Мы обменялись неловкими улыбками, и я ушла в свою комнату.

Я взяла телефон с тумбочки и снова набрала Фила, и вновь раздались короткие гудки. Ощущение дежавю заставило меня засуетиться. Я полезла в интернет и…

Фил заглядывал на мою страницу в тот день, когда я сделала селфи с Димой и его книжкой, и поставил на фото лайк. Да вот только страницы Фила больше не существовало: он её удалил.

Испуг холодным пальцем ткнул под ребро. Что ещё Фил мог сделать не в силах избавиться от желания затащить меня в отношения? Устраниться, конечно же, отрезав себе возможность видеть и слышать меня. И я была уверена, что мои выводы объективны.

Я вызвала такси и за пять минут до его приезда, выскочила в коридор, быстро оделась, схватила сумку с подарком и ключами. Спускаясь в лифте я материла себя, что не удосужилась дозвониться до Фила на праздник и потом тоже, занятая свадьбой Крис.

Было около семи, когда я приехала на место. Я чуть не бежала по лестнице, представляя, как Фил обрадуется новости про поимку. В нетерпении я вдавила кнопку звонка. Прижавшись ухом к дверной скважине, я ничего не услышала, и тогда ещё раз звякнула. Должно быть, он на работе, решила я.

Вбив адрес пиццерии, я вышла из подъезда. Ветер, который ещё только занимался днём, теперь разыгрался не на шутку. Кутая лицо в шарф, я добралась до остановки. Стоя в ожидании троллейбуса, я вдруг ощутила пробежавший по спине холодок и вовсе не из-за начавшейся метели. Я подумала, что Фила могли убить…

Я оглядела людей на остановке, осознавая, что на моём лице застыла маска ужаса и мольбы. «Он на работе. На работе! — взмолилась я. — Это жизнь, а не роман в жанре триллер. Незачем кому-то его убивать!»

И всё равно я будто бы во сне зашла в промерзший троллейбус, не чуя под собой ног и с ощущением стылой пустоты внутри.

Войдя в пиццерию, я стянула шарф с головы и подошла к стойке. Кассир принимал заказ, и я в надежде увидеть Фила попыталась заглянуть в окошко выдачи из кухни, но кроме высокого парня в поварской курточке и шапочке не заметила.

— Да? Слушаю вас, — обратился ко мне кассир.

Мне показалось он смотрит на меня с большим любопытством.

— А вы можете позвать Филиппа? — спросила я, думая при этом, что вдруг Фил психанул и уволился. — У меня к нему срочное дело.

— О, — протянул кассир. — У нас к нему тоже срочное дело..

— В каком плане?

— Он уже три дня прогуливает. И телефон выключил.

Я охнула и вся затряслась.

— Как? Как так?

— Что как? — парень уставился на меня недоумевая. — Взял и не вышел.

Повар на кухне, видимо, услышал наш разговор. Он высунулся и сказал:

— Он говорил, что у него проблемы с алкоголем. Запил, наверное. А вы его зачем ищите?

Я сделала два шага назад.

— Он бросил, — пробормотала я, развернулась и кинулась к выходу. Наверное, они решили, что я чокнутая. Да. Так и было. Я была готова вот-вот рехнуться от ужаса!

Чтобы не терять время, я снова вызвала машину, и во второй раз взлетела по лестнице, но в ожидании худшего. Я утопила кнопку звонка, прижалась ухом к замочной скважине. Сердце колотилось, я вспотела.

«Он мог уехать к Тане. Да. Нет. Он же невыездной!»

— Фил! Это Милана! — заорала я и принялась стучать кулаком. — Ты дома?! Открой мне! Пожалуйста!

Паника охватила меня, и я не знала, сколько орала, звонила и долбила ногой по двери, пока не открылась дверь соседней квартиры.

— Ты кто такая?! — услышала я злой женский голос. — Ты какого хуя долбишь? Я сейчас ментов вызову!

Обернувшись, я увидела немолодую тетку в копеечном халате.

— Вы не видели Филиппа? Вашего соседа?

— А тебе на кой хуй он сдался? Ходят тут блять, то одни долбятся, то другие!

— Кто?! — чуть не заорала я, поняв, кого она имела ввиду.

— Тфу блядь шаболда, — кинула женщина, закрывая дверь.

Всего на мгновение я оцепенела от внезапного потока ненависти с ее стороны, а затем встряхнулась, подбежала, схватила дверь и дернула на себя. Соседка издала изумленное “Оау!”

— Нормально разговаривай! — рявкнула я. — Сама ты шаболда старая! Ты видела его или нет!

— Видела, — передразнивая выплюнула она. — Под забором дохлого!

Она рванула дверь и закрылась в квартире. А я, чтобы не зареветь, крикнула: “Сука!”

Когда я снова оказалась на улице, уже мело, и хлопья снега почти ослепили меня. Если бандиты снова приезжали, если они избили Фила, он мог быть и в больнице. И что мне было делать? Куда, к кому бежать?

До меня не сразу дошло, что в кармане куртки вибрирует телефон. Я вытащила его, надеясь увидеть, что звонит Фил, но это звонила сестра.

— Да, Лена, говори, — попросила я, ощущая, что мои губы онемели.

— Сережа приехал домой. Мила, все не очень хорошо. Ты почему не сказала, что складывалась на открытие пирамиды?

— Лена, мне сказали, это кооператив займов и вкладов.

Я четко услышала протяжный вздох сестры.

— Ты будешь отвечать как соучредитель, — сказала она, — если не докажешь обратного. Господи, Мила!

Всхлип вырвался у меня из груди.

— Лена, там еще Филипп Камолов участвовал. Но он расплатился с долгами.

— Про такого не говорил Сережа.

— Кто-то его избил за эти деньги. Или вроде.

— Что? — протянула Лена. — Кто?

— Я… — я оборвалась, потому что увидела, как из-за угла соседнего дома вышел мужчина, как будто одного роста с Филом и в похожей куртке. Он шел нетвердой походкой с пакетом в руке. — Я перезвоню, — пробормотала я, опуская руку с телефоном.

Я пошла навстречу мужчине, вглядываясь сквозь метель в его лицо, и наконец, убедившись, побежала.

Фил остановился как вкопанный, таращась на меня или же не узнавая. А я поняла, что она пьян, невообразимо пьян!

— Ах ты…скотина… — вырвалось у меня. — Пьянь! — я повысила голос и дальше сорвалась на крик: — Ты где шляешься?! Ты почему трубку не берешь?! Алкашня ты ебаная!

Я не хотела оскорбить, только выплеснуть пережитый ужас. Я замахнулась и ударила его кулаком в грудь. Он пошатнулся, но так ничего и не сказал. Я продолжила бить и кричать. Я орала, что искала его два дня, что он меня забанил, что он урод, козел, а он продолжал таращиться как баран.

— Что там у тебя?! — Я вцепилась в пакет и услышала как звякнуло стекло о жестяные банки. Там у Фила лежали две бутылки коньяка и пиво. — Это так ты решил начать заново?!

Я дернула пакет, ручка лопнула, и бутылка виски упала на дорогу в снег. Но вскоре мою истерику прекратил подъехавший автомобиль. Водитель посигналил дважды и, не дождавшись, пока мы уберемся, с бешенством вдавил клаксон.

Фил схватил меня за руку и стащил на обочину. Я рыдала, когда он обнял меня за плечи. Не в силах унять крупную дрожь, бившую мое тело, я вырвала из его руки бутылку виски, которую он подобрал с дороги, открыла и сделала несколько крупных глотков.

— Я четыре месяца не пила, — сказала я чуть успокоившись.

— Пошли ко мне, — сказал наконец Фил. — Холодно.

Я в остервенении уставилась на него.

— Я тебя с четырех часов ищу! На работу к тебе ездила! Ты где шлялся?

— Мила…

— Да пошли уже, пошли!

Только в квартире я окончательно угомонилась, но пока не остыла до конца. В этот раз уже я помогла ему раздеться и увела в комнату, где посадила на диван. Осмотревшись, заметила, что вещей стало меньше и пропал комод. Выходит, Таня действительно оставила Фила.

Я молча вышла на кухню и аж подавилась бешенством при виде заставленного бутылками стола и пола усыпанного сигаретным пеплом. Вскипятив воду, я налила две кружки чая и в поисках молока заглянула в холодильник — еды почти не было. Видимо, Фил пил, даже не закусывая.

Вернувшись в гостиную, я поставила кружки на кофейный столик и села рядом с Филом.

— Ты решил сгореть? Или что? — Я старалась говорить строго, но мягко.

Фил сидел ссутулившись, понуро глядя на свои руки. Крайне медленно он повернул голову и уставился на меня.