Тр-Аэн ещё в каюте проверил стыки брони; она отличалась от имперской и была более лёгкой, но и более удобной. Шлем он заранее надевать не стал и вышел на палубу ангара, прижимая его локтем к боку. Другие супервиро тоже собрались здесь, однако на Кэсси они не обращали внимания. Командир звена, супервирина Ратиба — высокая девушка с суровым лицом, — носила странную причёску: почти полностью брила голову.

— Готов? — спросила она, нарочно не называя ни имени, ни ранга Тр-Аэна.

— Да.

— Все по кабинам.

Кэсси откинул колпак и забрался на сиденье, приладил нейроинтерфейс, а потом сверху надвинул шлем.

— Приветствую, пилот, — произнёс искин истребителя.

— Ну, привет.

— Звено, приготовиться… переходим на секретную частоту, — раздался в динамиках шлема голос Ратибы. Гигантский шлюз ангара раскрылся, по одному выпуская истребители.

— Первый — пошёл!

— Второй — пошёл!

— Третий — пошёл!

…

Сила тяжести исчезла. Верх и низ тоже стёрлись как понятия и сменились глубокой чернотой, которая находилась везде. Похожая на гриб база висела в этом пространстве; её тёмные бока лишь чуть блестели отражённым светом.

— Разворот. Противник на сканерах. Контакт через двенадцать минут…

Вражеские корабли выходили из тьмы, и Кэсси порадовался, что отражённый свет базы приходится в корму. На этот раз боевые суда криттеров походили на что угодно, только не на крейсера в привычном понимании — скорее они напоминали насекомых.

«Быстрые. Очень манёвренные для таких громадин. Их в полтора раза больше, а если учесть превосходство в мощи — перевес раза в два».

Ударные корабли выстраивались полукругом, и каждый выпускал юркую стайку истребителей прикрытия — таких же странных и «колючих» по форме.

— Боевой контакт через минуту, — раздался внутри шлема голос Ратибы. — Самостоятельный выбор цели. К криттерским крейсерам не приближаться… ещё раз повторяю — к крейсерам не приближаться, работаем только по истребителям. Быстро!

— Стрелок, огонь — по моему указателю и по готовности, — произнёс Кэсси, обращаясь к искину и включая форсаж.

Яркие искры чужих машин с утроенной скоростью понеслись навстречу. Колючий контур криттера попал в виртуальную рамку прицела. Светлый пунктир пушечной очереди ушёл в черноту, но криттер уклонился со сверхъестественной ловкостью и даже своеобразной грацией. Тр-Аэн поравнялся с вражеской машиной, пролетел мимо, развернулся, наводя рамку на корму. Искин отреагировал как положено, и залп пришёлся прямо в цель. Чужой истребитель на миг превратился в огненный цветок; потом этот цветок поплыл, размазался и исчез, а Кэсси промчался дальше, уворачиваясь от мгновенно усилившегося обстрела других истребителей.

— Шестой — не увлекайтесь, — раздался в шлеме голос Ратибы.

— Есть.

— У вас два противника на хвосте.

«Эта супервирина, хоть и училась на тренажёрах, увы, права. Они переключаются на меня. Сейчас будет жарко».

— Заградительный огонь из кормового бластера, — произнёс он вслух. Искин промолчал, но приказ выполнил.

Неприцельная стрельба не поразила ни одного из преследователей, но помешала им зажать «Скорпион» в клещи, и Кэсси получил время для разворота.

— Прицельно, залп, цель в рамке, — приказал он, перебросив остатки энергии на щит.

Лобовая атака всё же зацепила машину; слабый щит истребителя сорвало напрочь, но добить противника криттер не успел — кинетическое воздействие пушки просто разорвало его на части. Второй враг исчез из виду — то ли спрятался за тучей обломков, то ли и вправду улетел.

Тр-Аэн понял, что, несмотря на силу и выносливость супервиро, начинает уставать. Сердце билось быстрее, чем нужно. Бластеры других истребителей звена сверкали в стороне и довольно далеко.

— Шестой, у вас повреждения, уходите в ангар, — снова раздался голос Ратибы.

— Есть, командир. Меняю курс.

После смены курса стал виден корпус «Горизонта». Фрегат висел в пустоте, будто гигантский чёрный клин, покрытый рядами бортовых огней, но на полпути к ангару Кэсси боковым зрением заметил нечто такое, что заставило его сбросить скорость и развернуться прочь от спасительного корабля.

Темнота шевельнулась.

Это шевеление не сводилось ни к естественному дрейфу обломков, ни к световому эффекту вспышек; скорее, оно напоминало слабую рябь на воде. Движение продолжалось менее секунды, но не оставило Тр-Аэну сомнений.

«Здесь, совсем рядом, корабль под маскировкой. Сирмийский корабль, скорее всего, имперский».

«Шевеление», вызванное случайным попаданием и временным падением мощности, прекратилось, но Тр-Аэн, движимый внезапным порывом, заложил вираж, пытаясь не задеть объект и одновременно удостовериться, что он действительно есть. Кто бы ни сидел сейчас на мостике гостя, на приближение крошечного «Скорпиона» он не отреагировал.

— Шестой, повторяю приказ — немедленно в ангар!

— Есть!

Кэсси с сожалением развернулся, но тут же отбросил мысли о замаскированном «имперце» — сверху, под немыслимым углом, приближалась тройка криттерских истребителей.

— Вот же задница!

Индикатор защитного поля мерцал чуть выше нуля. «Я не успеваю развернуться и не сумею маневрировать против троих».

— Шестой, в ангар! — рявкнула Ратиба, очевидно, точно так же оценившая ситуацию.

Двигатель задрожал от максимального форсажа. Корпус повреждённого «Скорпиона» трясло. Лучи били совсем рядом; их вспышки ослепляли. «Что поделать, возможность смерти существует всегда», — с лёгким сожалением подумал Тр-Аэн.

Теперь он касался панели уже машинально, без лишних эмоций, без страха, как будто продолжал игру в трёхмерные шахматы, но на этот раз по максимальной ставке. Луч ударил корпус позади пилотского кресла; воздух со свистом вырывался наружу. Шлем автоматически защёлкнулся наглухо. Броня-скафандр теперь тратила автономный запас кислорода — Кэсси не думал про это.

— Стрелок?

Искин не ответил; вероятно, она «умерла». Двигатель выл, издыхая. Кэсси выжал из него остатки мощности, сделал «бочку», и следующий залп врага пришёлся в пустоту.

— Ну-ну-ну… Ещё чуть-чуть!

Корпус «Горизонта» выступил из тьмы — огромный, грозный, остроконечный. Зелёный луч бортового орудия прошёл мимо «Скорпиона» и поразил криттера, но Тр-Аэн подробностей не видел — он уже влетал в разинутую пасть шлюза.

Повреждённая машина тяжело заскрипела в момент посадки. Кэсси откинул колпак и спрыгнул на палубный настил.

— Шестой прибыл.

Остальные пять машин уже вернулись. Пилоты, сняв шлемы, толпились у стены, с каким-то новым интересом разглядывая Тр-Аэна. Ратиба приблизилась и схватила его за плечи — то ли ощупывая, то ли собираясь раздавить.

— Идти сможешь? Говори, куда ранен?

— Никуда. Да и вообще — ты о чём? Я — супервиро.

— Ах ты, дерьмо, шваль имперская! — сказала она внезапно с чувством, потом оттолкнула Кэсси и с размаху закатила ему увесистую пощёчину.

— Думаешь, ты тут самый смелый? Сбил пару криттеров и зазнался? Почему не вернулся по приказу?

— Я не зазнался, я просто не успел.

— Не ври, ты просто прослушал мой приказ! — рявкнула супервирина.

Тр-Аэн вытер нос; на перчатке осталась алая кровь.

— Ладно, ты права. Расстреляй, если хочешь. — сказал он негромко, хотя и отчётливо. — Но махать тут руками — отвечу ударом.

— Да ну!

— Угу. Ты не певичка с Сирмы, а солдат, и не слабее меня.

Ратиба опешила от такой наглости, помедлила, а потом разжала кулак и перевела дыхание.

— Сирмийский полудурок, — сказала она чуть более спокойно. — У моего звена ни одного сбитого пилота в прошлом бою. У других они были, но не у меня. Не хочу начинать счёт потерь.

— Извини. Увлёкся. Я не знал, что моё выживание имеет значение.

— Ты точно из Консеквенсы? Скорее, просто идиот.

Остальные супервиро явно развлекались, наблюдая перепалку.

— Трахни его в мозг! — подзадорил кто-то особо ироничный, но получил от Ратибы свирепый взгляд.