— Что за вещица? — пришёл на помощь Дриго. — То есть, что заказывать будем?

Борода взял со стола смартфон, несколько раз коснулся пальцами экрана, потом показал его Дриго и Кочергину:

— Камея княгини Дарской. Пропала во время обысков в двадцатые годы. Теперь, кажется, всплыла.

Кочергин уважительно помычал. На фото был изображён медальон чёрного прозрачного камня в серебристой оправе. Каменная крышечка приоткрывалась, а за ней показалась небольшая ниша, в которую был вставлен женский портрет. Если камею закрыть, потрет будет чуть виден сквозь гранёный камень.

— Я скину вам фотографию. — Борода убрал телефон и снова стал водить пальцами по экрану.

— Разве галерист не только картинами занимается? — решился внести ясность Кочергин, который так до конца и не понял взаимоотношений этого мистического нижегородского «круга».

— Галерея — это прикрытие, — тихо пояснил Дриго, пока Борода возился с телефоном. — То есть, галерея существует, там есть мастерские и проходят разные выставки. Но это на верхних этажах. А в подвале — салон, сам понимаешь, какой. Да и вообще, ты же этого Лариона уже видел. Это он ведёт аукцион Собирателей причуд.

Кочергин понимающе кивнул. Вот сразу нельзя было всё внятно рассказать?

Борода разрешил Дриго уйти со смены в буфете, чтобы на всякий случай подстраховать Кочергина. Сыщик, конечно, и один бы прекрасно справился, да отказываться от помощи неудобно, тем более что с этими персонажами никогда не знаешь, какое чудовище может ждать за дверью. Вот так зайдёшь в кабинку, а там — пасть с сорока зубищами.

— Так что насчёт моей машины? — спросил Кочергин, кода они с Дриго вышли на улицу. — Сделаешь, чтобы она опять летала?

— Вообще-то это не по правилам, — кисло отозвался Дриго. — Такие вещи используются строго по необходимости, когда надо куда-то быстро добраться. Или сбежать.

Стряхивая снег с лобового стекла, Кочергин вдруг вспомнил свой сегодняшний сон.

— А что Борода говорил про тоннели?

— Так Нижний стоит на подземных ходах. Ты разве не знал? — скучающе произнёс Дриго. — Там тоже свои методы есть. Можно почти в любую точку города за десять минут попасть. Как-нибудь прогуляемся, я тебе всё покажу.

— Как много интересного вокруг, — пробормотал Кочергин, открывая водительскую дверь.

— Даже не представляешь, насколько ты прав, — поддакнул Дриго, забираясь в салон.

— Так что — по пробкам поедем? Или как? — кротко спросил Кочергин, заводя мотор.

— Да тут ехать пять минут, — отмахнулся Дриго.

И оказался неправ. Весь центр города, да вообще вся нагорная часть, и заречная, к слову тоже, замерли в жутких зимних пробках. За час Кочергин и Дриго, который, только сев в машину, сразу заснул, проехали всего с полкилометра, даже с улицы Минина не свернули.

— Может, пройдём пешком по Семашко? — предложил Кочергин, давно перебравший в уме все известные ему ругательства.

Дриго сонно причмокнул, всхрапнул и проснулся.

— И где мы? — спросил Дриго, выглядывая в окно и зевая.

— Там же, где и были, — вздохнул Кочергин. — Даже до поворота не доехали.

Потом косо глянул на Дриго, но тот продолжил делать вид, что спит. Тогда Кочергин снова вздохнул. И ещё раз, и ещё.

— Не-не-не, — проговорил Дриго, не открывая глаз. — Это только на особый случай.

— Вдруг он у нас и есть особый. Мало ли, что там могло стрястись с этим галеристом. Может, и к нему кто-то наведался. — Сказав это, Кочергин снова аккуратно посмотрел на Дриго.

Дриго выпрямился, потёр глаза запястьем. Потом серьёзно произнёс:

— Вообще-то, ты прав. Если они думают, что Элина успела продать картину, то и Лариона могли тряхнуть.

— Во-от, — многозначительно протянул Кочергин, надеясь, что это подействует, и кофейный упырь снова заколдует его машину.

Но Дриго только глянул в окно, несколько секунд пощурился на серое небо и покачал головой:

— Не сегодня.

— Почему это? — угрюмо буркнул Кочергин.

— Сам посмотри. — И Дриго смачно зевнул.

Кочергин наклонился и посмотрел в лобовое стекло. Ничего особенного, правда, не увидел: снег идёт, деревья вырисовываются графикой, в окнах домов уже свет зажигают, потому что сумеречно. На миг Кочергин заметил огромные крылья, будто бы мелькнувшие между деревьями. Но только на миг. И потом — может, это метель.

— Нет, не метель, — покачал головой Дриго. — Это те парни, чистильщики. То есть, их руководство. Ну, вроде того. Что-то серьёзное стряслось, вот они и наводят порядок.

— А какая связь? — наморщил лоб Кочергин. — Почему мы не можем прибавить скорость?

— Потому что будем мешать, а то и врежемся в них. И им это не понравится.

Кочергин помолчал. Он отлично помнил того «начальника» чистильщиков — мужика с черепом вместо лица. Пожалуй, лучше уж пешком до Варварской прогуляться, чем помешать такому персонажу. И уж совсем не хочется с ним сталкиваться.

— А что случилось? Чего они вдруг переполошились? — медленно спросил Кочергин, проезжая пару метров по пробке.

— Да кто его знает, — снова зевнул Дриго. Потом достал смартфон, пару минут листал ленту, потом щёлкнул пальцами, выбив сноп искр: — Вот оно. Один идиот открыл двери туда, куда не надо. А тех, кто повылезал, теперь ловят чистильщики.

Кочергин в ответ только хмыкнул. Он прекрасно видел тех, кто может повылезать из не вовремя открытой двери. Встречаться с ними — явно плохая примета.

— Почему тогда чистильщики не могут загнать наших этих… копытных обратно?

— Я, видимо, не так выразился. — Дриго чуть повернулся в кресле: — Смотри. Этот парень дверь открыл фигурально, а не буквально. Он сам себя уничтожил, понимаешь?

— Нет, — покачал головой Кочергин.

— Как бы объяснить. Ну ты же видел шулышей? Если к человеку липнут один-двое, то это не так уж страшно, от них можно избавиться. А вот если их уже сотни, а то и тысячи, то это серьёзно. Там подобное притягивает подобное. То есть, если человек с ними не справляется, их становится больше и больше. Это как мухи на сладкое летят. — Дриго поскрёб бровь. — Они тогда слипаются в одну огромную сущность, которая сжирает в человеке всё человеческое. И получается монстр, который крушит всё и всех вокруг.

— Можно конкретнее? — Кочергин уже устал от аллегорий. Да ещё эта пробка.

— Ладно, — нехотя ответил Дриго. — Тормози, выходим.

— Это ещё зачем? — напрягся Кочергин.

— Затем, что лучше один раз увидеть. Пошли.

Кочергин мгновенно пожалел, что побрёл в эти дебри. Ну какая ему, в конце концов, разница, кто там откуда вылез. Но теперь уже Дриго вылез из машины и бодро зашагал куда-то во дворы. Кочергин тяжко вздохнул, припарковал машину у ближайшего дома и побежал догонять Дриго.

— Тут рядом, — обернулся через плечо Дриго.

А Кочергин, только услышав это, замер на месте. Потому что из-за головы Дриго медленно поднималось нечто отвратительное: огромная шевелящаяся полупрозрачная куча, будто состоящая из множества небольших склизких медуз, непрестанно пожирающих друг друга.

Кочергин издал невнятный звук и только успел указать на кучу, как она вздёрнулась и метнулась в их сторону.

— Ложись! — крикнул Кочергин, падая в снег.

Дриго успел обернуться и выставить вперёд ладони, так что куча врезалась в его руки, вспыхнула множеством тёмных огней и откатилась.

— Оба-на! — выдохнул Дриго. — Не думал, что оно уже здесь.

Стоило ему это произнести, как вокруг стало прозрачно-темно. Всё небо в миг закрыли огромные чёрные крылья, где-то рядом на долю секунды проступил силуэт, похожий на человеческий. Громадной рукой он будто зачерпнул полужидкую кучу, взвывшую, как от сильного испуга.

И тут же всё стихло. Кочергин обнаружил, что лежит в снегу рядом со светлой сталинкой. Вокруг медленно кружились снежинки.

— Поднимайся. — Дриго протянул ему руку. Потом обернулся и улыбнулся проходившей мимо благообразной старушке с собачонкой: — Здрасьте!

Бабушка прибавила шаг и быстро юркнула в подъезд.