— Какие планы на будущее… заговорщик? — отвлекла меня Катерина.
— Нет никаких планов! — признался я, — Вот, когда встретимся с папой, в зависимости от результатов, будут и планы. А сейчас просто еду, просто болтаю…
— И о чём ты хочешь поболтать? О современной политике, или углубимся в анналы истории?
— Куда мы углубимся?! — ахнул я, — В задницу истории?!
— В глубины истории, балда! В анналы! С двумя «нн»! Анус — это и в самом деле, по латыни означает задница. А аннус — год! В анналы — это в глубину веков. Эх ты… грамотей!
— Ах, вот что… хм!.. действительно, неудобно вышло… нет, давай пока воздержимся от анналов. Давай просто поболтаем!
И мы принялись болтать обо всём и ни о чём сразу. О погоде и о способах обработки железа, о титулах учтивости и о том, почему пятая дочь графа по своему положению выше, даже второго сына графа, но ниже первого, о знаменитых целебных источниках и о церковной иерархии, об удобных дорогах по всей Европе, проложенной рыцарями-тамплиерами и о географии Европы…
— Ты хочешь сказать, что для того, чтобы попасть в Рим, мы должны лезть в горы?! — ужаснулся я, — Туда, где вечные снега?!
— Непременно! — спокойно подтвердила девушка, — Мы обязательно поедем через Швейцарские Альпы. И, должна тебе сказать, что мы выбрали худшее время для путешествия. В осенний период там не только холодно, там ещё ветрено, темно и дождливо! Постоянная хмарь, с дикими порывами ветра и внезапными ледяными дождями.
— И все это знают? В посольстве?
— Разумеется! Но это же рыцари! Что им снег? Что им ветер? Что им дождик проливной? Поверь мне, это всяко лучше, чем ехать по землям язычников. А здесь каждый среди язычников побывал.
— Н-да… — печально согласился я, — Человек страшнее природы. Вон, если посмотреть в окно…
Я раздёрнул шторку. Мимо проплывала аккуратная зелёная рощица, в листьях которой заливались трелями тучи птиц, чуть дальше желтели поля, где крестьяне усердно трудились, собирая урожай, уставив всё поле снопами и смётывая огромные стога сена, ещё дальше весело блестели соломенные крыши деревеньки, откуда слышалось мычание, блеяние, кудахтанье… Что за чудо?!
Дорога чуть вильнула в сторону, как раз, чтобы пробежаться мимо деревеньки, и я не вытерпел. Прилип к окошку. Мне хотелось рассмотреть деревеньку своими глазами, получить представление о той жизни, в которую мне предстояло окунуться впоследствии. Когда я найду рубин. Я его найду, разобью, и потом буду творить добро. Для вот этих людей, которые сейчас передо мной. Ну-ка, ну-ка?
— Интересно, а почему здесь деревню не сожгли? — задал я через пару минут риторический вопрос.
— Всё просто, — с ноткой превосходства откликнулась девушка, — полякам нужно было лишить тевтонцев провианта и фуража. И они это сделали. Но им не нужно было лишать провианта и фуража своё войско! Поэтому они выжгли всё на расстоянии примерно половины дня пути. А дальше ничего жечь не стали, просто отправляли фуражные отряды для пополнения своих запасов. Понятно?
— А если бы мы тоже отправили фуражный отряд? Поляки не стояли сплошным заслоном. Отряд вполне мог пробиться.
— И тут же по его стопам помчались бы отборные польские отряды? Глупость!
— А если отряд достаточно велик? А если скачет на рысях? Попробуй его догони!
— Опять глупость! Сколько ты можешь выделить в этот отряд? Не больше половины. Иначе крепость чересчур ослабеет и станет лёгкой добычей. И сколько этот отряд будет в пути?
— Сутки? Полдня туда и полдня обратно…
— Я загадаю тебе загадку, — вместо ответа сказала Катерина, — Одному человеку нужно было добраться из города А в город Б. Он мог бы пройти пешком, но он решил этот путь проехать. Половину пути он ехал на волах, вдвое медленнее, чем шёл бы пешком. Зато вторую половину он мчался на лихом жеребце, в пятнадцать раз скорее, чем шёл бы пешком! Вопрос: сколько времени он выгадал, чем если шёл бы пешком?
— М-м-м… — задумался я, — Пятнадцать к двум… М-м-м…
— Не ломай голову! — усмехнулась девушка, — Он не выиграл, он проиграл!
— ?!
— Понимаешь, первую половину пути он ехал на волах, вдвое медленнее, чем шёл бы пешком. То есть затратил времени ровно столько, сколько затратил бы пешим на весь путь. Всё остальное, как бы лихо он ни мчался, всё шло в минус.
— Да… — признал я, — И не подумаешь поначалу…
— Так и здесь, — пожала плечами девушка, — крестоносцы могут умчаться из замка сколь угодно быстро. Но обратно им придётся ехать, охраняя повозки с сеном и телеги с продуктами. И если расстояние более половины дня пути…
— То тевтонцам ни за что не уложиться в сутки, — закончил я за неё, — А это значит, что придётся вставать на ночёвку… чуть не посередине вражеского войска… а мы уже говорили, что много человек в отряде быть не может. Понял, не дурак… Значит, здесь поляки определили себе кормовую базу…
— Не обязательно здесь. По всему периметру воображаемого круга, с центром в крепости, и с радиусом в половину дневного перехода! А это вполне приличное расстояние! Не забудь, что поляки надеялись разгромить Орден. Тогда эти крестьяне стали бы польскими крестьянами. Зачем же с них три шкуры драть? Одной вполне достаточно. А что ты там всё в окошко высматриваешь?
— Любуюсь на деревеньку. Мы уже проехали.
— И что там любопытного? Обычная деревня.
— Для меня не обычная.
— Почему?
— Потому что до сегодняшнего дня я видел только греческие и египетские селения. Здесь совсем не так.
— Правда? А что не так?
— Ну-у… в Египте чаще всего глинобитные жилища. Серые. Покрытые серым камышом. Здесь высокие, деревянные дома. С разноцветными наличниками! Покрыты соломой. В Египте дома стоят там и сям, как придётся, здесь я увидел ровную и прямую улицу, по обе стороны которой построены дома с огородами. Они ограждены разноцветными заборами! Представляешь?! Разноцветными! Для меня это какая-то праздничная деревенька. Ярмарочная. Теперь колодец. И в Египте и здесь колодец вырыт посреди селения. И там и тут возле колодца толпятся женщины. Только в Египте это все женщины селения! А здесь две-три женщины и всё.
— Ну, возле колодца всегда самое место для сбора женщин! — усмехнулась Катерина, — Где ещё поболтать и косточки соседям перемыть? Только там, возле деревенского колодца. И утром и вечером они именно там и собираются. Это учитывая, что на многих огородах свой колодец выкопан.
— Правда?! — удивился я, — Это вам с водой повезло! В Египте свой колодец редкость. Только у влиятельных особ. Тогда они устраивают себе фонтанчики. Но, повторяю, меня больше поразило, что дома раскрашены в разные цвета. И некоторые крыши тоже, если они не из соломы. Мне пришло в голову вот что: в Египте дома не красят потому, что солнце через неделю всю краску выжжет. Всё равно всё серым окажется. Зато внутри любой лачуги — вся палитра цветов! Зайди на любую египетскую ярмарку — от одних ковров ослепнешь! Настолько они цветасты. Ты знаешь сколько всего цветов в солнечном спектре?
— Конечно. Семь. Перечислить? Красный, оранжевый…
— Не надо. Я просто хотел сказать, что обычная девушка, мастер по изготовлению ковров, должна — я подчёркиваю: должна! — различать сто сорок четыре оттенка каждого цвета!
— Да ладно?!
— Точно! Двенадцать тонов каждого цвета и двенадцать оттенков каждого тона. Всего сто сорок четыре оттенка красного, сто сорок четыре оттенка зелёного и так далее, включая оттенки серого, чёрного и белого! В любой части света человек стремится раскрасить свою жизнь!
— А-бал-деть! — с чувством сказала Катерина. И кстати, крыши из соломы — не прихоть. Это признак, что семья не из зажиточных.
— Денег на доски не хватает… — понятливо кивнул я.
— Нет, денег на доски, может, и хватает, — поправила меня девушка, — думаю, доски у нас гораздо дешевле, чем в Египте. А вот денег на заимку нет.
— Что такое заимка[1]?!
— Ну-у… все земли кому-то принадлежат. Но не все земли распахиваются. И вообще, как-то используются. Если кто-то на этих, неиспользуемых землях, построит домишко, этого никто и не заметит. Ну вот, те кому это по карману, ищут такие земли… как правило, они возле леса… и самовольно занимают их. Занимают. Заимка. Вот там они запасают сено на зиму. А когда зимой сено на сеновале кончается, они запрягают лошадку и везут стожок с заимки. У кого нет возможности построить заимку, когда кончается сено на сеновале, попросту берут сено с крыши. Это, конечно, только в холодную и протяжённую зиму, но к такой зиме готовятся заранее! И каждый год сено на крыше обновляется. Оттого оно и блестит так ярко.
