И тут же глаза защипало еще сильнее.
Ник
Вот безмозглая!
Гномьего самогона хлебнуть. Правда, он не противный, только градусов много. Говорил же – отрава! Нет, не поверила. А изысканное эльфийское для нее – яд! Тьфу!
– Здесь я решаю, отрава или нет! – снова завела она свою песню.
– Мнение вора меня не интересует, – отрезал я.
– Это кто вор? – Она снова уперла в меня свои фиалковые глаза.
А я в них снова чуть не утонул, и снова у меня колыхнулось внутри.
– Ты, конечно! Зачем ко мне в УНИК залезла?
Наконец-то я смог ее хоть чуть-чуть смутить, а то прямо строит из себя тут принцессу Невинность!
– И ничего я там не воровала!
– Это потому, что я не дал, – проворчал я.
– Как «не дал»? – возмутилась девчонка. – Все, что надо, я увидела!
– И что ты там увидела? Мои фантазии?
– Это у тебя такие фантазии? – удивилась она. – Тогда ты мне должен! – И снова наклонилась ко мне.
– В смысле? Ничего я тебе не должен! Я тебе цветок подарил! – Я закипел и тоже наклонился к ней. Не могу же я показать свою слабость перед этой явно неуравновешенной особой?
– Зато ты меня голой видел! – еще ниже наклонилась она.
– И ничего я не видел! Я вообще на тебя не смотрел!
– Ах не смотрел! – Алиела буквально легла на столешницу своими формами.
Вниз посыпались бутылки, но мы не обращали на них внимания.
– Не смотрел! – зарычал я и уперся своим лбом ей в лоб.
Девчонка замерла, а меня буквально пробила молния с головы до ног и обратно, по пути задев сердце.
Не знаю, сколько это продолжалось, но очнулся я от сильной пощечины, которая поставила последнюю точку. Меня чуть не разорвало от нахлынувших чувств. Я вскочил, отвернулся в сторону: перед глазами мелькнул вулкан. Сжав кулаки, я нечленораздельно заорал в ту сторону:
– А-аы-ы-ы-ы!!! – и еще притопнул в порыве чувств.
Краем сознания отметил, как природная энергетика этого места закрутилась, завертелась, расходясь от меня волнами и пиками. Налетел мощный порыв ветра, вырвавший множество деревьев, но оставив наше место нетронутым. Что-то затряслось, и вдруг вулкан… взорвался! Снова затряслось, рядом раздался испуганный вскрик Алиелы, и я очнулся.
Очнулся почти спокойным. Огляделся – остров продолжал трястись. Стол подпрыгнул и перевернулся. Деревья внизу валились от какого-то странного ветра, вулкан снова бухнул, и в воздух поднялось много камней и пыли. Часть камней полетела в нашу сторону.
Я схватил гостью в охапку и рванул с нею вверх, окружив нас защитой.
Алиела
Этот гад ее поцеловал! За это и получил пощечину, о чем она ничуть не жалела, даже еще бы приложила. И даже то, что у них поцелуи совсем не такие, как у людей, – касание лбами на уровне точки «пси» между бровей, с легкими ментальными взаимными модуляциями, а у людей – касание губами (фу!) с передачей феромонов, и он может этого не знать, ничего не меняло. И даже пусть случайно получилось – поцеловал без разрешения? Получи по лицу! Ну и что, что ей понравилось?
«Алиела! Что у вас происходит?» – сквозь пелену мысленного зацикливания пробился ментальный посыл ее брата.
«Вулкан проснулся», – почти спокойно ответила она.
«Уходи оттуда!»
«Уже».
«Что «уже»?»
«Ушла. Присмотри за моим корабликом. Отзови его».
Брат помолчал.
«Ты где?»
«Я с Ником. А ответ на вопрос «где» – «где-то в небе», – и оттранслировала ему картинку катаклизма под ногами и придерживающего ее Ника.
Интересно, а что делает его рука у нее на талии?.. Мысли начали очередной круг, завиток цикла. Вернее, чуть ниже? Почему это вдруг ее стало беспокоить? У них же эрогенные зоны в основном носят ментальный характер, так почему же внутри растекается жар? И главное – почему его рука на ее талии так приятна?
Элхор долго молчал. Потом просто ответил:
«Хорошо. Твой корабль я забрал. Будь осторожна».
Алиела задумалась – с чего это вдруг ее брат стал таким покладистым?
Элхор
Честно говоря, он испугался. Сначала, правда, просто удивился и был в недоумении, когда, встретившись, Алиела с Ником сперва стали общаться как давние знакомые, а потом по каждому пустяку принялись, как говорят земляне, собачиться. Действительно, это было похоже на то, как две собаки лают друг на друга. Поведение сестры совершенно выходило за пределы разумного. Как будто это была не она. Ник, запомнившийся ему спокойным и буквально валящим с ног своей внутренней силой, тоже ругался с его сестрой, как какой-то мальчишка. Было полное ощущение, что они попали под какое-то воздействие…
Воздействие? Хм… Неужели это так на них влияет их теоретическая совместимость? Непонятно. Да еще и этот взрыв вулкана. С чего это он взорвался как раз в это время? Тоже решил проверить свою совместимость с ними? Да еще Элхор почти перестал чувствовать сестру. Так, только местами – когда напрямую обращаешься по ментальному лучу. Да и то она почти не реагировала. Хорошо хоть связь через кристаллы-симбионты есть, можно как-то контролировать ситуацию, хотя ее кристалл тоже как-то странно ведет себя…
Тут Элхора отвлек ментальный вызов матери.
– Элхор? – торопливо, даже не поздоровавшись, обратилась она. – Алиела еще на базе?
– Здравствуй, мама. – Элхор поднялся выше над землей, пытаясь найти сестру по внутреннему ментальному компасу. – Нет, она на свидании с Ником.
– Вот как, – спустя какой-то промежуток времени произнесла она.
– Что-то не так?
– У нее все нормально? Ты же контролируешь ситуацию?
В голосе матери Элхору почудилось напряжение.
– Пока непонятно. – Он в одном пакете отправил ментальным посылом все, что знал о проходящей встрече.
Мама быстро впитала информацию и не успела закрыться – Элхор почувствовал ее тоску и безысходность.
– Мам! – всполошился он. – Мама! В чем дело? Ты почему такая…
Женщина долго молчала, потом почти безжизненным голосом задала вопрос:
– Ты знаешь, сколько в нашем обществе пар с высокой совместимостью?
Элхор пожал плечами и ответил:
– Насколько я помню, около тридцати процентов.
– И это пары с совместимостью от семи до девяти. А сколько с максимальным уровнем?
– Хм… Я думал, сюда все входят.
– Один процент! Всего один процент! А почему так мало, как ты думаешь?
– Ну откуда мне знать?
– Правильно. Неоткуда. Это не афишируется. На самом деле их больше. Но подавляющее большинство таких пар или становятся ментальными наркоманами, которых практически нереально вылечить, или просто умирают по тем или иным причинам, будучи не в состоянии справиться с взаимным ментальным резонансом. Однако такая совместимость настолько редкая, что можно было бы даже не беспокоиться… Пока она не случается с твоими детьми… Особенно в их переходный период взросления…
После тягостного молчания Элхор успокаивающе проговорил:
– Надеюсь, все-таки все будет нормально, мам. Сама же говоришь, что это редкость редкая… А может, ее вытащить оттуда?
– Во-первых, – вздохнула мама Элхора, – ты их потерял, и боюсь, найти Алиелу сейчас будет очень непросто. А главное – нельзя прерывать процесс притирки друг к другу. Это гарантированно приведет к негативным последствиям. Было дело, напроверялись в свое время, доигрались и, к счастью, наигрались, чтобы не повторять ошибок прошлого. А так хоть шанс остается… А если нам повезет, если я ошиблась в выводах и это не тот редкий случай, то и подавно нет смысла – там безопасно.
Ник
Буйство стихии меня сейчас не особо интересовало, как и мое состояние. Я понимал – что-то не так, но это проходило мимо моего сознания. Да и биокомп, находящийся на страже моего здоровья, не особо бухтел. Ощущения были как после хорошей выпивки, но с отличием: опьянение постоянно меняло свою силу и насыщенность, в организме играли гормоны, которые, видимо, никак не контролировались (я этого и не хотел особо, да и не обращал внимания). Иначе как объяснить, что мне хотелось то изнасиловать стоящую рядом со мной девушку особо извращенным способом, то прижать, как котенка, и загладить до смерти и умереть рядом с ней от нежности? И мне казалось, что она реагирует на мои желания, – то сожмется в ответ на особо жестокую мысль, то чуть ли не замурчит. Это я как-то чувствовал.