— Я кушаю. Ужин же. И вы кушайте! Котлетка с сыром. Просто объедение! А то остынет, совсем не то будет.

— Я велел подавать вам легкую еду. Почему сейчас у моей жены на тарелке это? — снова обернулся он к управляющему.

Мне стало на мгновение жаль беднягу, у него бледность стала синего цвета, а еще я разозлилась.

— Вы велели? — холодно спросила я, сбрасывая маску дурочки, и со злостью глядя на мужа. — Почему вы решаете, что я должна есть? Откуда вы знаете, что мне нужно⁈ — под конец не выдержала и все же повысила голос.

Меня окатили льдом из прекрасных голубых глаз.

— Благородная дама должна выглядеть соответственно своему статусу и не иметь лишнего веса. А у вас ненормальный аппетит. И вы — маг, пусть и не обученный. Для вас на первом месте должна быть сдержанность. Раз вы не умеете себя держать, то вас должен контролировать кто-то другой.

А ведь он мне поначалу неплохим показался. И тогда, когда предложил свой камзол и когда ел со мной на кухне простоквашу. Что теперь-то произошло?

Я провела руками по талии, которая у Айдиры была почти осиной, до сочной груди, демонстрируя декольте. Кстати, во всех моих теплых платьях было декольте, и мне приходилось как-то прикрываться накидками, чтобы не отморозить самое ценное.

— Вы считаете, что у меня есть лишний вес?

— Пока нет, но если вы будете так есть, то вскоре появится. Благородная дама должна…

Я перебила мужа:

— Родить детей супругу. А вы знаете, что от недоедания у женщин снижается детородная функция? Вы перевезли меня из теплого климата куда-то на северный полюс, в доме холодильник, греющие артефакты разряжены, а теперь еще голодом морить решили! Не бывать этому! Или вы так решили жребий оспорить? Меня уморите, а потом на ком получше женитесь! На какой-нибудь дочке главы рода.

Эрвил мне не отвечал, и лицо у него оставалось неподвижным, если бы не расходящийся от лежащих на столе рук иней, я бы решила, что мужу все равно. Когда обледенение начало приближаться к моей тарелке, я положила на его пути руку. Есть я все еще хотела. А у замороженной котлеты вкус уже не тот. И иней остановился на некоей невидимой границе, там он начинал таять, образуя лужицу.

Я взяла вилку и начала есть, по-простому отламывая от котлеты куски вилкой, овощи тоже съела и сырную нарезку, стоящую неподалеку на отдельной тарелке, все остальные блюда замерзли и покрылись кристалликами льда. Какая-то из тарелок не выдержала холода и с громким дзинннь! раскололась.

Эрвил к ужину не прикоснулся, так и сидел, как каменный. Решив, что сыта, промокнула губы салфеткой, поднялась, вышла из-за стола и отправилась в свою комнату.

Там умылась, практически с нетерпением ожидая, когда супруг явится. Я никогда не любила ругаться, старалась уйти от конфликта. Иногда мне, правда, сносило башню, как в том случае с изрезанным матрасом. Но нынешнее состояние не походило на то. Злость и азарт. Подозреваю, эти чувства слегка подогревались духом огня. Но анализировать сейчас свое поведение и брать себя в руки совсем не хотела.

Выбрала самую открытую и эротичную ночную рубашку, где через прозрачную вставку спереди было хорошо видно грудь, да и не только ее, переоделась ко сну и возлегла на кровать.

Сверху послышался какой-то грохот, потом прошло некоторое время, дверь в мою комнату распахнулась, как от удара тарана. Даже, кажется, штукатурка посыпалась.

На пороге возник грозный муж!

— Зачем⁈

— Что случилось?

— Зачем вы влезли в мой кабинет?

— Хотела сделать вам приятное. Вы же знаете, что мне лучше есть. Я решила вам тоже помочь. Скоро прием — везде в доме должен быть порядок. Вам понравилось, как мы убрали кабинет?

Кажется, у Эрвила пропал дар речи. Он стоял и сверлил меня ненавидящим взглядом. По стенам комнаты, по полу и по потолку расползались ледяные узоры. Отходя от мэлисса Эрвила на некоторое расстояние, они начинали таять. С потолка закапало.

Раз супруг молчит, я решила продолжить свои речи.

— Завтра я еще хотела навести порядок в вашей комнате. А то везде уже убрались, а у вас — нет.

— Я запрещаю вам выходить из вашей комнаты, когда меня нет дома!

Упс! Кажется, переборщила.

— Вот как? А я думала, что вы отдать супружеский долг пришли, — я отбросила одеяло, демонстрируя рубашечку и то, что под ней.

Воздух вокруг Эрвила задрожал, а потом будто был взорвался целым облаком ледяных кристалликов. Почти с рычанием, муж развернулся и быстро ушел.

Я оглядела наполовину обледеневшую комнату.

Дверь закрыл и запер управляющий с поклонами и извинениями.

Я к тому времени уже укуталась одеялом, не готова я всем подряд демонстрировать свои прелести.

Дух внутри радостно кувыркался, словно все происходящее доставило ему небывалое удовольствием. Ну я и подрядила его снова зарядить грельник на полную и просушить комнату. Все оттаяло и испарилось почти мгновенно, кое-где, правда, на обивке стен остались разводы, а ткань вспучилась, да воздух в комнате стал излишне влажный, но это ничего, это даже полезно.

Думала, что всю ночь буду переживать, не спать. Но какое там. Стоило улечься в постель с учебником магии, было так тепло, что я даже одеялом укутываться до ушей не стала, так ноги только укрыла, открыть книгу на том месте, где остановилась… Я прочитала пару абзацев и уснула, да так крепко, что мне совсем не помешал не потушенный светильник.

Приснилась мне квартира родителей. Я была в ней совершенно одна. В легкой дымке было видно только центр, а то, что обычно охватывало периферическое зрение, скрывал белый туман. Я сидела на диване и просто смотрела в стену. Не знаю уж, что там заинтересовало Айдиру, может, узор на обоях, но смотрела она долго. Потом встала, вышла в прихожую. Немного путаясь, надела верхнюю одежду, отперла дверь и вышла. «Ключи!» взвыла я в голове Айдиры, но она меня не услышала. Дверь в квартире родителей защелкивалась автоматически. А эта дурында не взяла ни ключей, ни телефона. Но Айдиру это, кажется, не волновало. Она просто вышла, не обратив внимания, что дверь захлопнулась за ее спиной.

Лифтом моя заместительница пользоваться не стала, пошла пешком по лестнице. Идти ей пришлось довольно долго. Выйдя из подъезда, Айдира просто стояла, глядя на редкий падающий снежок. Недавно была оттепель, снег с улиц смыл дождь. Видимо, было тепло, потому что, падая, снег тут же таял.

Налюбовавшись, Айдира побрела куда-то. Неужели беднягу так шибануло этим обменом, что у нее крыша поехала?

Она успела пройти вдоль длинного дома родителей и завернуть за угол, как кое-что привлекло ее внимание. На дорожке стоял мужчина, в одной руке он держал телефон, а в другой — поводок шлейки. Только выгуливал он не собаку, а огромного серого котищу с кисточками на ушах. Кажется, эта модная сейчас порода называется мейн-кун. Хозяин, насмотревшись в экран, сунул телефон в карман, кот же продолжал деловито нюхать какие-то кусты.

Увидев, что неподалеку стоит женщина и пялится на его питомца, мужчина что-то сказал. И тут я его узнала, до этого Айдира в основном смотрела на кота, и лица хозяина я не могла разглядеть. Это был сосед моих родителей, я даже не знала, что у него есть такой кот. Сосед этот мне никогда не нравился, был он высок, худ, вечно носил какую-то бесформенную одежду, длинные неухоженные волосы собирал в небрежный хвост.

Не знаю, что ответила Айдира, но он вступил на газон и взял недовольного таким самоуправством кота на руки, после подошел к ней. Моя заместительница протянула руку и кот с интересом обнюхал пальцы, забавно шевеля носом. Даже тыкнулся в кожу, потому что Айдира чуть-чуть отдернула руку. Впрочем, тут же запустила пальцы в длинную шерсть.

Айдира наглаживала кота, о чем-то говоря с соседом. Не знаю, о чем они договорились, но к дому пошли вместе. Потом Айдира зашла к соседу в квартиру. Мне было немного любопытно. У соседа оказалась однушка с хорошим ремонтом в стиле хайтек. В него прекрасно вписывался мощный компьютер с тремя большими мониторами. Больше ничего интересного в комнате не было, сиротская полуторная кровать, аккуратно заправленная скучным, серым покрывалом. Да, еще был роскошный комплекс для кота с лазалками, домиками и когтеточками. Туда зверюга и отправилась, когда ему помыли и вытерли лапы.