Пламя? — Крикнула я на весь дом, но вместо моего Найла из гостиной выскочил Брут и врезался в меня с яростным лаем. — Привет, Брути, малыш! — взвизгнула я, упав, и обняла его, едва избежав укуса. Он был так рад меня видеть, что продолжал лаять и клацать зубами от счастья. Я почесала его за ушами, и затем вскочила на ноги, а он бросился на Джека и Матео, когда они переступили порог.

— Ах! Ты, perro loco (Прим. Пер. Испанский: Бешеный пес), — выругался Матео, не успев увернуться, когда Бруту вцепился зубами в его руку. Было так мило наблюдать, как они любят друг друга.

— Милый, я дома! — крикнула я, надеясь, что Найл услышит меня, где бы он не находился, и надулась, когда он не ответил.

Я протопала через гостиную на своих убийственных каблуках, а затем пошла наверх и замерла, увидев, что он выходит из своей комнаты. Он снял пиджак, и теперь его белая рубашка была распахнута, обнажая татуировки на его мускулистом теле. Он провел рукой по своим русым волосам, взъерошив их, и посмотрел на меня взглядом идите-сюда-миссис-О'Брайен, а темнота коридора окутывала его идеальной тенью.

— Иди сюда, — скомандовал он. — Тебе нужно напомнить, почему я твой номер один.

— Вижу, ты сегодня в настроении покомандовать, — промурлыкала я, и он склонил голову набок, а его губы изогнулись в психопатической улыбке.

Он открыл рот, чтобы заговорить, но вместо слов раздался оглушительный грохот, от которого задрожали стены, а вместе с ними и мое сердце.

В следующую секунду Найл бросился ко мне, и я поняла, что это звук исходил вовсе не из его рта, он доносился снаружи.

Я резко обернулась, запаниковав из-за Эй-Джея и Матео, когда в воздухе раздался еще один выстрел, но пуленепробиваемое окно в гостиной приняло удар на себя, сохранив нас внутри в безопасности.

— Найл, хватай оружие! — Рявкнул Матео, когда я заметила, как он вбегает в гостиную.

Джек был прямо за ним, глядя на меня на лестнице, и его лицо исказила ярость, в то время как Брут яростно лаял на окно и тени, скрывающиеся за ним.

Найл схватил меня за руку, потащив обратно в свою комнату, распахнул дверцу шкафа и достал сумку, полную ножей и пистолетов. Он вложил мне в руку оружие, а на голову надел шлем спецназа, который я быстро сбросила.

— Я не могу нормально видеть сквозь него, — огрызнулась я, когда Найл снял дробовик с предохранителя и перекинул сумку через плечо.

— Ты когда-нибудь будешь делать то, что я говорю? — прорычал он.

— Нет, — прошипела я.

— Да.

— Нет.

— Да.

— Нет.

Снизу донеслась стрельба, и Джек проорал: «Рук!», в тот же момент, когда Матео взревел: «Поторопись, блядь, bastardo!»

Мы вместе выбежали из комнаты, в то время как мои мысли метались и грохотали, как динамит.

— Кто в нас стреляет? — Спросила я в замешательстве, когда мы добрались до лестницы.

— Хрен его знает, — прорычал Найл. — Но я обязательно спрошу их, когда они умрут, любовь моя.

Он перекинул сумку с оружием через перила, и Джек поймал ее с еле слышным кряхтением, вырвавшимся из его легких, когда очередные выстрелы раздались снаружи, врезаясь в окна и стены.

Матео укрылся под окном на случай, если какая-нибудь шальная пуля все-таки пробьет стекло. Джек бросил ему винтовку, и он приподнялся, как бесстрашный воин, распахнул окно и начал стрелять в ночь. Я присела рядом с Матео, тоже высунув пистолет в окно и снова и снова нажимая на спусковой крючок так, что от отдачи у меня начали неметь пальцы.

— Сегодня ночью я собираюсь хорошенько разделать парочку врагов, — прорычал Найл, и я оглянулась на него, обнаружив, что он прикрепляет к своему телу ножи, а еще всевозможные взрывные и колющие предметы. Взгляд, который он обменялся с Джеком, сказал мне, что они собираются сделать что-то безумное. А безумие было моей сильной стороной.

— Подождите меня, — выдохнула я, когда они выбежали из комнаты, и я услышала, как открылась входная дверь.

— Я вижу тебя за деревом, ты мохнатая пизда! Засунь это себе в задницу! — крикнул Найл, а затем раздался оглушительный хлопок, от которого у меня сжались челюсти.

Матео бросился вперед, пригибая мою голову, когда весь дом опасно задрожал, но здесь мы были в безопасности, ему не нужно было беспокоиться обо мне.

— Bastardo loco, — прошипел Матео мне на ухо, и я дико рассмеялась, когда по моим коленям побежали мурашки.

— Хочешь еще, детка?! Я дам тебе еще! — Крикнул Найл, и воздух сотряс еще один взрыв.

Стрельба по дому прекратилась, и я догадалась, что наши враги пришли в движение, направляясь навстречу Найлу, который выпустил своих демонов на волю. Бегите, бегите так быстро, как только сможете, но вам не убежать от моего безумца!