— Это же он? Тот самый волк? — спросила она негромко.

— Да. Это он. Его зовут Эльран, — коротко ответила я.

— Ах, да. Вспомнила. Как же вы встретились спустя столько лет?

Я усмехнулась:

— Случайно. Он был Стражем Долины Аверандис — и моим проводником. Без его помощи мои поиски не увенчались бы успехом.

— О-о! — с искренним удивлением воскликнула Джия. — Причудливы тропы судьбы! Что ж, времени прошло достаточно. Тебе давно пора устроить свою жизнь. Но как же ты решилась на взаимность после всего, что между вами тогда произошло? С волком всё понятно, но…

— Ты же сама сказала — времени прошло достаточно. И мы с Элле достаточно узнали друг друга в путешествии. Это проблема для тебя?

— Что ты, ничуть.

Однако же я видела, что Джия огорчена. Какое ей дело до моего решения? Считает меня предательницей памяти Джера, потому что я выбрала именно Элле?

Теперь и я вижу, насколько бывает нелепа слепая преданность давно умершему человеку. А ведь совсем недавно и я точно так же держалась за горькую память. Но странно видеть Джию такой — она всегда была трезвомыслящей и не склонной к излишним переживаниям.

Но ничего. Если всё так, как я думаю, то ей полезно будет пройти собственный путь.

Очень скоро за дверью зазвучали приглушённые голоса, но слов было не разобрать. И почти сразу же пол под ногами мелко задрожал — преграда из тяжеленного орлиного дерева пришла в движение. Чувствовалось усилие, с которым Элле сдвигал её с места. И в очередной раз я подивилась, как Аурике удалось совладать с этим шкафом в одиночку. Вряд ли ей кто-то помогал, иначе события развернулись бы по-другому.

Наконец дверь открылась. И я увидела Аурику, которая в нерешительности стояла и недоверчиво смотрела на нас с Джией.

— Ну же. Твоя сестра здесь. Иди к ней, — поторопил ей Элле.

Аурика вздрогнула — и бросилась в мои объятия.

Она ничего не говорила — только тихо плакала мне в плечо, а я тихонько похлопывала её по спине. Ничего, ничего. Выговоришься.

— Всё хорошо, — прошептала я. — Потом всё расскажешь. Нам нужно уходить, и поскорее.

— Останьтесь на ночь. Уже поздно, — сказала Джия.

Я покачала головой:

— Нет. Я не оставлю здесь сестру даже ещё на одну ночь. Но я ещё вернусь. Завтра, наверное. Хочу попрощаться с госпожой Изанной, как полагается.

Джия кивнула.

— Как знаешь. Я велю подготовить для вас экипаж.

Против этого предложения никто не возразил.

На следующий день я исполнила обещание и пришла проститься со свекровью. Инро не было, но я и не боялась его. Попутно разрешили с Джией вопрос наследства.

— Нет, нет! — махнула рукой Джия. — Если они завещаны тебе, то так тому и быть.

— Такие вещи должны оставаться в семье, — резонно возразила я.

— Так ты часть семьи. Всё правильно.

— О, нет. Не часть. И никогда ею не была.

Джия лишь покачала головой, и больше об этом мы не заговаривали. Она отказалась звать поверенного, как и Инро до этого, и отказаться от наследства я не смогла. Мне досталась старинная парюра, состоявшая из изумрудных браслета и серег. Это были очень ценные украшения. В тяжёлое время за них можно было бы выручить неплохую сумму, но эта мысль показалась неуместной. Мы с Аурикой теперь не будем ни в чём нуждаться. Раз так сложилось, то я сохраню их.

— Раз вы так пожелали, так тому и быть, — сказала я, поставив букет живых цветов в вазочку возле саркофага, где покоилась госпожа Изанна.

Её похоронили в одном склепе с мужем и сыном, как она и хотела. Свёкра я не знала — он ушёл задолго до моего знакомства с Джером. Но цветы я поставила и ему тоже. И Джеру.

На сердце, несмотря ни на что, было легко — легче, чем я ожидала. Всё, что нужно было здесь выплакать, я выплакала уже давно. Теперь я сюда не вернусь. Прошлое слишком крепко держало меня рядом с местными серебряными бабочками. Держало, потому что я здесь была счастлива, и об этом не забуду никогда.

После я наведалась в ещё один склеп — тот, где хоронили младенцев семьи Вайли. И здесь я задержалась чуть дольше.

— Милая моя девочка, — с усилием заговорила я, подбирая слова. — Я очень сильно люблю тебя. Ты навсегда останешься в моём сердце. Когда-нибудь мы с тобой обязательно встретимся среди звёзд, и у нас будет целая вечность впереди. А пока что… прощай, моя дорогая Сайя. Спасибо, что ты была в моей жизни, пусть и так недолго. Прощай.

Думала, разрыдаюсь. Но нет. Это было ещё одним свидетельством, что я изменилась безвозвратно.

Теперь я точно могу идти вперёд. Тем более жизнь настойчиво требовала это от меня.

Например, Аурика наотрез отказалась возвращаться в школу. Разумеется, о прежней школе и речи не шло, но она не хотела слышать даже о переводе в другую.

— Не оставляй меня! — взмолилась сестра. — Если ты окажешься далеко, то со мной снова приключится беда! Я не хочу оставаться одна. Мне страшно.

Глядя во влажные от слёз глаза Аурики, я из раза в раз сглатывала ком в горле. Насколько же глубоко ранило её произошедшее? Она была напугана до предела, и страхи, скорее всего, не оставят её так быстро. Представляю, какой беспомощной она себя чувствовала, когда её насильно увели люди, которых она едва знает, и никто не вступился, даже не попытался вступиться. Меня снедало чувство вины перед Аурикой, и никакие внутренние оправдания не могли заглушить его. Я ведь подозревала, что подобное возможно, но отмахнулась от смутной тревоги и ничего не предприняла. И хорошо, что всё закончилось благополучно. Посему я прислушалась к сестре и отложила вопрос с её обучением, по меньшей мере, до защиты диплома.

И вот случилось нечто, ввергнувшее в истерику уже меня.

Я проморгала абсолютно все сроки, которые давались на дипломную работу. Свалившиеся заботы вытеснили из головы любые мысли о том, что стоило бы поторопиться. Но весь мой задор ушёл на спасение Ру, которую я ни за что не представлю своим дипломным проектом. Это было слишком личной историей, чтобы выставлять её на всеобщее обозрение. Да, у меня оставалась ещё одна чешуйка… но все достойные идеи как будто испарились.

Как я могла допустить подобное? Почему мне казалось, что времени ещё предостаточно, и я всё успею⁈

В Академии снизошли до моих просьб и назначили защиту через три месяца, перед началом нового ученого года. Произошедшее отрезвило меня получше ледяного душа. Да, теперь рядом со мной Элле, но мы ещё не поженились, хотя это было лишь вопросом времени. А это значит, что я по-прежнему должна позаботиться о нашем с сестрой будущем.

С Элле у нас также состоялись весьма интересные беседы.

— Прости меня.

— За что? — удивилась я.

Мой волк выдержал паузу, и вид его был хмурым.

— Я сорвался и повёл себя недостойно, — сказал он, отведя взгляд. — Нужно было сохранять спокойствие. Ещё немного — и я бы его убил.

Я вздохнула.

Элле долго злился. Его волчья кровь кипела от гнева, не в силах смириться, что добыча ускользнула, и закон на её стороне. И только спустя некоторое время он смог вернуть трезвый рассудок.

— За это можешь не извиняться. Не передо мной. Просто нам нужно убраться отсюда как можно скорее. Мне тоже здесь места нет, хоть я и человек.

— Человек? — хмыкнул Элле. — Ты настоящая волчица. Но тебе нужно обзавестись когтями и зубами. Я научу тебя защищаться.

В глубине души я хотела этого. Но ведь я слаба телом, что я смогу в минуту опасности? Ничего не изменится. Я просто буду плакать.

— Но у меня же есть ты! — попыталась возразить я, но что Элле ответил:

— Конечно, есть. Но будет лучше, если в нужный момент ты сможешь продержаться до моего прибытия.

Прозвучало разумно. Каким бы сильным ни был мужчина рядом, нужно и самой быть на что-то способной — даже просто выиграть время.

Ответ на терзавший меня вопрос также последовал очень скоро: