Следующей задачей было узнать, кто такой Деста Алемайеху. Витторио понимал, что без сведений о своём «партнёре» он действует вслепую. Асмэра была городом, где каждый знал каждого, но человек, способный предложить такие деньги, должен быть либо очень влиятельным, либо крайне осторожным. Полковник решил начать с рынка. Он направился к лавке старого купца по имени Гебре, который торговал специями и тканями, но больше был известен своей способностью вынюхивать чужие секреты.

Улицы Асмэры бурлили: торговцы выкрикивали цены на манго и фиги, женщины в цветастых платках торговались за рыбу, а итальянские патрули лениво наблюдали за толпой. Витторио шёл быстро, избегая любопытных взглядов. Лавка Гебре пряталась в узком переулке, зажатом между глиняными домами. Запах корицы и свежемолотого кофе ударил в нос, едва он переступил порог. Гебре, низкорослый старик с лицом, похожим на высохший пергамент, встретил его с привычной улыбкой, но глаза его были насторожены.

— Полковник, — сказал он, вытирая руки о фартук. — Чем могу помочь? Хотите кофе? Лучший в Гондаре.

Витторио оглядел лавку. За прилавком стояла молодая девушка, сортировавшая мешки с зёрнами. Он понизил голос, чтобы она не услышала.

— Мне нужно узнать про одного человека, — сказал он. — Деста Алемайеху. Высокий, худой, с бородой. Говорит по-итальянски. Может быть связан с чем-то серьёзным.

Гебре нахмурился, словно пытаясь вспомнить, но его лицо осталось непроницаемым.

— Деста? — переспросил он, пожав плечами. — Обычное имя. В Абиссинии таких сотни. Если он важный, он не станет светиться. А если мелочь — зачем он вам?

Витторио почувствовал, как внутри закипает раздражение. Гебре либо ничего не знал, либо играл в свои игры. Он достал несколько серебряных лир и положил их на прилавок.

— Если услышишь что-то, — сказал он, — знаешь, где меня найти. И не вздумай болтать.

Гебре сгрёб монеты и кивнул. Витторио вышел из лавки, понимая, что этот путь никуда не ведёт. Он провёл остаток дня, обходя других информаторов: владельца таверны, где собирались контрабандисты, уличного торговца, который знал всех местных бандитов, и даже одного продажного чиновника из колониальной администрации. Но имя Десты Алемайеху нигде не всплывало. Это было странно и тревожно. Человек, способный предложить такие деньги, должен был оставить хоть какой-то след, но Деста, похоже, был призраком, невидимым даже для самых осведомлённых людей Асмэры.

Вечером Витторио вернулся в свой кабинет, чувствуя усталость и досаду. Полковник задумался о Йемане, посыльном, который передал записку. Витторио решил, что найдёт его после встречи с Дестой, но сейчас это было слишком рискованно. Если Йемане работает на абиссинца, любой неосторожный шаг мог спугнуть Десту.

Второй день прошёл в напряжённой подготовке. Витторио решил вернуться в архив, чтобы проверить, не появились ли новые документы. Он снова дождался, когда помещение опустеет, и проскользнул внутрь, избегая дежурного солдата. На этот раз удача была на его стороне: он нашёл ещё один черновик, где упоминались возможные даты. Витторио запомнил информацию и покинул архив, убедившись, что его никто не видел.

Он также решил проверить свои связи в порту Массауа, где могли знать о передвижениях кораблей, которые могли быть связаны с поездкой Де Боно. Он отправился туда под видом инспекции складов, чтобы не вызывать подозрений. Порт бурлил: грузчики таскали ящики, рыбаки чинили сети, а итальянские офицеры проверяли документы. Витторио нашёл своего старого знакомого, портового смотрителя по имени Рафаэле, который за лишнюю бутылку вина был готов болтать о чём угодно. Но даже он ничего не знал о планах Де Боно, лишь упомянул, что в ближайшие недели ожидается прибытие нескольких военных судов. Это была ещё одна крупица информации, но она подтверждала, что генерал готовится к поездке.

К вечеру второго дня Витторио чувствовал, как напряжение нарастает. Его поиски сведений о Десте провалились, а информация о Де Боно оставалась слишком общей. Но отступать было поздно. Он решил, что на встрече отдаст то, что у него есть, чтобы получить задаток, а потом найдёт способ добыть остальное. Он провёл ночь, проверяя своё оружие: револьвер Webley, тщательно протёртый и заряженный, и стилет, спрятанный в рукаве плаща. Он также взял небольшой фонарь. В его голове роились различные сценарии того, что его может ждать на месте: засада, предательство, даже возможность, что Деста работает на итальянскую контрразведку, проверяя его лояльность. Но чутьё подсказывало, что абиссинец искренен в своём желании купить информацию. Вопрос был в том, кто стоит за ним.

Утро третьего дня встретило его жарой и чувством нарастающего напряжения. Витторио решил ещё раз попытаться добыть данные о Де Боно. Он вернулся в архив, но на этот раз ничего нового не нашёл. Документы были всё те же, и он понял, что точные маршруты появятся только ближе к дате инспекции. Он также попытался ещё раз проверить слухи о Десте, обойдя несколько таверн и рынков, но результат был тот же: никто не знал этого человека. Это настораживало.

К вечеру Витторио переоделся в тёмный плащ, надел широкополую шляпу и проверил свою амуницию: револьвер был в кобуре, стилет — в рукаве, фонарь — в кармане. Затем он оседлал лошадь и отправился к побережью, оставив позади шумные улицы Асмэры. Ночь была тёмной, безлунной, и звёзды сияли, как осколки стекла на чёрном бархате. Маяк на скалистом утёсе выглядел ещё более зловещим, чем в прошлый раз. Его облупившиеся стены, покрытые солью, казались призраком прошлого, а ржавый фонарь на вершине скрипел под порывами ветра.

Витторио привязал лошадь к сухому дереву у подножия и поднялся по узкой тропе, внимательно оглядывая окрестности. Скалы отбрасывали длинные тени, и каждый шорох заставлял его напрячься. Он чувствовал, как адреналин пульсирует в венах, но лицо оставалось бесстрастным. Он достал часы: до полуночи оставалось пять минут. Витторио прислонился к холодной стене маяка, его рука лежала на револьвере. Он был готов к любому исходу: сделке, драке или бегству.

Ровно в полночь из тени скал выступила фигура. Деста Алемайеху, в тёмном плаще, двигался с той же хищной грацией. Его лицо, освещённое звёздами, было абсолютно спокойным, будто он пришёл на рынок купить манго, а не получить важную информацию, подвергаясь опасности.

— Полковник, — сказал он, останавливаясь в нескольких шагах. — Вы не разочаровали меня и пришли. Это хорошо.

Витторио кивнул, не убирая руку с кобуры.

— Задаток, — произнёс он твёрдым голосом. — Покажи, что твои слова чего-то стоят.

Деста улыбнулся. Он достал из-под плаща кожаный мешочек и бросил его Витторио. Полковник поймал его, развязал шнурок и быстро осмотрел содержимое. Пачка долларов, аккуратно перевязанная, лежала внутри. Он прикинул на глаз: десять тысяч, как и обещали.

— Теперь твоя очередь, — сказал Деста, скрестив руки. — Что у тебя есть?

Витторио ожидал этого вопроса. Он решил отдать минимум, чтобы сохранить доверие.

— Де Боно едет в Массауа через две недели, — сказал он. — Эскорт из двух взводов и нескольких офицеров. Точные маршруты ещё не утверждены, но я могу их достать.

Деста нахмурился.

— Мало, — сказал он. — Я ожидал большего, полковник. Но я дам тебе время. Главное — не играй со мной.

Витторио сунул мешочек в карман, стараясь скрыть облегчение. Деньги были настоящими, и это означало, что Деста не блефует. Но его тон насторожил полковника. Абиссинец был не из тех, кто терпит проволочки.

— Я достану, что нужно, — сказал Витторио. — Дай мне неделю. И не пытайся меня обмануть, Деста. Я не из тех, кого легко провести.

Абиссинец слегка наклонил голову.

— Мы оба рискуем, — ответил он. — Через неделю встретимся здесь же.

Он повернулся и исчез в тени скал, словно растворился в ночи. Витторио остался один, сжимая мешочек с долларами. Он чувствовал, как сердце бьётся быстрее. Задаток был у него, но игра только начиналась. Ему нужно было добыть точные данные о Де Боно, не вызывая подозрений, и одновременно защитить себя от возможного предательства.