— Это… отвратительно? — проговорила она, не уверенная в том, что именно чувствует, потому что воображение разыгралось и подкидывало совсем уж фантасмагоричные картинки того, как именно происходило слияние настоящего и искусственного интеллектов. — Зачем вам это понадобилось?

Таллин виновато пожал плечами:

— Вдруг он обучится и станет больше похож на человеческий? Или человек сможет считать, например, так же быстро как машина. Пожалуй, в большей степени, нам просто было интересно. А еще мы были уверены, что какая-то технология, созданная для помощи людям, уж точно никак не сможет навредить, особенно, если ее будет контролировать интуит.

Таллин встал, походил немного, собираясь с мыслями, и вновь сел:

— У нас была программа, огромный сервер, который управлял искусственным интеллектом, мы с Эдом, не без помощи Хэнка, который доставал нам материалы, сумели превратить довольно большую плату в небольшой чип для подключения, — Таллин криво улыбнулся. — Мозг, если хочешь. Мы хотели попробовать сравнить, как будет действовать в одинаковых ситуациях искусственный интеллект и как человек с… — он осекся и вновь виновато посмотреть на Флюэнс.

— Человек с дополнительным интеллектом, — подсказала она, тоже криво улыбнувшись.

Несмотря на то, что от одной мысли о подобных технологиях ее бросало в холодный порт, та ее часть, которая всем занятиям в мире предпочитала работу с механизмами, заинтересованно прикидывала, как это можно было осуществить.

— Вы вживили чип? — спросила она. — Сами?

— Это не сложно, когда ты интуит, — ответил Таллин.

— И вживили Эду, потому что сами должны были следить за экспериментом и потому что у вас было больше опыта и выше навыки взаимодействия с энергией Потока, — проговорила Флюэнс, думая, что это все необычно интересно.

Особенно, если не задумываться, что что-то в эксперименте явно пошло не так. Вряд ли Кассиан стал Тенью Конклава и противостоит собственной матери, убил родного отца и жаждет убить дядю только потому, что Таллин тыкал в него скальпелем, когда вживлял чип.

— Как это вообще выглядело?

— Боюсь, это можно увидеть только в Потоке. Нейроны мозга связываются напрямую с имплантом искусственного интеллекта.

— Вы вставили живому человеку мозги, предназначенные для андроида… — проговорила Флюэнс все еще слишком шокированная, чтобы понять восхищена она или в ужасе. — Что пошло не так?

— Искусственный интеллект оказался… быстрее.

— То есть? — не поняла Флюэнс.

— Он принимал решения быстрее, действовал на опережение и конфликтовал с мозгом человека-носителя.

— Человека-носителя, — прошептала Флюэнс и в глазах у нее потемнело. — Кажется, меня сейчас стошнит…

— Эдриан неплохо справлялся, — поспешил продолжить Таллин. — Благодаря силе интуита, он сумел подстроится и действовать быстрее вживленного интеллекта. И научился отделять свою сущность от сущности ИИ.

— Но было что-то еще, ведь так?

Таллин кивнул:

— Второй чип. Я обучал ИИ сам, потому что хотелось ускорить процесс. Манипулируя потоком, мне удалось обучить его на всех доступных в галактике данных. Чтобы было проще общаться и проверять, как функционирует интеллект, мы с Эдом использовали одного из андроидов. От человека не отличить, только полностью механика внутри.

— Да, мне один раз привезли робота-секретаря одной из первых моделей на починку. Было жутко, — Флюэнс вспомнила, с каким интересом копалась в механических внутренностях, чтобы понять, как какой-то робот выглядит настолько похожим на человека. — Но они не с ИИ.

— Мы сделали с ИИ. Назвали его Варгас.

Супремус Таллин замолчал.

— Варгас! — воскликнула Флюэнс. — Нет, не может быть. Супремус Варгас…

— Тот самый андроид.

— Но это же бред! Как он вообще может управлять Конклавом! Он же даже не живой!

— Зато думает, не устает, может обходиться без сна и пищи. Вопрос с подзарядкой у него тоже не стоит. Подзаряжается прямо от минимальной радиации, которой везде полно.

— Конклав возглавляет робот!

— Андроид, — поправил Таллин. — Самообучающийся андроид.

— Но он убивает людей! Уничтожает планеты! По его приказу уничтожили торговую базу!

— Он считает, что так контролирует численность живых организмов в галактике и ведет ее к стабильности и процветанию.

— Но…

— Да, эмоций у него нет. И понимания ценности жизни — тоже.

Флюэнс молчала, мысли в голове роились, ее всю потряхивало. Но Кассиан? Он же не может не знать, кто такой Варгас.

— Почему Кассиан с ним?

— Искусственный интеллект периодически берет верх. Эдриан всего лишь человек. Ему надо есть и спать. В такие моменты мозг уязвим.

— Но когда он бодрствует?

— Варгас управляет чипом, который в Эдриане. Очень легко внушить человеку, что он испытывает боль, например, если у тебя есть доступ к мозгу. И очень легко его убить. Мозг — очень хрупкий орган.

— То есть Кассиан — это не совсем Эдриан? — спросила Флюэнс, вспоминая разные глаза Тени: была ли гетерохромия врожденной, или это произошло из-за того, что в нем уживается две сущности?

— Не знаю… мне хочется верить, что Эдриана еще можно вернуть. Но, кто знает, возможно то, что он делает сейчас — его осознанный выбор. Он всегда был амбициозен. Меня же он возненавидел за то, что я с ним сделал…

— Думаете, в нем еще есть что-то… хорошее? — ей хотелось сказать от человека, но ведь он и был человеком. Интуитом. Она почти физически чувствовала ярость Кассиана, когда уводила "Фантом" подальше от Ашта, а андроид не мог бы испытывать эмоции. — Он убил отца.

— Варгас манипулирует им, — Супремус Таллин встал, убирая стеклянную коробочку в карман своих свободных одежд. — Есть способ его остановить. Но мне надо поговорить с сестрой, с генералом Соларис. Слишком долго меня не было… Ну что, попробуешь еще раз контролировать Поток?

Флюэнс отвела взгляд, в очередной раз поражаясь тому, как резко и легко Таллин перешел на другую тему. Но ей тоже хотелось отвлечься и не думать о том, что галактикой фактически управляет андроид.

Лучше уж думать, что у нее опять ничего не получится сделать, используя энергию Потока. Она все-таки просто Флюэнс с Ипсилона VI, пусть даже ей и удалось каким-то неведомым образом позвать супремуса Таллина, когда он никак не мог ее слышать.

Она не проводила непостижимых, страшных и при этом поражающих амбициозностью масштабов экспериментов. Она не смогла бы даже вылечить себе царапину, используя свой дар, не то, что вживить имплант другому человеку в мозг. У нее просто ничего не получится.

— Не переживай, ни у кого не получается сразу, — подбодрил супремус Таллин.

— Как Вы узнали, что я?..

— Боишься неудачи? — закончил за нее интуит. — Я просто предположил, и видимо угадал, — неожиданно по-мальчишески весело улыбнулся Супремус Таллин и пояснил уже серьезно:

— Почувствовал твое смятение, а опыт позволил мне понять остальное. Не всегда стоит полагаться только на Поток.

Флюэнс только вздохнула, будто бы извиняясь.

— Как ты сама думаешь, почему у тебя не получается?

Она неопределенно пожала плечами, отстраняясь от разговора и концентрируясь на своем даре:

— Это сложно объяснить… я будто бы заранее знаю, что у меня не получится, — она сцепила пальцы рук и извиняющимся тоном добавила, — просто… мне кажется, что неправильно использовать Поток в таких мелочах. Ведь я могу собрать с пола отвертки сама, своими руками, это же совсем несложно.

Супремус Таллин снова улыбнулся:

— Но, если это несложно, то почему ты не можешь поднять их, используя Поток?

— Это… это, как… — Флюэнс махнула рукой, силясь подобрать сравнение, — все равно, что зажечь свечу, используя для этого не зажигалку, а звезду!

Супремус Таллин удивленно приподнял брови и неожиданно рассмеялся приятным низким смехом.

— Я что-то не то сказала? — окончательно смутилась Флюэнс.

— Нет, напротив, — интуит подошел и мягко коснулся ее руки, — это очень мудрая мысль. Если бы я думал так же, то галактике не угрожал бы сейчас андроид, считающий, что диктатура — лучший выход. Хорошо, если ты всегда будешь об этом помнить. Но скажи, ты не думала о том, что, возможно, звезде хотелось бы зажечь свечу? Просто звезда слишком большая и в ней слишком много энергии, чтобы она могла это сделать самостоятельно.