Амега в этой истории взбесило всё: беготня из-за какой-то крысы (и то, что она появилась на борту с его же капитанского дозволения – бесило ещё больше), неудачное отсутствие старпома, бесхребетность третьего помощника, самоволка техника, безалаберность безмозглого мальчишки…
Расслабился, капитан. Потерял былую хватку. Космолётчики делают, что хотят, на приказы плевать хотели…
Первым за это отхватил, разумеется, старпом.
– Ты экипаж в подземном переходе, что ли, набирал?! Или в реанимации?! У тебя третий помощник инвалид – так он инвалид на голову! Ты его личное дело в глаза видел вообще?! Он что на службе – только паршу за другими выносил?! Любителя природы этого, если сам не подохнет – в карцер до конца рейса! И крысу его пристрелите к чёртовой матери, и чтоб ни одной твари я больше на борту не видел! И поднимай всех до одного на борт – за работу, чтоб ни одного идиота в каюте и чтоб каждая гайка блестела, как бриллиантовая!
На комм прилетело сообщение от Ангела: «Всё в порядке, мы их забрали, никто не пострадал», и Амега почти с удивлением обнаружил, что внутри будто что-то отпустило, как отпускает сведённую внезапной болевой судорогой ногу. Ну ничего, эти путешественнички у него ещё отхватят, пусть только на борт зайдут…
Настроение снова испортилось, когда на катере Чача включил ему фрагменты записей, которые Оксана вела с коммов Валета и Малого во время их вылазки. Старпом восстанавливал картину произошедшего, а заодно искал в этой истории крайнего и нашёл.
Когда второй катер пришвартовался, в ангаре космолетчиков встречали не только Чача и Гриман, но злой как сто чертей, капитан собственной персоной.
Возвращались на борт весело. Валет и Джекканти – мальчишка уже закутанный в две сухие куртки телохранителей и одного не слишком сухого Джоконду – уже со смехом пересказывали Росси, Коза-Ностре и Мирею, как доставали ласку, выпрыгивали из машины и ползли по колено в грязи.
Росси, который с полуусмешкой слушал похождения космолетчиков, получил ответ с «Чектурана» и слегка помрачнел.
– Плохие новости, парни. Джоконду велено… утилизировать.
– Как… утилизировать?
Валет с мальчишкой растеряно уставились на Ангела в надежде, что это очередная из его мрачных шуточек.
– Молча.
Росси отвёл глаза, и на катере повисла тишина.
Потом Валет, совершенно бледный, вскочил и попытался забрать сонного Джоконду из рук растерянного мальчишки.
– Валет, не кипишуй, – Росси мягко, но уверенно усадил космолетчика обратно в кресло. – Ещё ничего не решено. Приказ пришёл от старпома, значит, ещё можно его переиграть. Кто там рядом с капитаном сейчас – Гриман? Ну понятно, чья там сейчас правда…Оставьте Джоконду на катере, а сами – бегом к капитану. Винитесь, казнитесь… главное побольше пепла на голову, да. Особенно ты, – Ангел посмотрел на Джека. – И чем быстрее, тем лучше…
Однако, когда катер пришвартовался и стенка шлюза опустилась, образуя трап, стало понятно, что план с треском провалился ещё не начавшись. Их встречали. Причём сразу в ангаре. И капитан был здесь. И настроение у него было на редкость дерьмовое.
Росси, Коза-Ностра и Мирей сразу отошли в сторону и заняли нейтральную позицию. А Валет и Малой поползли, спотыкаясь, вперёд, как нашкодившие дворняги.
Амега быстрым и внимательным взглядом окинул мальчишку. Джекканти встретился с ним глазами и прочёл такое выражение в них, что язык сам собой прилип к небу. Секунда – и момент был безвозвратно упущен. Амега уже смотрел на Валета.
Валет же от волнения, наоборот, неуверенно заулыбался, принялся перетаптываться с ноги на ногу и оглаживать ладонями зачуханную куртку. Вид у него при этом стал вызывающе-развязным.
– Тут, видишь, какое дело, капитан… – пробормотал он, но договорить не успел, потому что Амега одним ударом в лицо уложил его на пол.
Валет рухнул навзничь, из разбитого носа разом хлынуло черным, а через секунду раздалось глухое рычание, и с катера огромными скачками к капитану рванулся разъяренный Джоконда.
Когда зверюга метнулась в его сторону, Амега мгновенно ощутил привычный ток в мышцах. Руки сами делали свою работу, а голова холодно и ясно фиксировала происходящее. Легко и послушно соскользнула с запястья змейка, разжимая теплые кольца. Тело заполнило легкое возбуждение – а на языке появился вяжущий металлический привкус, как обычно, когда он пускал змейки вход по-настоящему. Он и сам не знал, почему так происходит, и никогда не обсуждал этого с другими змееловами. Слишком личное. Как впаянные в кожу металлические цифры чуть выше костяшек.
Что ж, отличное решение всех проблем, а показательные выступления действуют на публику лучше любых слов и наказаний. Это будет полезно всем, и безголовому придурку Валету, и глупому Малому, и слишком расслабившимся помощникам. А Амега одним ударом выплеснет накопившуюся внутри злость.
Джекканти видел все, словно в замедленной съёмке. Как легко и непринуждённо вскинул руку с бластером Коза-Ностра. Как в попытке его остановить неуклюже рванулся Валет, похожий на раненого майского жука – когда опрокинутый на спину он безнадёжно пытается взлететь. Как Амега сделал полшага назад, принимая нужную позу. Ту самую, после которой к его ногам обычно падали две половинки разрубленного модуля.
– Джоконда, стооой!!!
И время сорвалось с места, как выпущенная из лука стрела.
Отточенное лезвие наискосок раскроило несколько слоев ткани на спине Джека, не встречая ни малейшего сопротивления, впилось в тонкое невесомое тело, оставляя под собой глубокую резаную рану. Мальчишка даже не вскрикнул, просто рухнул под ноги отцу мягкой тряпичной куклой. Джоконда в его руках тоже обмяк и затих.
Амега быстро наклонился к сыну. Увидел белое, почти бумажное лицо.
– Медкапсулу в ангар! Срочно!
Кто среагировал первым? Он сам? Чача? Оксана?
Хорошо, что удар не пришелся по лицу или шее. Хорошо, что только спина. Плохо, что там – позвоночник. Насколько глубокой могла оказаться рана, Амега не знал, но знал, чем подобные травмы часто заканчиваются. Да, удар он успел погасить, но много ли нужно бестолковому щенку?! Мелкому безмозглому идиоту, который сам сдуру прыгает под нож?!
Вот и капсула:
– Так, держи, здесь и здесь… Готов? Поднимаем одновременно… Да черт с ней с крысой, пусть держит! Клади… Закрывай…
– Кэп, твоя рука…
Амега рассеяно полюбовался, как с правой ладони капает тёплым и алым. Да, он успел частично скорректировать и погасить удар, но эффект был все равно что пытаться остановить голой рукой бритву или обоюдоострый нож. Собственной боли он практически не ощущал, воспринимал, как некий фон.
А вот с щенком могло быть все очень и очень плохо.
Как сквозь пелену услышал негромкий, уверенный голос Коза-Ностры, который объяснял кому-то:
– Все нормально, это парализатор. Я ж не идиот – в закрытом помещении…
Оксана сама вела капсулу, распахивала перед космолётчиками двери.
В медотсеке Амега и Ангел повторили процедуру – аккуратно переложили мальчишку вместе с лаской под сканер: Джекканти руки так и не разжал.
Наверное, их появление было более чем эффектным, потому что с медика разом слетела вся напускная развязность. Тут же появились бинты и скальпель. Скальпелем Эстелло быстро отсек ненужные куски ткани, чтобы получить свободный доступ к ране. И когда только успел натянуть перчатки?
Был Эстелло обдолбан или нет – перед капитаном сейчас стоял медик, хмурый, спокойный и сосредоточенный. Он быстро обработал рану кровоостанавливающим раствором, очистил, проверяя степень повреждения.
Позвоночник не задет. Просто шок и глубокая резаная рана.
Амега снова ощутил, как внутри разжалась невидимая пружина. Но почему мальчишка по-прежнему так неподвижен? Ах да, парализатор…
И тут Синего снова тряхнуло. До него только сейчас дошёл истинный смысл слов Коза-Ностры. По счастливой случайности оружие было переведено с боевого режима на парализующий, чтобы в закрытом помещении никого не зацепило. По факту же мальчишка подставился не только под нож, но и под бластер.