Кэсси ехидно улыбнулся.

— Расслабился? — раздался крайне недружелюбный голос, и Эл-Рутана, тот самый республиканец с протезом вместо руки, плюхнулся на стул напротив Тр-Аэна. — Вот ты расслабился тут и жрёшь, а, между прочим, зря.

Двое его друзей присели по сторонам, слегка отгородив Кэсси от остальной публики.

— Мы посоветовались и вот что решили, — снова заговорил их вожак. — Такой, как ты, нам, сирмийцам, на борту не нужен.

— Это почему же? — с невозмутимым видом поинтересовался Кэсси.

— Потому, что тебе не терпится получить пинка под зад, — опешив от такой наглости, буркнул Эл-Рутана.

— Это за что пинка? — снова с самым невинным видом поинтересовался Тр-Аэн.

— А за то, что имперскую сволочь мы очень даже не любим. А ещё за то, что ты два раза предатель. Сначала предал своих, а потом, конечно, предашь Альянс.

— И с чего вы это взяли?

— Как с чего… С чего… да без разницы! — Эл-Рутана сжал в кулак уцелевшую кисть. — Да хотя бы потому, что меня пытали и искалечили твои дружки из Консеквенсы. И потому, что ты примазался к спасению госпитальных кораблей и тем уберёг свою шкуру от расстрела. И потому, что тебя даже толком не наказали. И потому что ты грязный шпик. И…

— Ладно, хватит. Слушай, Эл-Рутана. Чтобы дать кому-то пинка под зад, мало иметь желание — надо иметь возможность.

— Думаешь, если я калека, то дуэли не будет? Мне и одной руки хватит. А если убьёшь меня, придётся драться с моими друзьями. Убьёшь нас всех — будешь драться с кузенами, если явишься на Сирму. Хорошей жизни у тебя всё равно не жди, шваль ты имперская, подстилка суки Тарлы.

Тр-Аэн, который до сих пор сохранял хладнокровие, ощутил прилив адреналина — начало прославленного и неудержимого сирмийского гнева. «Если я их сейчас вспылю, изобью его или, того хуже, прикончу, то подставлю „малыша Кая“. Если спущу этим дуракам наглость — они не успокоятся».

— Ладно, я всё слышал. А теперь послушай сам. Может, я имперская сволочь, но точно не подстилка Тарлы. А ещё я — супервиро, может быть, единственный на Сирме. Знаешь, что это такое? Смотри.

Тр-Аэн взял со стойки нож и полоснул себя по руке от ладони до локтя, зацепив поглубже. Кровь из перерезанных сосудов хлынула на стол, на тарелки, на одежду и на пол. Раненой рукой Кэсси взял каменный плод феолиса, сжал его, раздавил и отшвырнул в сторону потёкшую между пальцами кашу.

— Вот, примерно так…

Рана регенерировала на глазах: она становилась короче, уже, превращалась в белый шрам, которому тоже предстояло рассосаться.

Эл-Рутана смотрел на руку Кэсси, разинув рот; его друзья оцепенели. Кто знает, чем могла кончиться эта сцена, однако молчание прервал корабельный повар — один из немногих несупервиро на борту.

— Чёртовы сирмийские засранцы! — заорал он, добавив к этому выкрику несколько крепких марсианских ругательств. — Коты поганые, вам бы только драться. Изгадили мне тут всё кровью. Берите швабру и убирайте, а не то…

— Боты уберут, — буркнул Тр-Аэн и поспешил к выходу.

Трое республиканцев последовали его примеру молча.

Перед последним варп-прыжком старшие офицеры «Горизонта», все до единого меркурианцы, совещались без лишних глаз и ушей.

— Итак, братья, мы должны защищать Хелико в составе сирмийской эскадры, — бесстрастно сообщил Эсперо. — Должны и сделаем это, но миссия опасная. Станция очень важна, ключевая: на ней корабли Альянса получают минус-материю. Есть космический док для ремонта. Потеря Хелико прямо сейчас подорвёт обеспечение второго флота, сорвёт операцию эвакуации. Криттеры отрежут союзников и начнут бить по частям.

— «Потеря сейчас»? — переспросил Шандор. — А если не сейчас?

— Потеря станции в перспективе неизбежна. Мы отступим к Земле, как только поможем создать республиканский партизанский флот.

— Значит, основные бои будут там.

— Да.

— Прости, Кай, но я не понимаю, зачем нам эти проблемы.

— То есть?

— Всё наше братство — меркурианские супервиро. От Земли и её Лиги мы не видели ничего хорошего. Насколько мне известно, нас всех убили, а потом, спустя очень долгое время, реплицировали из записи геномов. Теперь мы ввязались в войну на стороне Альянса и его правительства — Лиги. Четверо наших опять мертвы. Так почему все остальные должны умирать?

— А ты что предлагаешь? — мрачно спросил Эсперо.

— Уйти на «Горизонте» за фронтир и бросить безнадёжное дело. Тебя, Кай, всегда тянуло на Землю, но ты — другой. А мне, если честно, плевать, если криттеры разнесут Ферей, Марс, да и Лигу тоже.

Сказанные Шандором слова повисли в звенящей тишине. «Интересно, кто ещё думает так же?» Эсперо лишь чуть нахмурился, стараясь не давать волю гневу.

— Ладно, объясняю, — заговорил он. — Я не стану напоминать тебе о присяге, брат Шандор; понимаю, она для тебя — пустой звук. Напомню про обычное здравомыслие. Если Земля проиграет войну, о минус-материи можно забыть — её не станет. Кристаллического водорода — тоже. Наши синтезаторы остановятся через полгода. Мы не сможем поддерживать системы «Горизонта»; придётся высадиться на грунт. Дальше наше братство ждёт медленная деградация. Поверьте — я такое уже видел.

— Где?

— На Тилии. Там я клонировал вас в первый раз. Планета была неплохая — вполне пригодная для жизни. Однако братство в конце концов вымерло. Выжил только я, и, возможно, ты, бродяга.

— И что со мной тогдашним стало?

— Думаю, заскучал и помер от старости в какой-нибудь занюханной колонии.

После этой фразы супервиро захохотали — смеялись Роза, Чанда, Сато, Саша, Гамба, Надир; хохотал даже сам Шандор.

— Ладно, убедил, — сказал он, наконец. — Знаешь, если честно — я просто пошутил. Понятно, что без Земли нам не вытянуть. Только что делать с потерями? Уже понятно, что потери у нас будут, причём серьёзные.

— Потери мы попробуем восполнить. Записи геномов остались у меня; ещё одну копию хранит отряд Кси. К тому же я предлагаю заново фиксировать воспоминания. Каждый должен высказаться ясно и однозначно — хочет ли он в случае смерти нового воскрешения?

— С нынешним сознанием?

— Да.

— Я лично — за жизнь.

— А я не хочу нового клонирования, — бросил Сато. — Прости, брат Кай, но если умру, пускай умру навсегда.

— А я снова буду жить, — тихо сказала Роза, но глядела при этом не весело.

— Ну, тогда и я буду жить, за компанию, — добавила Чанда.

— Подумаю, — буркнул Саша.

Остальные промолчали.

— Хорошо, поразмыслите как следует. Все ваши просьбы я приму к сведению, — подвёл итог Эсперо. — А теперь поговорим насчёт нового сражения. Шандор сделал невозможное: повозился с устройствами связи и всего за сутки модифицировал их. Мы сменили частоту и алгоритм шифрования, передали эту технологию отряду Кси, сирмийцам и Космофлоту. Теперь криттеры не смогут нас глушить, по крайней мере какое-то время, и на бой возле Хелико этого преимущества хватит. Наша задача — не дать криттерам высадить десант своих вассалов на базе. Если высадят — мы тоже десантируемся туда и попробуем их выбить.

— А что делать с истинными криттерами? Энергетическими. Теми, кто неуязвим.

— Не знаю. Пока не знаю. Попробуем глушить импульсными пушками, но не факт, что получится. К счастью, они появятся редко и в малом числе. Сирмийские союзники дали нам несколько «Скорпионов». Это лучшие истребители, какие можно найти. Инструкцию по управлению возьмите в Системе. Тренажёры перенастроены. Ещё остались вопросы?

— Нет.

— Тогда ознакомьтесь с диспозицией. Я разослал её на виртпланшеты. Ну и помните: мы — супервиро.

Чернота космоса полыхнула — корабли союзного флота один за другим выходили из варпа. Огромные крейсера и солидные фрегаты занимали место в построении и выпускали звенья мелких, юрких истребителей, которые тут же ложились на параллельный курс.