— Ничего, — буркнул арестант, — мне бы только выбраться. Тощего жалко, пропал не за грош. Но уж я его помяну.

— Сейчас вы пойдете с нами, — строго сказал я, — и не вздумайте бежать. Я отпущу вас, когда мы выйдем на улицу.

Туннеллонец тоже оглядывался неторопливо и с интересом.

— По нашей легенде, эта комната должна быть мне хорошо знакома, — объяснил он. — Постараюсь запомнить, что где лежит. Смотрите-ка, а портал в самом деле исчезает!

Он был прав. Медленно вращавшийся дым рассеивался, бесследно таял в воздухе.

Через секунду от него осталось несколько рваных клочьев. Ну вот и они исчезли. Теневой портал закрылся.

Первое, что я почувствовал — воздух в этом мире был другим. Его как будто не хватало, и приходилось вдыхать полной грудью, чтобы надышаться. Сделав несколько глубоких вдохов, я понял, в чем дело. В этом воздухе не было магии. Он казался мертвым.

Я заранее знал, что в этом мире нет привычного магического фона. И все равно мне стало не по себе.

Преодолев это неприятное чувство, я огляделся.

Высокая дверь, выкрашенная облупившейся коричневой краской, вела из лаборатории наружу. Я подошел к ней и прислушался. За дверью было тихо.

Тогда я поддел пальцем отслоившуюся краску, и она отломилась с еле слышным треском. Я осторожно потянул дверь на себя.

За дверью я увидел пустую университетскую аудиторию с длинными рядами столов. Справа от меня на стене висела грифельная доска, исписанная мелом. Кто-то лёгкой и уверенной рукой написал на доске сложные формулы, которые я не мог понять.

Нам в Императорском Магическом лицее такого не преподавали.

Убедившись, что в аудитории никого нет, я кивнул туннелонцу:

— Идём.

Затем заглянул на арестанта:

— Ты тоже пойдёшь с нами. Когда мы выйдем на улицу, я тебя отпущу.

— Как скажете, ваше сиятельство, — угодливо согласился арестант.

А вот за дверью аудитории слышались шаги и голоса. Судя по всему, там был коридор. По этому коридору сновало множество людей.

Что они подумают, когда увидят нас? Не заподозрят ли, что мы явились из другого мира?

Раздумывать об этом было бессмысленно. Не сидеть же в пустой аудитории до глубокой ночи. Поэтому я глубоко вдохнул, снова потянул дверь на себя и вышел в коридор.

Никто не обратил на нас внимания. Люди деловито сновали по коридору и совершенно не смотрели по сторонам. Многие держали в руках плоские вытянутые коробочки со стеклянной поверхностью и не отрывали от них взгляд.

Это были телефоны. Точно такой же телефон мне показывал профессор Зимин. Сейчас этот загадочный аппарат лежал в кармане у Туннеллонца.

Мне стало интересно, что так увлеченно разглядывают в своих телефонах все эти люди. Но спрашивать, а тем более заглядывать в их телефоны, я не стал. Потом спрошу у профессора.

Сейчас их слепота была нам на руку. Смешавшись с толпой, мы могли легко добраться до улицы. Так мы и поступили.

В основном нас окружали молодые люди. Наверное, это были студенты. Некоторые из них на бегу здоровались с туннелонцем, а он величаво кивал им в ответ.

Конечно, они же принимают туннелонца за профессора Зимина.

По счастью, никто не заговорил с нами — студенты просто пробегали мимо, торопясь по своим делам.

Коридор привел нас к широкой лестнице. Поток людей стремился туда.

Мы спустились вместе с ними и оказались в просторном холле. Справа и слева я заметил гардеробы. Возле них толпились шумные студенты. Женщины с усталыми лицами подавали им уличную одежду.

А прямо перед нами была дверь, и она вела на улицу.

— Нам туда, — сказал я туннелонцу, и сделал шаг к двери.

Но тут мой магический дар гулко ударил в ребра. Я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и остановился.

Повернул голову и увидел женщину, которая стояла возле стены и смотрела прямо на нас.

На вид ей было около тридцати лет. Значит, не студентка, но и на преподавателя не похожа. Слишком молода.

Ее темные волосы были стянуты в тугой хвост. Всё это я отметил машинально. Меня поразило выражение ее лица. Оно было таким испуганным, как будто женщина увидела привидение.

Прижимаясь спиной к стене, она переводила взгляд с туннелонца на арестанта.

Я дернул арестанта за рукав и громко спросил:

— Ты знаешь, кто это?

В холле было шумно, так что я не боялся, что женщина нас услышит.

Арестант покосился на женщину и гаденько улыбнулся:

— Знаю. Ну, это она нам деньги обещала, чтобы он профессора пришил. Из-за нее Тощий откинулся.

Туннеллонец тоже остановился, озадаченно глядя на нас.

— Подождите меня здесь, — сказал я им.

И быстро пошел к женщине.

Она увидела мое движение и прижалась к стене еще сильнее, как будто хотела с ней слиться. Я подошел вплотную.

Женщина смотрела на меня затравленным взглядом. Вблизи она оказалась чуть старше. Красивая, но испуганное выражение лица портило все впечатление.

— Вот мы вас и нашли, — сказал я, глядя ей прямо в глаза.

Женщина дернулась, как будто хотела бежать, но осталась на месте.

— Кто вы? — спросила она. — Зачем я вам нужна?

Ее голос дрогнул, и она проглотила застрявший в горле комок.

— Это вы подослали убийц к профессору Зимину, — строго сказал я. — Один из них вас узнал. Вот он.

Я кивком указал на арестанта.

— Сейчас мы отвезем его в полицию, и он даст показания. Предлагаю вам проехать с нами.

Женщина злобно скривила губы.

— Сволочь, — прошипела она. — Грязная поганая сволочь!

Я молча ждал, что она скажет дальше.

— Вы не похожи на полицейского, — наконец решилась она. — У вас есть документы?

Я покачал головой.

— Нет, я не служу в полиции, только иногда консультирую их. Но для вас это ничего не меняет.

Она впилась глазами в мое лицо, как будто пыталась прочитать мои мысли, затем нахмурилась.

— Если вы не служите в полиции, то вы не обязаны меня выдавать. Я могу заплатить вам. Или…

Не договорив, она замолчала и фальшиво улыбнулась.

Я молча покачал головой, и женщина снова злобно скривилась.

— Все вы такие… Твари!

— Чем вам досадил профессор Зимин? — спросил я. — Зачем вы на него покушались?

— Да плевать мне на профессора! — грубо ответила она. — Я просто хотела занять его место на кафедре. Знаете, как тяжело женщине выжить в этом поганом мире?

Это оправдание звучало слабо, но я не стал читать ее мораль.

На мой взгляд, у нас было мало шансов добиться ее ареста. Это сейчас мы застали ее врасплох. Но она быстро придет в себя и сообразит, что никаких улик против нее нет, кроме показаний задержанного.

Вряд ли в этом мире существовали менталисты, способные установить истину.

— Я согласен отпустить вас, но с одним условием, — сказал я.

В ее взгляде мелькнуло недоверие и оно тут же сменилось презрением.

— И что это за условие? — спросила женщина. — Всё-таки хотите денег?

— Вы должны сегодня же уволиться из университета, — ответил я. — И больше не появляйтесь в жизни профессора Зимина. Предупреждаю вас: если с профессором что-то случится, я знаю, кого искать в первую очередь.

— И всё? — недоверчиво спросила она. — Больше вы ничего не хотите?

Я покачал головой.

— Идите и увольтесь прямо сейчас, а затем постарайтесь исчезнуть. Учтите, я проверю. И на всякий случай сохраню у себя показания ваших наёмников.

Несколько секунд она молча стояла и смотрела в сторону. Затем, не глядя на меня, через силу выдавила:

— Спасибо.

— Идите! — повторил я.

Она повернулась и тяжело пошла вверх по лестнице. Кто-то из студентов на бегу толкнул ее, но она этого даже не заметила.

— Ты знаешь эту женщину, Тайновидец? — спросил туннелонец, когда я снова подошел к ним.