А ведь это его неунывающий Росси! А что будет, когда его телохранителем станет неизвестная тетка? Джеккати видел ее портрет в сетке – типичная блондинка. Потащит его на выставку кошек? Или в салон красоты? Или заставит сидеть в клетке так же, как уже несколько суток подряд сидит бедный Джоконда, которому за все это время не позволили ни разу даже выйти размять лапы? И, вообще, почему именно – тетка?! Что, нормальных телохранителей не нашлось?!
Жизнь казалась не просто тоскливой. Она казалась законченной.
– Росси, давай сходим, навестим Джоконду.
– Уже ходили. Ничего с твоей лаской не сделается, только опять скулить будет, – Ангел, лежа на кровати, меланхолично подбрасывал рукой какой-то шарик и снова ловил.
– Тогда я один схожу…
Росси взял пульт от комнаты и заблокировал дверь.
Джекканти попытался завладеть пультом, но был жестоко попран в правах и уложен лицом в подушку. Довольно-таки грубо, надо сказать.
– Это не смешно! – Джек был готов заплакать. – Я Амега про тебя расскажу!
– Валяй, – равнодушно согласился телохранитель и продолжил свои упражнения с шариком.
Ага, сообщишь ему, как же! Когда ни комма, ни видеофона – вообще ничего. Ещё неизвестно придет ли он на саму встречу с Лэш, а то может, так будет торчать у своих шлюх или куда-он-там-пошел…
– Я думал, мы с тобой друзья, а ты…
– А я наемник.
Джекканти сверкнул глазами, порылся в кармане рюкзака и нашел пластиковую карточку – перед отъездом кто-то из космолетчиковподарил ему немного денег. Эту карточку он швырнул Росси на грудь:
– На, подавись! И отведи меня к Джоконде!
Росси одним плавным движением воскрес из мертвых, скрутил мальчишку и уложил носом в пол. Джекканти принялся отчаянно вырываться:
– Пусти! Мне же больно!
– Что сказать надо?
– Ты – придурок, наемник, шкура! Ай! Пусти!
– Ответ неправильный.
Джекканти устал вырываться:
– Отведи меня к Джоконде, – попросил он уже тихо и добавил: – Пожалуйста!
– Ответ неправильный.
Джекканти яростно засопел и ещё какое-то время побарахтался. Потом затих:
– Извини, я так больше не буду…
Росси разжал руки, отпуская потрепанного пацана, и снова вернулся к прерванному занятию – лежать и плевать в потолок.
– Ладно, с вами, конечно, безумно интересно, – сообщил Коза-Костра, который мрачно наблюдал всю сцену от начала до конца, – а я пошел.
Ангел не ответил, даже головы не повернул. А потом вдруг внезапно глянул на комм, и быстро сел. Пришло сообщение от капитана «Вы нужны мне оба. Немедленно. В номер пришлю Нормана». Судя по лицу Коза-Костры, он получил то же самое.
– Вы куда? – встрепенулся мальчишка, видя, как напарники оперативно накидывают куртки.
– В бар, – не моргнув глазом сказал Росси. – Проветримся.
– Ага, – в унисон подтвердил Коза-Ностра, – подышим воздухом.
И уточнил у напарника:
– А с ним что делать? Может, дождемся Флетчера?
– А зачем время терять, – Росси вынул кристалл-ключ из двери, и комната тут же перешла в режим ожидания – то есть отключилось все, кроме ночного освещения. – Норман придет, откроет.
И, уходя, защелкнул замок.
Вот теперь Джекканти точно оказался запертым в клетке и совершенно один.
Мальчишка минут пять сидел на полу, обхватив колени руками, и глотал горькие слезы. Он никому не нужен. Амега хочет от него избавиться. Друзья оказались ненастоящими. Жизнь закончилась. Впереди одна беспросветная тьма.
А потом ему в голову пришла такая простая и ясная мысль, что разом осветила все вокруг до самого горизонта.
Зачем сидеть и ждать чего-то от жизни? У него есть деньги,пусть немного, но на один билет до Земли точно хватит. У него есть жетон от камеры хранения и ключ от клетки Джоконды. Чектуранцам он больше не нужен. Амега, судя по всему, тоже. Так какая разница, куда он денется? Зачем мириться с тем, что ему навязывают, когда можно выбирать самому?
Он вернется в Кведленбург, разыщет приют святой Терезы и своего Питса. Воспитатели в приюте уж точно не выбросят бедного Джоконду за дверь. А через три года можно подавать документы в летную академию. И вот тогда – он им всем покажет! Тогда Амега сразу поймет, что зря выгнал его с «Чектурана»! Он станет таким крутым космолетчиком, что – о-го-го! Правда, Джекканти почти год не учился и, наверно, здорово отстал по программе, но за три-то года можно наверстать! А он наверстает, это точно!
Осталась сущая мелочь – открыть дверь. Но что он, зря, что ли почти год провел в окружении самых крутых техников в галактике? Среди прощальных подарков был и небольшой набор инструментов. «В случае пожара, – голосом Абсента подсказала ему память, – двери на судне блокируются, а в гостиницах – наоборот, открываются». Даже не надо устраивать специально пожар, главное отправить на замок в двери соответствующий сигнал.
Джекканти с фонариком внимательно осмотрел дверь, нашел нужную панельку, поддел кончиком ножа – крышка довольно легко отсоединилась. Ну вот они, все микросхемки. Даже специально маркером подписаны, чтобы не запутаться, где какая. Джекканти вынул брич и, чуть поколебавшись, коснулся палочкой нужного участка. Брич при соприкосновении с металлом засветился, сигнализируя, что сигнал отправлен. Дальше – дело техники. Три короткие вспышки, три длинные, три короткие…
Сигнал старый как мир, придуман в доисторическую эпоху, но зато универсальный. Не слишком удобный, им редко пользуются, но зато должен срабатывать для любой гелиопейской модели электронного замка. Для остальных, скорее всего не подойдет, но тут же Марс! Землее не придумаешь!
Щелк! И Джекканти засмеялся от ликования. Он это сделал! Он ее открыл! За этой дверью ему открывался весь мир, вся жизнь! И главное – он сделал это сам! Без Амега, без Росси, без Оксаны! Самый счастливый момент в его жизни!
Джекканти подобрал рюкзак с личными вещами и вышел в коридор. Захлопнул за собой дверь. Вот так! Пусть теперь Амега ищет его, где хочет! Он им не нужен? Так вот они ему тоже не нужны! У него теперь своя жизнь! И она точно будет гораздо круче прежней!
Мальчишка задрал подбородок, поддёрнул на плечах лямки рюкзака и упрямо зашагал вперёд.
Глава 17. Марс планета красная (Ч. 1)
– Ну, как тебе? – Равель самодовольно окинул взглядом пятиметровую боевую установку. – Не пушечка, а конфетка, а главное все прошивки на ней родные, лаэртские. Я как ее увидел, так сразу про тебя и подумал. Специально придержал. На твой клиперок самое оно.
– Да, вещичка знатная, – согласился Амега, любуясь и самой установкой, и ее трехмерной схемой и ТТХ в вирт-окне. – Где достал? Не горячее? А то мне сейчас неприятности с легавыми – сам знаешь…
– Чистенькое, – успокоил его Равель и хозяйственно похлопал установку по бронированному боку. – Приятель один лошадку подогнал битую. Сама – так себе, только под тир да сортир, а наружка – ничего, целенькая, почти неношеная.
– А чего ж он себе не оставил? – удивился Синий, по опыту зная, что "борта" сами по себе чаще всего стоят немного. Гораздо важнее, чем хозяин свою "лошадку" модернизирует.
– Так ее под наши "шкафы" подгонять-перепрошивать – дороже выйдет. Я бы и брать не стал, да вот про тебя вовремя вспомнил.
– А чего ж сразу не маякнул? Наверняка ж знал, что клипер уже у меня.
– А то как же, – согласился Равель. – Мне Тайро сразу отписал, что на клиперок хозяин нашелся. А насчет маякнуть… – Равель невозмутимо погладил себя обеими ладонями по жирной груди. – Я ж не пиццерия, спам не рассылаю. А ты – так и так на Марс заскочил бы. Так че за зря суету наводить? Клиперок, поди, ты тоже не голым взял. Торопиться тебе некуда…
Росси, которому предстояло включить установку в вооружение клипера, тоже внимательно прочитывал строчки, прикидывая ее огневую мощь, и на реплику Равеля машинально кивнул. Коза-Ностра – тот просто глазел на чудо лаэртской техники с мальчишеским любопытством и, судя по движущимся губам, бормотал что-то уважительно-нецензурное.