Отдел по борьбе с межгалактической контрабандой. Не нужно быть семи пядей во лбу.
– Я не веду разговоров с полицией без своего адвоката, – отрезал Синий.
– Я знаю, – Ингибаро, ничуть не смутившись, вынул из вазы на столе какой-то мелкий фрукт и принялся аккуратно счищать с него кожицу. – Но, так или иначе, вам ведь все равно нужно дождаться начальника космопорта, чтобы подписать документы и получить разрешение на вылет. Дурацкие формальности, но что делать?
– В таком случае я подожду его возвращения в приёмной, – осклабился Синий, и не слишком удивился, что дверь кабинета оказалась заперта.
Синий смерил Ингибаро откровенно неприязненным взглядом. «Что ж тебе надо, сволочь?»
– Я не оперативник. – Ингибаро надкусил очищенный плод, внимательно разглядывая многочисленные светящиеся схемы на стенах. – Я всего лишь старший аналитик. Моя задача не задавать вопросы, а отвечать на них. Отвечаю на самый насущный: у меня нет претензий ни к судну, ни к экипажу. Абсолютно уверен, что любая проверка подтвердит: и с лицензией, и с накладными у ролкера полный порядок, члены экипажа не замешаны ни в каких противоправных действиях, а на каждое из бортовых орудий имеется сопроводительный документ.
Амега не скрываясь, отправил с комма сообщение адвокату, сел в одно из кресел и закурил. Хочешь понять, что тебе говорят – переведи все слова с точностью наоборот.
Ингибаро ведёт дело о межгалактической контрабанде. Вопросов у него сотни. «Чектуран» первый в списке подозреваемых. На каждого члена экипажа собрано подробное досье.
Вот только нужен ему вовсе не «Чектуран».
Ингибаро не торопясь дожевал остатки плода, отряхнул руки.
– Моя работа – это работа математика. Устранять несоответствия. Находить неизвестное. Приводить к равенству две части уравнения... Например, если на военном заводе было собрано две тысячи триста ракет «Рок», на комплектацию ушли тысяча сто пятьдесят, то куда делись остальные? Или ещё интереснее: на границе с Сиамом обнаружены обломки эделгийских корветов, но при этом ни один корвет такого типа ни с заводов, ни с космодромов не исчезал…
Амега равнодушно курил, глядя в пол.
– Я очень люблю разгадывать задачки. Но есть уравнения, которые мне совсем не хочется приводить к равенству.
Ингибаро выложил перед ним на стол инфокристалл и активировал. Над столом появилось изображение модного красавчика, словно шагнувшего прямо с рекламного щита.
– Это один из новых фаворитов Риана Пантеры. Человек. Имя – Олег Арефьев. Кличка – Скунс. Недавно нам удалось получить доступ к одному из его личных архивов. В этом архиве имена и фотографии сорока трёх детей. Тридцать из них числятся пропавшими без вести. Имена двенадцати мы до сих пор не установили. Здесь только оперативная выборка. Сам архив насчитывает сотни снимков.
Ингибаро запустил презентацию слайдов и умолк.
Объёмные цветные фотографии говорили сами за себя. Полураздетая девочка лет двенадцати в ошейнике и на цепи. Полностью обнажённый мальчишка за руки ремнями привязанный к креслу. Ещё один ребёнок – с татуированным в виде бабочки лицом. В распахнутых глазах – тоскливый ужас. Близнецы, распятые друг против друга. Кадры явно постановочные и хорошего качества. Три десятка снимков. Сорок два кошмара.
И только финальный кадр совершенно выпадал из выборки – на нем счастливый пацан в белоснежном комбинезоне, смотрел, запрокинув голову, в небо и смеялся.
Амега по-прежнему равнодушно курил, не глядя на фотографии. Он с первой секунды понял, кто в этой «коллекции» был тем самым «несоответствием» и должен был числиться сорок третьим.
– Амега, никого из этих детей до сих пор не нашли. Никого кроме Джека, которому… крупно повезло с отцом. В списке личного архива Скунса он отмечен погибшим, но рано или поздно Скунс узнает, что мальчишка жив – и устроит за ним охоту. И в отличие от меня, ему будет плевать, совпадает состав груза «Чектурана» с указанным в накладных или нет.
А вот мы и добрались до сути.
Амега не торопясь выпустил из рта серый дымок. На полицейского он по-прежнему даже не смотрел.
Возможно, Ингибаро и догадывается, откуда и по какому маршруту уходят к Сиаму эделгийские корветы, но одно дело рисовать схемки в планшетике, и совсем другое взять главного поставщика за жабры. И вот тут у тебя, математик херов, ни хрена нет. Иначе не болтал бы ты сейчас передо мной, как диктофон, и не пытался запугивать страшилками.
И против Скунса, гори он в аду, тоже ни хрена нет. Потому что без найденного тела – за эти картинки Скунсу даже штраф не впаять. Это понятно даже клиническому идиоту. Разве что пустить эту тварь по живому следу, в сомнительной надежде взять на горячем.
Только ведь тебе, Ингибаро, не нужен Скунс. И даже «Чектуран» тебе не нужен.
Тебе нужен Амега Синий. Информация. Расчётная формула места нахождения верфи, о которой не знает никто, даже Чача. Свидетельские показания. Маршруты. Живая плоть под твои грёбанные схемы. Только знаешь, яйцеголовый хрен, ни черта ты не получишь.
– После того как был найден архив, – тихо заметил Ингибаро, который полуприкрыв глаза, слушал повисшую тишину, словно надеялся в ней расслышать мысли Амега, – в оперативном штабе отдела по борьбе с межгалактическим пиратством серьёзно решался вопрос об использовании ребёнка в качестве подсадной утки для поимки Скунса. Благодаря вмешательству нашего отдела, операция была приостановлена. Но я не могу дать гарантий, что они не станут действовать автономно.
Можешь, сволочь, можешь. Ты их только что дал. Но только не надейся, что Амега Синий растает от умиления и бросится тебе на шею.
Но Ингибаро, видимо, на это и не рассчитывал. Он забрал инфокристалл и положил на его место собственную визитку. Амега даже не повернул головы.
– Здесь указан оперативный номер, по которому меня можно найти в любое время суток. Если возникнут сложности, я постараюсь вам помочь. И кстати, совсем забыл сказать. Я здесь сегодня – неофициально и нахожусь исключительно как частное лицо.
Он широко улыбнулся, разве что не подмигнул, подошёл к столу начальника космопорта, взял ещё один фрукт с тарелки, снял блокировку дверей и вышел.
Ну не сука, а?
***
Бруно, как только дверь за ним закрылась, бегом кинулся в соседнюю комнату. Здесь на низком диванчике перед широким экраном, сложив руки на коленях, сидел начальник космопорта Шиано. На экран без звука транслировалось изображение его собственного кабинета с одиноким человеком внутри.
– Ну как – взял уже? – Ингибаро бросился к экрану.
– Не-а.
– Давай подождём ещё пару минут…
Человек на экране докурил сигарету, бросил окурок в утилизатор. Взял со стола визитку Ингибаро, с ловкостью фокусника покрутил в пальцах и щелчком – отправил туда же.
– Не знаю, что у тебя за дела с этим капитаном, но походу – не прокатило, – заметил Шиано.
– Что? – рассеянно переспросил Бруно, не сводя горящего взгляда с Амега. Вид у Ингибаро был торжествующий, он не сразу понял, о чем толкует Шиано. – Ах да… не прокатило, да. К сожалению.
И все же он не мог сдержать довольной усмешки. Самое главное произошло – Амега взял визитку в руки. А много ли надо опытному человеку чтобы запомнить ряд из десяти символов?
Глава 10 Гамельнский крысолов
Видео получилось длинным, почти на двадцать минут. Джекканти никогда за раз не говорил так много и подробно. Джекканти хотелось рассказать Питсу обо всем – и про «Чектуран», и про отца, и про Сиесту, и про всех членов экипажа… Если бы не Оксана, которая не только нашла нужные снимки и видео, но ещё сама всё смонтировала и вычистила, он бы не справился. Особенно классно получились кок Стив Маккер (очень колоритная фигура сразу с двумя тесаками в руках!) и Росси. Оксана выдернула кадр из каких-то судовых архивов, и Росси фигурировал на нём в чёрной военной экипировке с шестикрылым серафимом на груди. Из-за спины торчал ствол «стешла». Теперь у Джека было столько вопросов к новому другу, что он еле удержался от прямого звонка, да и то только потому, что знал, что Росси по связи пошлёт его подальше.