Илиана постучала несколько раз, но так и не дождалась ответа. И тогда она сделала самое глупое из возможного — приоткрыла дверь. Одна её часть вопила о том, что надо уйти и желательно как можно быстрее, что энтарх не будет рад незваным гостям в своих покоях, а вторая твердила о том, что у нее есть цель, ради которой она здесь, а значит надо войти.
И Илиана вошла. Комната была пуста. Энтарха здесь не было. Она сразу почувствовала облегчение, а ещё вину. Она должна была ненавидеть энтарха. Но за те два дня, что Илиана находилась во дворце, она не видела от него ничего плохого. И хоть Картес твердил, что чем быстрее она справится со своим заданием, тем будет лучше для них обоих и для их государств, она не могла, просто не могла убить энтарха вот так, сразу.
Почему? Илиана, пожалуй, и сама не понимала. Просто… Ей хотелось найти подтверждение тому, что она слышала о нём. Она верила брату, безусловно и искренне. Но вот сейчас, когда всё рядом, а брат предложил ей яд и клинок и ещё несколько способов убить легко и быстро, а, главное, чтобы на неё не пало подозрение, Илиана медлила.
Наверное, не так сильна была её ненависть. Легко ненавидеть человека, так же, как и любить, на расстоянии, находясь далеко от него, и в сто крат тяжелее, если ты рядом. Вот сейчас, она увидит, каков энтарх на самом деле, и ей станет легче, легче ненавидеть.
К тому же от неё зависит благополучие родной страны. А значит нечего медлить. Она только присмотрится немного. Дождётся пока гнилая натура энтарха выдаст его и тогда…
Илиана медленно прошлась по комнате, осматривая её, и сама поражаясь своей смелости. Обычная обстановка, она бы даже сказал аскетичная. В прошлый раз она не рассмотрела покои энтарха, он сам приковал к себе всё внимание. А сейчас уже осматривалась внимательно. Подмечая мелочи — кушетка в углу, открытая дверь на террасу, то самое кресло, в котором он встречал её в прошлый раз, сдвинутое к стене. А ещё небольшой столик посреди комнаты, что сразу приковывал взгляд. И на нём разложенный ракс.
Словно энтарх начал партию и не доиграл. Илиана невольно шагнула вперёд и прикоснулась к фигуркам. Дорогие, из слоновой кости и мрамора. У отца были похожие. А здесь видно, что очень старые и выделка хорошая. Ракс был её страстью. «Мой стратег», так называл её иногда отец. После того, как он умер, достойных противников для неё не осталось. Картес не любил играть, а играя, неизбежно проигрывал. Первый советник иногда мог составить компанию, но и тот ненадолго. Как правило, сдавался после первой партии.
И вот сейчас Илиана видела, что партия не сыграна. Сторона белого короля сделала ход, полководец созвал войска и расставил на позиции, а чёрный король безмолвствовал.
Что ж, не будет особой беды, если она сделает шаг за чёрных. Энтарх, наверное, и не заметит, а, заметив, решит, что это служанка, убираясь, случайно сдвинула фигуры.
А ведь если чёрный король не выставит правильно полководца, то ему через пару ходов грозит неминуемая гибель. Белый король сделал замечательный ход. Но и чёрный король не лыком шит. Если призвать на позицию легионеров и шагнуть чёрным полководцем вправо по доске… Илиана улыбнулась, потом нагнулась, прикоснулась к фигурке полководца и переставила его вправо. Так. А теперь легионеров.
Прошло несколько минут. Она полюбовалась на фигурки на доске. О, да. Теперь исход этой партии не был таким однозначным. Теперь белому королю, чтобы выиграть это сражение, придётся приложить много усилий и не факт, что победа останется за ним.
Илиана довольно усмехнулась и шагнула к двери. Даже если энтарх застанет её здесь, он ничего не может ей сделать. Она его невеста и принцесса другого государства. Она неприкосновенна. Она должна убить его и ей нечего бояться. Так говорил ей Картес. А ещё, что он не даст её в обиду. И она верила. А кому верить, если не единокровному брату, с которым она вместе росла и с которым делила все его детские игры? Поэтому страха перед энтархом не было. Почти.
Илиана немного подождала, прежде чем распахнуть дверь. Но за дверью было тихо. Никаких шагов, никаких голосов. И правда — не дворец, но усыпальница.
В коридоре она помедлила немного. От этой двери она уже помнила путь до своих покоев. Развернулась, было, туда, но передумала. Нет уж! Она решила отправиться на поиски библиотеки, вот теперь и направится туда. Должен же ей кто-то попасться на пути! И нет, в этом дворце, невыносимо! Была бы она нормальной принцессой, завтра же уехала бы домой! Потому что эта тишина угнетала и давила, словно вопрошая — а в чём ты провинилась сегодня? А ещё здесь не было даже колокольчика для вызова прислуги. И слуга, приставленный к ней, возмутительно быстро ушёл, не встретив её с прогулки. Хотя, ведь она не просила.
Илиана вздохнула, остановилась на секунду, а потом всё-таки направилась дальше. Без книги сегодня она не уйдёт!
Глава 3
Герхарт
Написать и отправить письмо правителю дружественной Литари, было делом нескольких минут. Но Герхарт задержался. Прогулялся по саду, обдумал, все ли сделал правильно, не упустил ли чего-то. А ещё в последнее воскресенье месяца энтарху надлежало встретить просителей и выслушать их. Он завёл этот обычай и не собирался менять. Но во дворце находилась принцесса, его невеста. Он знал, как должен действовать согласно дворцовому этикету. Проблема была лишь в том, что он давно уже сам себе правитель и сам себе этикет. Самоуверенность — отвратительное качество для энтарха и необходимое. Вот только было ли оно у него?
Герхарт усмехнулся, развернулся, постоял немного, полюбовался на королевский цветок и направился к себе. Полумрак дворца после ослепительного солнечного света неприятно давил, словно обещая головную боль в ближайшие дни. Он даже ослабил и так свободный ворот рубахи. И подумал рассеянно, хорошо, что золотой обруч, знак власти правителя, немилосердно сдавливавший виски, он носит не каждый день.
В личных покоях было тихо и прохладно. Ветер играл прозрачными занавесями, отделявшими комнату от выхода на террасу. Но скоро солнце вновь придёт на эту сторону и начнётся жара. Жару Герхарт не любил. Он шагнул к выходу на террасу, чтобы захлопнуть дверь, когда вдруг случайно бросил взгляд на столик, за которым вчера оставил расклад в ракс.
Иной раз он играл сам собой. Тренировал разум. И тоскливо мечтал о сильном противнике. И вот сейчас он застыл ошеломлённый. Кто-то не просто сдвинул фигуры на доске (а он запрещал слугам дотрагиваться до вещей в его покоях), а сдвинул их так, что белый король вместе со своим полководцем оказался в осадном положении. Вот ведь досада!
Гер невольно, вопреки своим мыслям, усмехнулся. Усмешка вышла кривой, а старый шрам привычно стянул кожу. Что есть, то есть. Но, кто бы это ни был, он совершил невозможное — пошёл за чёрного короля таким немыслимым способом, что Герхарт подумал бы, что фигуры сдвинуты или заменены местами. Но нет! Он помнил наизусть, где стоял белый король с полководцем и своим войском и где — чёрный.
Так. А значит, ему задали задачу. Что-ж, он любит решать задачи! Он даже не заметил, что пока осторожно прощупывая дальнейшие ходы противника, переставлял фигуры на доске, улыбался. И даже когда белый король, совершив невозможное, вырвался из окружения противника, а его полководец, потеряв легионеров, но и изрядно потрепав противника, всё-таки подошёл к крепостным стенам чёрного короля, продолжал глупо улыбаться. Наконец-то он нашёл сильного противника, с которым интересно играть. Наконец-то! Всё. Он завершил ход. Теперь партия чёрных точно проиграна.
Но Гер медлил убирать ракс. Ситуация для чёрного короля была безвыходной, однако он бы нашёл рисковый выход, один единственный. Он уже видел его и оставил малейшую лазейку. Вряд ли конечно тот, кто ввязался в эту партию, рискнёт сделать такой ход. И всё же… Да, он будет ждать. Это того стоит.