[5] Больница общего типа в Кадисе (исп).
— Блин, — притормозил я свой рассказ, — ты представляешь, забыл что у меня остался айфон старика, надо же было его полицейским отдать.
— Ой, да что тут такого, потом отдашь, не переживай, — успокоила меня Аня, — наверняка они еще приедут, или майор выпишется из больницы, отдашь ему.
Резонно. Если полицейские не приедут снова, дождусь возвращения старика. Кстати, во время обыска я нашел в номере паспорт старика. Темно-синий документ с желтым трезубцем на обложке мне раньше не попадался на глаза. Но, по рассказам отца и старших товарищей, я уже знал, что такие паспорта были у окраинцев до войны. Из протокола, который мне дали подписать полицейские, запомнил, что нашего майора звали Сергей Полтавский, 1992 года рождения. Оказывается ему в этом году исполнилось только 50 лет, а на вид старик выглядел гораздо старше.
— Давай посмотрим, что у него интересного есть в айфоне, — предложила Аня, — может надо будет в полицию сообщить.
— Не очень удобно, — засомневался я, — хотя, действительно, вдруг, что-то важное обнаружим.
Вскрыть смартфон для меня не представляло труда, тем более, что он открывался не через Face ID, а обычным цифровым кодом. Мы долго листали фотографии, на которых, в основном были запечатлены люди в военной форме. Некоторые видео смотреть было неприятно, старик в своих пьяных рассказах не грешил против правды, на видео попадались кадры пыток, расстрелов, избиений гражданских лиц. Я после первого такого видео, перестал их показывать Ане, и пролистывал дальше. И вообще, нам очень быстро наскучил просмотр медиафайлов в айфоне майора, ничего интересного для себя мы там не видели.
Потом я залез в папки с файлами, они, кстати, были отдельно запаролены. Некоторые папки даже открывать не стали, судя по названиям из фамилий, там были материалы относящиеся к сослуживцами майора. Меня заинтересовала папка «Bunker». В ней оказались документы с названиями на русском языке: «Касса», «Расходы», «Схемы подходов», «Координаты» и просто с порядковыми номерами. Открыв документ «Касса», обнаружил там множество рядов чисел, не очень понятных для меня. Полистал другие документы, понял только, что в «Координатах» были гугловские цифровые обозначения каких-то мест.
В одном из нумерованных документов оказалось описание подземного убежища: «Вход в бункер находится на расстоянии километра от уреза воды напротив скал «Сестры» строго в створ вершин. Издалека заметить трудно. Должен быть прикрыт от постороннего взгляда маскировочной сетью. Маскировка с двумя растяжками по западным углам. На входе еще не менее трех растяжек, смотреть внимательно на шкиве с рукояткой и при открывании бронированной двери. Растяжки резать, открыв не больше трех-четырех сантиметров, иначе, может произойти детонация. Заложены Fordonsmina 13R шесть штук, направление на вход. Вторая бронированная дверь через шесть метров. Заминирована аналогично первой. Слева вверху есть небольшой люк, открывается наружу нажатием на ручку, заминирован одной миной, растяжку резать обязательно до открывания всей двери, иначе произойдет детонация. Мины не трогать ни в коем случае, под каждой есть взрыватель нажимного действия. Коридор после второй двери должен быть под лазерной сигнализацией, внимательно смотреть на левую стену. Расстояние от пола около сорока сантиметров, можно преодолеть ползком. Аккумуляторы сигнализации рассчитаны на работу без подзарядки не менее двадцати лет. Она заведена на электродетонаторы к пяти Фордонсминам. Отключить можно только изнутри бункера, справа на стене в основном помещении».
Перечитывая описание бункера, я пытался осмыслить, для чего майор хранил у себя такую подробную инструкцию этого подземного убежища и что там могло храниться. Пока, в документах мы с Аней ничего, дающего на это ответ, найти не могли
— Ты знаешь, чтобы что-то понять, надо перечитать все документы в айфоне, — посмотрел я на Аню, — давай я их перекину на ноутбук, мне так удобнее просматривать.
— Ничего я не понимаю, делай как хочешь, — видно Ане надоело разбираться в записях майора, — похоже, что все это к войне относится, он ведь военным был.
Я закинул смартфон в ящик своего письменного стола и мы пошли на пляж. Наскоро искупавшись, я вернулся к своим делам в отеле, а моя приятельница пошла готовиться к экзаменам. Ближе к вечеру я снова решил поковыряться в файлах айфона, подключив аппарат к своему ноутбуку, полностью скопировал его содержимое, а смартфон убрал в наш рабочий сейф.
Заново перебирая фотографии, нашел альбом, относящийся к прошлому году и в нем, неожиданно для себя, нашел вчерашнего гостя майора. Рассматривая несколько фото с этим персонажем, я понял, что снимали издалека с большим зумом. Похоже, «побратым» не предполагал, что он заинтересовал фотографа. На одном из снимков этот окраинец был в компании с двумя другими мужчинами, в одном из которых я узнал одноглазого. «Теперь понятно, что они одна шайка-лейка», — подумал я и присмотрелся внимательно к обстановке на фото. Снимали этих людей в какой-то теплой местности, на снимке присутствовали пальмы и другие тропические растения, а вдалеке виднелась морская гладь. Похоже, какой-то портовый город, но район на фото, явно не из благополучных. Постройки больше напоминают лачуги бедных мексиканских кварталов, чем дома зажиточных горожан. На следующем фото я обнаружил еще одного мужчину, фото которого раньше уже мелькало в интернете, это был один из руководителей правительства окраины в начале двадцатых годов. «Интересные знакомства у нашего майора, — подумалось мне, — причем, персонажи на фото, вряд ли в его друзьях, судя по тому, что снимал он их издалека».
Еще немного полистав фотографии, я обнаружил интересный кадр. Это был снимок списка сумм в различных валютах, здесь были доллары, евро, рубли, какие-то гривны, а еще огромное количество золота. Меня поразили даже не значительные суммы в евро и долларах, а шесть с лишним тонн золота. Ради интереса я оценил золото и перевел всю записанную валюту в евро. От общей суммы я слегка обалдел, у меня получилось больше восьмисот миллионов евро. Очень интересные записи нашлись у нашего ветерана-оборванца. Что же за тайны хранил майор и почему он так боялся своих побратимов? С этими мыслями я отправился в кровать. Но документы и фотографии, обнаруженные в айфоне старика еще долго не давали мне уснуть.
Глава 4
А утром пришло неожиданное известие, которое на некоторое время заставило меня забыть про старика и его «сокровища». К нам ехали родители моего отца. Но, давайте по-порядку. Всю ночь я «осваивал» необитаемый остров, мне снились три одинокие пальмы на маленьком песчаном клочке земли, куда я попал после крушения яхты. Морское парусно-моторное судно под моим управлением врезалось на полном ходу в рифы вокруг острова, куда меня поманили записи майора. Сокровища «капитана Флинта» уже были близки, в бинокль я разглядывал окованный металлом сундук, стоящий под пальмами. Потом — крушение, и только я один смог добраться до островка. Воды и пищи там не оказалось, зато сундуков с бриллиантами было много. Закопанные один под другим, они составляли фундамент островка в виде огромного подземного убежища. По коридорам которого, я бродил без всякой надежды выбраться наружу. Проснулся рано утром от громких и противных криков чаек, оказавшихся звонком моего телефона. Я уже и забыл, что на днях установил на неопознанные номера такой мерзкий сигнал. Спросонья я тупо смотрел на номер, начинающийся с «+7» и не мог понять, как может телефонный номер начинаться не с привычного «+34». Телефон не умолкал и до меня наконец-то дошло, что надо ответить.
— Марк? — голос женщины не был мне знаком, — это Марк?— спросила она по-русски.
— Да, сеньора, — ответил я как можно вежливее, — я вас слушаю.
— Марк, это твоя бабушка из России, мы с дедушкой сегодня вылетаем из Москвы в Севилью, — в голосе звучали взволнованные нотки, — по вашему времени должны приземлиться в 19-30. Подскажи, как найти больницу в которой лежит твой папа.