За этими раздумьями ее застал вызов руководителя, то есть мамы. Вздохнув, Алиела ответила.
– Есть какие-то новости с момента отсылки последней информации? – сразу же приступила к вопросам Ойла.
Сейчас это был просто руководитель, даже тени родственного беспокойства не пробивалось через ментальный фон.
Алиела кивнула и ввела мать в курс недавних открытий.
Выслушав дочь, Ойла тяжело вздохнула, хотя ментально все так же излучала рабочий настрой:
– Аналитики дают девяностопроцентную вероятность, что это была акция серых…
– Но почему?! – воскликнула Алиела. – Зачем им это надо?
– Трудно сказать… Возможно, это связано с изменением их интересов, что подтверждается сменой их руководителя в Солнечной системе. Другие варианты менее вероятны, но тоже имеют место быть. Жаль, что ты сейчас там одна… Вот не слушали меня на совете, когда я говорила, что два сотрудника в таких миссиях – слишком мало! – Ойла повысила голос. – А они – «трата ресурсов, отсутствие перспектив, чисто академический интерес!».
Веганки немного помолчали.
– От Комитета до сих пор ничего нет, как я понимаю…
Алиела мрачно кивнула.
– Остается действовать по уставу, дочка, – как-то изможденно проговорила Ойла. – По нашему уставу. Мы, конечно, вышлем военный корвет, он уже готовится, но это потеря времени, за которое с Элхором может случиться всякое. Так что, старший информационный разведчик Алиела, вспоминай все, чему тебя учили в армии, и отправляйся на поиски брата. Как я поняла, примерное направление ты знаешь. Тяжелое вооружение твоего корабля я разблокировала своим кодом и даю тебе карт-бланш.
– А как же Комитет? – удивилась Алиела, быстро просматривая обновленный статус своего корабля.
Тяжелое вооружение, намного превосходящее сходное вооружение серых и эридян, а также многих других инопланетных рас, присутствующих здесь, для участника-наблюдателя от Комитета было заблокировано. Оставалось только примерно равное по энергетической мощи среднее вооружение (у серых оно бы считалось максимальным по мощности). Таким образом, разные возможности участников Комитета как бы уравнивались, с чем Алиела, например, была не согласна. Мало ли что происходит в жизни, а тут такие ограничения… Кстати, факт разблокировки систем должен был сразу стать известен Комитету, а он почему-то молчит. Это странно. В других похожих ситуациях, с которыми веганка в свое время ознакомилась, когда только начинала работать в Солнечной системе, реакции Комитета были куда более быстрыми, скорее даже мгновенными.
– В договоре есть уточнение, что в случае военных действий этот пункт перестает действовать. В связи с чрезвычайными обстоятельствами и отсутствием реакции Комитета я ввожу чрезвычайное положение, которое приравнивается по статусу к военным или полицейским действиям.
– А есть какие-нибудь новости насчет Руаны? – активируя и тестируя разблокированные системы корабля, спросила Алиела.
Ойла помолчала, потом недовольно махнула рукой:
– Ничего мне не удалось узнать. Она ведь от контрольной службы, а они, сама знаешь, почти никогда не делятся информацией, если им это не нужно… Поэтому действуй по обстоятельствам… И, Алиела… – Ойла помолчала. – Проявляй осторожность.
– Все будет хорошо, мама, – ободряюще и уверенно улыбнулась девушка.
Следы, информационные и почти незаметные – энергетические, привели корабль веганки на самый внешний край системы. Серые обосновались на одной из карликовых планет. Земляне ее называют Плутон. Навскидку ничего не заметно, маскировка у серых была неплохая, но, конечно, спрятаться от систем корабля и способностей Алиелы они не могли.
– Старший информационный разведчик еще не потерял свой нюх! – излишне воодушевленно пробормотала Алиела, а про себя вздохнула.
Несмотря на то что в армии веганка прослужила целых десять лет, довольно спокойных лет, к слову сказать, в боевом столкновении она участвовала только раз. Причем столкновение это было не спланированным, а случайным: противник использовал какую-то хитрую маскировку, которая повлияла на систему определения места выхода из прыжка, и веганский корабль не заметил препятствия. Потом-то ученые разобрались, а тогда они находились в патруле и проходили через одну из условно-приграничных систем, и так получилось, что вынырнули прямо перед патрулем хостисов. Ну а те решили, что это нападение, и началось… Расстояние, на котором они выпрыгнули, было настолько близким, что применять мощное оружие было бы безумием, а гравитационные возмущения оказались настолько сильны, что чуть не разорвали оба корабля. Потом неконтролируемый двигатель, пока его все-таки не взял обратно под контроль большой кристалл корабля, буквально воткнул их корабль в лоханку хостисов, ну а тем делать нечего было – полезли на абордаж. Первый за три сотни лет. Дурь, конечно, но обстоятельства так сложились.
Вот после того случая Алиела и решила посвятить себя чисто мирской жизни. Нет, она не струсила, но одно дело – заниматься только инструментальным противостоянием с противником, и совсем другое – столкнуться с ним лицом к лицу. К этому она была психологически не готова. Собственно, с хостисами у них были именно личностные проблемы, если так можно сказать. Полная ментальная несовместимость. Когда они находились рядом, то буквально сходили с ума от негативных реакций – ненависти, боевого безумия, желания убивать. Нет, если себя контролировать, то вполне можно быть рядом, но, во-первых, не каждый может постоянно находиться под внутренним контролем, а во-вторых, тяжело это и жуть как некомфортно. А при долгом контроле – депрессия, усталость и так далее.
Алиела не любила вспоминать тот бой. Ведь ей тогда тоже пришлось участвовать. Когда корабли столкнулись, кристалл уже не смог поддерживать внешнюю ментальную защиту, на некоторое время она пропала, и тут сыграл кумулятивный резонансный эффект ментального наложения общих полей веганцев и хостисов. Тогда они и поперли на веганцев…
Как она тогда выжила – сама не понимает. Внутри корабля оружие использовать нельзя, и, несмотря на то что у всех оно было, находилось оно у каждого в сейфе в своей каюте. При опасности или боевом столкновении кристалл автоматически разблокирует их. Тогда он тоже это сделал, но сколько успело добраться до сейфов… Ведь большинство были на своих местах согласно распорядку. Позже в связи с угрозой абордажа правила переделали, но что с того? Хотя впоследствии, насколько Алиела слышала, такого не случалось.
Хостисов было раза в два больше, и буквально все они, слетев с катушек, поперли на корабль веганцев. Алиеле не повезло – она находилась на своем рабочем месте, далеко от сейфа с оружием… То, что происходило конкретно с ней, она не помнила – сама себе заблокировала память и поставила ментальную метку «не открывать». А вот картинку трех мертвых хостисов в ее рабочей каюте и свои руки в крови – помнила. Эта картинка, вдобавок к метке, была как предупреждение – не лезть туда, и именно эта картинка останавливала ее, когда Алиела, будучи в благодушном настроении, порой хотела полюбопытствовать, как она «геройствовала».
Вскоре план обустройства серых на планете был у нее перед глазами. Неплохо они тут обосновались. В основном под поверхностью. Большие многокилометровые залы, проходы, энергетические комплексы. Ментальный фон довольно слабый, он у серых вообще низкий, но, видимо, за счет количества (а также наличия множества выходов на поверхность) тут он чувствовался весьма отчетливо. Впрочем, мимо планеты веганка проскользнула быстро, сбросив роботов-шпионов. Сама она спряталась за одним из спутников Плутона, предполагая, что это совсем не повредит. Ведь как-то же они обнаружили корабль Элхора.
Эти шпионы и сделали основную часть работы. Там, где могли и где это не вызывало реакции системы защиты, они проникали внутрь, проделывая небольшие отверстия в переборках, в камне или в почве и обратно заделывая их за собой. Где-то прилеплялись к работающим системам транспортировки, вместе с ними все более углубляясь. Осталось дождаться, когда мелкие шпионы доберутся до центрального мозга, управляющего защитой комплекса серых. Их наработки в данной области веганцам были известны. Так-то в открытом космосе они с этим видом разумных не сталкивались, хотя и знали о них, а поближе познакомились как раз у Земли и сразу же начали усиленно собирать информацию. И чем дальше, тем сильнее этих серых «не любили». Поначалу-то даже конфликтов между ними не было, это потом, когда веганцы хорошо узнали серых, отношения испортились. Да и то в основном со стороны веганцев. Серые-то, чувствуя, за кем сила, обычно пытались или вредить исподтишка, или разрешали возникающие проблемы через Комитет, хотя порой срывались. Правда, и срывались с умом – чтобы нельзя было им предъявить претензий. Уровень развития серых был ниже, чем у веганцев, и те с интересом разбирались с особенностями этой цивилизации. Разумеется, стараясь это делать незаметно, ибо зачем лезть на рожон?