— Не по-моему, а самоочевидный факт, — уязвленно подчеркнул доктор.

Впрочем, такие стычки бывали у них каждый раз.

— Не кипятитесь, док. На этот раз факты говорят за вас, — и Дейли указал на валяющуюся газету. — Этот специальный выпуск появляется не раньше восьми, а в полдевятого нам уже позвонили; так что выстрел щелкнул где-то в промежутке.

— Если вы сами ясновидящие, то какого дьявола вам от меня нужно? — проворчал Уайлдер с шутливо наигранной злостью. — Все, инспектор?

Мун кивнул. Доктор удивительно быстро уложил инструменты в чемоданчик, направился к выходу и, откинув портьеру, бросил:

— Желаю приятно провести время!

Мун повернулся к фотографу:

— Ну а вы?

Грэхем достал из сумки целую пачку снимков. Его камера давала возможность делать отпечатки на месте.

— Дом спереди, сзади, лестничная клетка, наружная дверь. Остальное еще не успел...

— Так что ж вы тут зубоскалили! Начинайте с оружия.

Грэхем ловко опустился на колени и нанес на поверхность револьвера легкий слой порошка, отчего на металле тут же выступили концентрические линии. Затем, один за другим, сфотографировал пальцы мертвеца. Видно было, что занятие это доставляет Грэхему профессиональное удовольствие. Работал он с удивительной быстротой, и уже через несколько минут Дейли мог сравнить отпечатки.

— Совпадают. Обычное самоубийство!

— Даже сверхобычное, — поддакнул Мун, щелкнув револьвером. — Обойма полная. А здесь, если не ошибаюсь, следы какого-то гостя! Нисон, вы, входя сюда, вытирали ноги?

— Неужели вы думаете, что...

— Хорошо, хорошо! — отмахнулся Мун, потом достал из-под кровати туфли. — Чистые. Так я и думал.. Видите на полу комок земли и камешек? Это было на обуви убийцы...

— Но как же можно ручаться? — с сомнением заметил Троллоп. — Я тоже вытер ноги, но, может быть, все-таки кто-нибудь из нас?..

— Земля черная, — значит, влажная. Можете убедиться! Улица мощеная, земля и щебенка лежали только там, где рабочие взломали старое покрытие. Я убежден, что в момент убийства асфальтировщики работали как раз возле этого дома.

— Звучит убедительно, — вынужден был согласиться Троллоп. — Но... Но насколько я понимаю, владелец комнаты сегодня не выходил на улицу?

— Вот именно! Подошвы абсолютно чистые и сухие.

— В таком случае откуда же здесь газета?

— Газету мог принести убийца.

— Принести и оставить?

— В возбуждении человек забывает и не о таких мелочах. Газета же не улика, — возразил Мун. — Разве что нашему другу Грэхему удастся на ней что-нибудь обнаружить.

— Как раз хотел показать вам это! — откликнулся фотограф, не прекращавший своих поисков. — Лапа у этого парня была довольно грязная.

Дейли бросил взгляд на последнюю страницу газеты, где виднелись пять отпечатков.

— Я бы сказал — слишком рельефно.

— Увидим. — И инспектор принялся методически осматривать квартиру.

За дверью все еще струилась вода. И здесь горела лампочка, но из-за матового оконца, впускавшего дневной свет, контраст с внешним миром не был таким разительным. Прежде всего инспектор исследовал окно — оно было плотно закрыто. И только после этого привернул душ. Помещение переделано в ванную-кухню совсем недавно. Посудная полка пуста, и девственный вид электрической плитки говорит о том, что последнее время ею не пользовались. Мун приподнял крышку ящика для отбросов. Пуст! Придется Дейли проститься с мыслью найти таинственную сигарету.

В шкафу жилой комнаты оказался только единственный чемодан с одеждой, бельем и разными мелочами, необходимыми в дороге.

— Готов поспорить, что он собирался уезжать. И притом на север, — заметил Мун и, не пускаясь в дальнейшие пояснения, принялся обшаривать висевшую на стуле одежду.

Пачка «Честерфилда», зажигалка, несколько банкнот, мелочь, не совсем свежий носовой платок, коробка с патронами, калибр которых соответствовал найденному револьверу... Куда больше оказалось в бумажнике. Прежде всего Дейли извлек оттуда заграничный паспорт на имя Джона Джорджа Смита.

— Благодарение всевышнему, — вздохнул сержант. — Наконец-то мы знаем, как именовать покойного. Представляете, сто раз повторить в протоколе: «Неизвестный, личность которого выяснить не удалось». И, кроме того, могу вас порадовать, инспектор, вы были правы.

— Не забывайте добавить «как всегда», если обращаетесь к начальству, сержант!.. Ну?

— Наш мистер Смит собирался наведаться в Ванкувер. И как раз сегодня. Вот и билет.

— Потому и чемодан,— заметил Троллоп. — И Ванкувер действительно находится на севере! Выкладывайте, инспектор, отгадку!

— Насчет севера? Так ведь ясно — у нас тепло, а в передней на вешалке...

— Осеннее пальто? Понял. Боюсь, инспектор, что ваша сообразительность ни мне, ни редакции не придется по вкусу. Читателя надо потомить, чтобы он...

Троллоп неожиданно замолчал, чтобы разглядеть фотографию, которую Дейли только что достал из бумажника.

— Кто она по виду, как вы считаете? — спросил Мун.

— Н-ну... Эта косметика, декольте, выражение лица... Пожалуй, из тех девиц, что состоят при каком-нибудь баре, — высказался Троллоп.

— И мне так кажется. Придется нашим ребятам походить по этим заведениям.

— Вот огорчатся, бедняги, когда им это поручат! — ухмыльнулся Дейли. — Забирай! — и он сунул фотографию Грэхему. — Твоя коллекция отпечатков полная? Ну и проваливай сортировать их у себя.

Как только Грэхем ушел, Мун взялся за письменный стол. Ящик был набит газетными вырезками большей частью биржевой курс акций. Кое-что подчеркнуто.

— Эй, Блисс, вы это что? Придержите-ка лапы! — неожиданно крикнул Дейли, заметив, что журналист листает блокнот Смита. Сержант был уверен, что Троллоп успел вырвать страницу.

— Ну, ну, успокойтесь! У вас необузданное и преступное воображение, — огрызнулся Троллоп. — Да, собирался вырвать листок, чтобы кое-что переписать. — И, вырвав листок, он покрутил им перед носом сержанта. — Убедитесь, обе стороны чистые.

— Точно. А теперь покажите другую руку! А ну, хватит ловчить!

— Да, от вас и блоху не укроешь! — со смехом сдался Троллоп и разжал ладонь, на которой белела небольшая визитная карточка:

— Блисс, о чем мы с вами договаривались? — резко сказал Мун. — Хотите вести следствие самостоятельно? Этот номер не пройдет.

— Больше не повторится, инспектор! Честное слово!

— Впервые слышу, что наши газетчики знают о существовании такого слова, — усмехнулся Дейли.

— Надо бы выяснить, что за тип этот Болтмейкер, — протянул Мун. — Наверняка Смит интересовался биржевыми сделками. А в этой области интересы могут сталкиваться... — закончил он и взял вечную ручку Смита. Чернил в ней не было. Мун взял блокнот.

Обычная записная книжка всегда что-то говорит о владельце. Но эта, как нарочно, оказалась совершенно новенькой.

Ни одного адреса, ни одного телефонного номера, ни одной деловой или романтической встречи. Все странички чистые, кроме самой первой, на которой виднелись несколько строчек:

«Чейз — 12.631

Нэшнл — 6.700

Нью-Джерси — 21.300

Морнинг — 10.000»

— Личные счета,— тут же догадался Дейли. — Хорошо, что названы банки. Остается только проверить.

— Попытаться можно. Только у меня такое предчувствие, что напрасно.

— Вы думаете, он поместил их не на свое имя? — спросил Нисон.

— Что?.. Да, да, — рассеянно пробормотал Мун, внимательно перелистывая записную книжку. — Блисс, вы вырвали только один листок?

— Ну конечно! Дейли же видел. А что?

— А то, что в блокноте, судя по корешку, недостает девятнадцати листков. Интересно, что там было... Ну, ребята, кажется, больше ничего не найдем. Нельзя сказать, что улов очень обильный.

— Надо найти египетскую сигарету! — напомнил Дейли.

— А какое она имеет значение?

— Очень большое. Готов поспорить, что вы не найдете у нас и полдюжины людей, которые курят «Симон Арцт». Большинству не по карману, потому что стоят они в десять раз дороже наших лучших сортов. А тому, кто бы и мог их себе позволить, натуральный табак кажется слишком пресным. Привыкли к ароматизированным...