— Почему нельзя ждать в доме? — выдыхаемый воздух превращался не просто в пар, а в сверкающие мелкие ледяные кристаллики.

— Постарайтесь молчать, а то простудитесь. Таков обычай. Хозяин встречает гостей на пороге.

— Надеюсь, гостей будет немного, и они приедут все скопом.

Эрвил не ответил. При взгляде на него у меня просто кровь стыла в жилах. В таком камзоле я и дома бы замерзла, а еще он был без головного убора и перчаток.

— Вам совсем не холодно?

— Нет. Молчите, прошу вас.

Я решила послушаться.

Первый экипаж возник почти бесшумно, мне даже показалось, что он материализовался там, где начинался сооруженный Эрвилом декоративный мост. Черный экипаж, похожий на карету, в которую забыли запрячь лошадей, остановился перед крыльцом. Дверца отворилась и оттуда выбрался уже знакомый мне мэл Ятран. Он помог выйти из экипажа нарядной даме.

— Рад приветствовать вас! Мэл Ятран. Исса Дорина, — муж слегка поклонился, я скопировала.

Гости в ответ склонились гораздо глубже.

— Вы сегодня первый.

— Ну, мне нет нужды держать лицо и высчитывать очередь приезда, я всего лишь просто мэл.

— Но самый желанный гость в моем доме. Проходите, располагайтесь.

Супружеская пара направилась в дом.

А дальше гости последовали один за одним. Первым приехали несколько человек, которых Эрвил называл мэлами, то есть, как я поняла, простые маги, а потом уже маги из благородных родов — мэлиссы. Последним подкатил роскошнейший экипаж. Голубых лакированных боков почти не видно было за золотыми виньетками. Оттуда вышел высокий мужчина в шикарных мехах, он помог выбраться из экипажа двум дамам, видимо супруге и дочери, похожей на снежную фею.

— Мэлисс Улаус! — приветствовал его Эрвил. — Мэлисса Уилэя, мэлисса Увилия.

Как я уже уяснила из чтения мифов и учебника по магии, на букву «У» начинались имена магов рода воздуха.

Ятран, кстати, относился к роду магов тьмы.

В этот раз и мы, и гости лишь слегка кивнули друг другу, только обозначив движение. Когда, после приветственных слов они последовали в дом, я с облегчением поняла, что это все. Мы тоже можем пойти в тепло, а то я уже не чувствовала ног, и вместо лица была ледяная маска.

Супруг подхватил меня под руку и завел в дом. Сначала показалось, что там натоплено до жары, но когда с меня сняли накидку, поняла, что ошиблась, это был лишь контраст с морозом на улице.

Никого из гостей видно не было. Оказалось, их уже препроводили в зал на втором этаже. Туда же отправились и мы.

Зал менее мрачным не стал, но решительно преобразился, теперь там горело множество светильников, от этого в узорах, украшавших стены, бродили яркие голубые, белые и серебристые искры. Казалось, везде развешаны новогодние гирлянды. Возле одной из стен были выставлены столы, чтобы гости могли подкрепиться чем-то легким или попить. У других стен появились удобные диванчики и кресла, впрочем, они, кажется, тут и стояли, только, как мне припоминается, их укрывали серые чехлы. Играла легкая приятная музыка, хотя музыкантов не было видно. Наверное, какая-то очередная местная магия. И самое главное преображение — зал был полон нарядных, разодетых гостей, их голоса и смех делали это место живым.

Стоило нам появиться на пороге, все замолкли и обернулись к нам. Эрвил провел меня через расступившуюся толпу к противоположной стороне зала, где оказался небольшой помост. Мы вступили на него и обернулись к гостям. Музыка стихла. Я почти не могла различить лиц, в глаза бросались только блеск драгоценностей и яркие пятна дамских платьев.

— Позвольте представить вам мою супругу, мэлиссу Айдиру.

Не знаю, что нужно было делать, я на всякий случай изобразила короткий кивок, судя по невозмутимому лицу Эрвила, на которое я бросила взгляд украдкой, все сделала правильно.

А дальше началось форменное мучение, то есть представление.

Гости в одиночестве или со своими спутниками подходили ко мне, представлялись, желали всякого разного нашей семейной паре. В основном, конечно, скорейшего появления наследников.

Эрвил степенно благодарил, я милостиво улыбалась, кивала и тоже говорила что-то благодарственное. Под конец я так устала от всех этих изучающих взглядов, и у меня так сильно пересохло в горле, что я мечтала только об одном — дойти до замечательных столов у стены и что-нибудь попить.

Наконец последний из гостей поздравил нас. Я не запомнила никого вообще. Если лица еще туда-сюда отложились в памяти, то имена никак. Отметила только для себя, что среди гостей не присутствовало никого из рода огня и рода света. Все отошли, вновь зажурчали разговоры, а мы всё стояли на постаменте. Неужели нам так и придется до конца приема здесь стоять, как фигуркам жениха и невесты на праздничном торте. Я вопросительно посмотрела на Эрвила.

— Да, мэлисса Айдира? — спросил он вполголоса.

— А нам долго тут стоять? А то пить очень хочется.

— Нет, скоро начнутся танцы.

— Танцы? — боюсь, глаза у меня испуганно, а вовсе не аристократично округлились.

— Да. Вы рады?

— Просто счастлива! — в подростковый период я немного занималась бальными танцами вместе с лучшей подругой, пока не подвернула ногу.

Нога зажила, только я к занятиям так и не вернулась, да и дружба с Кирой, всерьез увлекшейся танцами, как-то сама собой прервалась. Изобразить какой-нибудь вальс я могла или подергаться под ритмичную музыку, но это абсолютно мне никак не поможет, местные танцы я не знаю. Вдруг здесь танцуют что-то сложное с переменой партнеров.

Эрвил подал кому-то знак, и возле нас оказался слуга в белой ливрее с подносом, уставленным бокалами. Супруг взял два, один протянул мне, второй оставил себе.

— Это совсем легкое вино. Не переживайте, вы не опьянеете.

Мне больше всего хотелось воды, но пришлось пить вино. Оно походило на виноградный сок, разве чуть пощипывало язык. Но при этом в груди как-то сразу стало тепло, испуг и тревога прошли, а настроение поднялось.

Так что, когда заиграла музыка, я уже не боялась. В конце концов, супруг не спросил меня, умею ли я танцевать, просто поставил перед фактом.

Бокал так и оставался в моей руке, я не знала, куда его деть, к счастью, рядом вновь оказался тот же слуга с почти опустевшим подносом, и я вернула бокал ему.

Эрвил соступил с подиума и протянул мне руку. Я вложила ладонь в белые холодные пальцы.

Супруг приобнял меня одной рукой за талию, другую заложил себе за спину. А я-то? А мне как? Ладно, буду импровизировать. Я одну руку расположила на плече Эрвила, а другую опустила на локоть обнимающей меня руки.

Мелодия тут же сменилась. Эрвил шагнул на меня, я отступила, потом повлек за собой, закружил. Я была послушна, я была глиной в его руках, только неотрывно смотрела в сияющие голубые глаза. Все как-то потерялось, я потерялась, были только эти глаза напротив.

Когда мы остановились, я даже не поняла, что танец закончен. Я не помнила ни движений, ни музыки, чуть тряхнула головой, прогоняя наваждение. Бросила украдкой взгляд на лицо мужа, это он наколдовал, или я такой гений в иномирных танцах?

Эрвил выглядел спокойным, значит, я все сделала правильно.

Нам зааплодировали, и я отступила, разрывая объятия танца.

— Вы изумительно красивая пара! — сделал подхалимским голосом комплимент какой-то дядька лет пятидесяти.

Дальше танцевали в основном гости, мы же беседовали с разными людьми. Кто-то попытался пригласить меня, но наткнулся на нахмурившиеся брови Эрвила и спешно отступил.

Я внимательно следила за парами. Со стороны танцы выглядели сложными. Или тот, что танцевали мы, как-то отличался, или я все-таки танцевальный гений.

Ничего из закусок мне попробовать так и не удалось, разве что выцедила по капле еще один бокал вина, пока супруг обсуждал какие-то важные дела то с одним, то с другим гостем, пока мы не оказались рядом с тем самым магом рода воздуха, который прибыл последним. Как я поняла, это свидетельствовало о его важности.