– Придется записать это на твоей спине. Столько раз, сколько потребуется твоей пустой башке запомнить, что приказ капитана приоритетен перед всеми другими…
Джекканти выдержал наказание стоически: ронял слезы – они сами лезли, как не пытался он загнать их обратно – но даже не пискнул. Что поделать – сам ведь сказал Чезману, что готов на все!
Боцмана в наказание тоже посадили на несколько часов в «холодную». Узкий темный пенал между рефрижераторами, в длину и ширину метр на метр, был приспособлен под карцер для провинившихся космолетчиков. Температура в холодной не превышала пятнадцати градусов. Единственным ее удобством был портативный нужник, за что космолетчики иногда называли «холодную» – «сортиром». Когда Коза-Ностра первый раз показал его мальчишке и объяснил назначение – Джекканти не поверил. Пока что при нем ни одного космолетчика в «холодную» не сажали. И вот – на тебе…
Джекканти отнес боцману обед.
– Прости, пожалуйста, я не думал, что тебе из-за меня тоже попадет… Может, позвать все-таки Эстелло? Он посмотрит твою спину и тебя переведут под арест в каюту…
– Не бери в голову, – философски отмахнулся Чезман. – Это я сообщил капитану, что отправил тебя в свою каюту. Сказал, что проверил твою профпригодность.
– Что?!!
– Он бы все равно узнал. Старпом делает суточную сводку по всем нарушениям и знакомит капитана по мере необходимости. Ты не знал об этом? Оксана наверняка все зафиксировала. Искина ты не обманешь.
– То есть ты специально отправил меня в каюту, зная, что Амега меня накажет?!
– Зато капитан не стал спрашивать, что ты делал в моей каюте. Соврать ему ты бы не смог, он бы узнал о моих проблемах, инъекторах… А так – я отлично подготовился. Надел белье с обогревом, пояс для спины, взял запас обезболов, снотворное… Я больше семидесяти лет в космосе, чтобы какая-то «холодная» могла меня напугать…
Если бы дверь холодной можно было с грохотом захлопнуть, Джекканти бы так и сделал.
Свою обиду и разочарование Джекканти понёс Джоконде. Мальчишка разыскал Валета с лаской в одном из трюмов, где космолётчик каждый день обучал Джоконду разным приёмам и трюкам. Над чудачествами Валета чектуранцы только посмеивались.
– Он же у тебя чипированный! Скажи Оксане, и твой Джоконда тебе и споёт, и станцует, и…
Дальше шли интимные подробности – насколько у скучающих космолетчиков хватало воображения. Валет в ответ только хмурился, замыкался в себе, а после снова отправлялся в трюм, где приучал Джоконду по первому же зову выполнять команды различной степени сложности. Джоконда оказался очень умным, чистоплотным и дружелюбным зверем. С первого же дня они с Валетом стали неразлучны – спали в одной постели, ели из одной чашки, вместе несли вахту. Если Валету приходилось выходить в скафандре в безвоздушную зону, Джоконда ложился у дверей шлюза и не покидал поста до самого его возвращения.
На борту Джоконда вёл себя прилично, не безобразничал, к чектуранцам относился дружелюбно, но на чужих космолетчиков рычал и тявкал. Чётко ощущал иерархию своей стаи. Например, никогда даже близко не подходил к капитану и старпому, но зато другим космолётчикам охотно позволял себя гладить, мог забраться на колени. Если же речь заходила про Джекканти, то здесь Джоконда был уверен, что мальчишку вообще завели на судне только для того, чтобы он чесал его Джокондово пузо.
Вот и сейчас издали заслышав шаги приятеля – Джоконда радостно выскочил ему на встречу, сияя роскошной шкурой, что никаких ламп не надо, забрался на руки, облизал лицо и шустро принялся обнюхивать карманы в поисках вкусностей. И мальчишка его не разочаровал.
– Ах, ты морда вредная! – Джекканти любовно потрепал пушистую морду, скармливая ласковому зверю припасённые на камбузе лакомства. Уткнулся лицом в тёплый пушистый бок, чувствуя, как отступает боль и в исполосованной спине и в сердце.
Валет к появлению мальчишки отнёсся сдержанно, и даже, пожалуй, недовольно. Он встраивал коммуникатор в шлейку Джоконды и не обрадовался, что его застали за этим занятием.
– А зачем ты это делаешь? – удивился мальчишка. – Джоконда же чипированный! Абсент сказал, что он может принять сигнал от искина даже за несколько парсеков!
– Пусть Абсент себе сам в мозги чип засунет, – проворчал Валет. – А уродовать нормального зверя я не дам…
– Подожди, – изумился Джекканти, потрясённый догадкой, – а как же Оксана им тогда управляет?
– Ты дурак, что ли? – не выдержал Валет, уже костеря себя на чем свет стоит за то, что проговорился. – Никак она им не управляет. Она видит чип в системе, а больше ей ничего не нужно.
Он показал на голове Джоконды маленький, едва заметный под шерстью бугорок, где был зашит чип и с горечью признался:
– Я служил на «Стремительном», и там было подразделение СИН-12, с чипированными крысами для разведки. Это капец, натуральные зомби, они ничего не соображают, ничего не чувствуют. Я сам, видел, как одна из крыс по приказу легла на оголённый провод, чтобы закоротить сеть. И я видел, как их утилизировали. Когда чип удаляют, животное словно теряет ориентацию – шатается, не может найти выход из клетки, найти кормушку… До сих пор не могу видеть как иные дамочки чипируют кошек и болонок только для того, чтобы те не пачкали им диваны. Самим бы им по чипу в башку – пользы было бы больше! И потом, если бы я сделал его частью оборудования – смог бы я его потом забрать? Оборудование принадлежит судну, судно – компании. Отдать ласку непонятно кому? Ага, щаз! Поэтому я дал ветеринару на лапу, он просто зашил чип под кожу и оформил нужные бумаги. Если кто-нибудь на судне об этом узнает – и мне, и ласке – конец.
– Поэтому ты его дрессируешь, да? – догадался мальчишка. – Чтобы все думали, что он чипированный?
– Да, – хмуро подтвердил техник. – И вот жалею, что тебе это рассказал…
– Валет! – Джекканти только крепче прижал к себе ласку и поклялся. – Я никому никогда не скажу! Даю слово!
И с этого дня Джекканти стал дрессировать ласку вместе с Валетом. Они научили Джоконду выполнять команды, полученные по коммуникатору – приносить мелкие предметы, разыскивать хозяина на расстоянии, приучали не бояться шумов и света. Джекканти даже стал меньше проводить времени с Росси и Коза-Нострой. Единственно чему они не смогли научить Джоконду – это выполнять команду «фас». Джоконда для этого был слишком добродушный, а у воспитателей не поднялась рука испортить зверя.
– Ничего, это даже хорошо, что он такой! – Валет дружелюбно трепал Джоконду по пушистому загривку. – Зато сразу видно – смирный, чипированный!
Глава 12 Аврал
Доступ в рубку Джекканти был запрещён, а отец, если был занят, выставлял мальчишку из каюты. Но однажды Джекканти в каком-то смысле повезло. Он засиделся в кают-компании за компьютерной игрушкой аж до начала второй вахты и здорово проголодался. Вахта шла голодная, обед полагалось брать из холодильника и разогревать самому, но Джекканти было скучновато, и он пошёл на камбуз, зная, что Вандай в это время дежурит.
– А, маленький капитан! Как хорошо, что ты зашёл! – заулыбался стюард и на радостях вручил ему поднос с завтраком для капитана. Джекканти был не против.
Оксана впустила его в каюту. Амега стоял у интерактивного стола и слушал сообщения мостика:
– Коридор построен. Впускаю гостей…
– Начинаю формирование червоточины.
Джекканти бесшумно поставил поднос и тихонько пристроился на диване, поглядывая на вирт-экраны. В какой-то момент он увидел на экране – их, гостей.
Создания напоминали худшие человеческие кошмары. Безволосые, безголовые похожие на четырехногих пауков, обтянутых розовой кожей, они стремительно двигались по коридорам «Чектурана», наползая друг на друга и слегка – на стены. Из задней части плоского туловища тянулись вверх гибкие отростки, наподобие не то кожистых щупалец, не то усов. Каждое на конце имело утолщение, из которого хищно поблёскивали вполне опознаваемые жала. Этими отростками они ощупывали пространство вокруг себя и иногда, безо всякий видимой причины, внезапно вонзали жала в обшивку стен. Жёсткий пластик в этих местах рвался, словно резиновый, оплывал и темнел под воздействием выпрыснутого яда.