Патрицианка с грустью взглянула на свою правую кисть. Приглядевшись, в рефлексии давно ставшей уже почти бзиком, она с неудовольствием скривилась. Покушение давало о себе знать даже спустя пару лет. Сколько сил и просто денег было потрачено, чтобы излечиться. Отмирание тканей удалось замедлить, но не остановить. Ещё полгода назад поражение тканей ограничивалось лишь пальцами. Однако, сейчас резко контрастирующая с гладкой и упругой, будто старушечья, пятно на смуглой коже начало расползаться дальше.
Алхимия орденцев оказалась недостаточно сильна. И деньгами, коих она потратила уже немеряно, вопрос не решишь. Оставался лишь вариант получения дара от Госпожи. А для этого ей надо снова заняться тем, чем вынуждена была, невзирая на огромные риски, активно заниматься ещё десяток лет назад. Тогда, когда боролась за место, которое нынче занимала.
Ах, как же погано, что этот сопляк ускользнул. Да, не было гарантий, что он другой «герой». Но Елена немало уже успела изучить вопрос и вероятность такого считала крайне высокой. Однако, одноглазый ублюдок — эта тварь Эд Хармс, сообщил, что сопляк Блэк жив. И с учетом приписки о разрыве отношений, наёмник явно выбрал нового хозяина.
Она снова изучила повреждения у своей кисти. Это было лишь внешнее проявление, внутри была заметно большая деградация. Уже сейчас оставшиеся три пальца на правой кисти работали плохо, но начались проблемы с рукой в целом. Сколько ещё удастся глушить действие болячки? В свои тридцать пять лет Елена уже привыкла чувствовать себя молодой, с отличным здоровьем и красивой. Да и просто будучи физически в отличной форме. Разве что чуть бесцветные веснушки нового тела ей не нравились, впрочем, местным «арабам» они вполне отлично заходили.
Окружающие полагали её и вовсе шикарной красоткой, чем она немало пользовалась. Хотя в большей степени достигла своего положения умом, волей и умению находить или продуцировать слабости людей. Раньше, в прошлой жизни, она могла похвастаться и кропотливостью с терпением — не случайно достигнув немалого числа побед в кубке мира по биатлону. Красотой правда она в первой жизни не блистала, от чего особо ценила нынешнюю. Будучи тогда довольно невзрачной девушкой, с жилистой фигурой и почти нулевой грудью, при желании легко могущей замаскироваться под мужчину.
Последнее, после окончания спортивной карьеры, она делала довольно часто. Так как вляпавшись в историю, ей тогда пришлось использовать стрелковые таланты против живых мишеней, и маскировка стала крайне важной. Кончилось это предсказуемо. Это потом она уже поняла, что итог для неё закономерен. Однако, тогда казалось, что просто нужно подгадать момент и скинуть навязанные ей отношения «чистильщика».
Увы, очередной «клиент», оказался слишком высокопоставленным, и она, поняв, что в этот раз её тоже зачистят, невзирая на все таланты — попыталась «свалить в туман». И несколько лет думала, что это удалось… а потом её нашли. Она успела это понять, но ничего не смогла сделать. В итоге смерть. Неожиданно, прошедшая жизнь оказалась кардинально худшим, чем думалось ранее. Так как пришли последствия. Она никогда не верила в Ад.
— Живём один раз, — полагала она.
Мирозданию было плевать на её заблуждения.
О, за последующие годы, казавшиеся вечностью, она познала столько, что чудом не сошла с ума. Елена выжила, отстранившись и спрятавшись за другой личностью. До сих пор, стоит вылезти из тщательно закопанных подвалов памяти даже капельке воспоминаний о тех временах — Елену охватывала жуть, а она чувствовала себя маленькой плаксивой девочкой в подвале гнуснейшего маньяка. И это она, такая сильная духом — «Ледяная королева», как её за глаза прозывали в сборной, за редкостное хладнокровие.
Новая Госпожа, которая купила Елену у хозяйки борделя, забрала её в этот мир. И хоть она так же была демонессой, как и жуткая тварь из адского борделя, но Елена была ей безмерна благодарна. Она даже излечила её шизу, вытравив тупое и бесчувственное альтер эго. Однако, Елене до сих пор иногда казалось, что сделала Госпожа это не до конца. Возможно, это чисто игры разума, который дико и долго пугали, ломая, и теперь она уже никогда не избавиться до конца от последствий жизни ТАМ.
— Госпожа Хара, — в помещение, вызванный Еленой, вошёл её новый безопасник.
Саид был невысоким — всего метр семьдесят, что для многих южан было дело обычным, чуть полноватым мужчиной сорока лет. Дельный профессионал, однако и его предшественник, когда-то тоже подавал большие ожидания. А потом он начал проваливать задачи, которые она ему ставила и вот итог.
Вошедший Саид, будучи неуверен в реакции госпожи, тоже покосился на блюдо, что стояло в стороне на комоде. Там, под стеклянным колпаком, лежала мумифицированная голова его предшественника. Старший вестник уведомила того об альтернативе, которая настанет, если он позволит Ричарду Блэку покинуть Дагию. Он не смог принести голову Блэка, что же, теперь там лежала его пустая «тыква».
«Как же сложно найти профессионала, который продолжит таковым оставаться и после назначения», — подумала Елена, переводя взгляд на Саида. Похоже, он увидел в её глазах отражения мыслей хозяйки и почти незаметно поёжился.
— Итак, тебе не удалось успеть исправить то, что напортачил твой предшественник.
— Простите госпожа, времени было…
— Я сразу сказала, что его мало. Впрочем, шансы были невелики, однако, они всё же присутствовали. Успей ты и уже нынче получил бы должность этого забывшегося идиота, — небрежно кивнула в сторону головы на блюде Елена. — А так у тебя будет испытательный срок. Скажем… четыре месяца. Но не расслабляйся, тебе придётся немало постараться за это время.
— Я приложу все силы, госпожа Старший вестник, — склонился в поклоне Саид.
«Хорошо, что почтительно, но без подобострастия и с достоинством», — подумала Елена. Показушники, лицемерно ластящиеся, в самый неподходящий момент готовы предать, укусив руку хозяйки, либо просто забудут кто они и для чего тут, как старик до него.
— Подбери нескольких людей со стороны, без моральных терзаний и дельных. О тебе и тем более мне, они знать не должны. После всего обрежешь эту ниточку.
— Под какую задачу их выбирать, госпожа Хара?
— Через прокладки купишь дом на окраине — подальше от толп, с просторным подвалом и местом, где можно держать людей.
— Рабы?
— Нет, по крайней мере не из них. Может позже. Нужны люди с положением и состоянием, понятно, я не ожидаю от тебя, что ты похитишь кого-то из патрициев — хотя если подвернётся отличная возможность — так же из чужаков, можешь использовать, но специально не пытайся. Однако не забудь меня уведомить о том заранее. И да, ниже павов не бери. Десятка два, минимум. На первый раз… — пробормотала Елена, будучи не уверена, сколько придётся замучить в процессе, выпустив из них кровь для усиления ритуалов. — Из Санама не бери — выбирай чужаков, мне не нужен лишний шум.
— Будет исполнено, ещё какие-то особые требования? — не моргнув глазом, спокойно уточнил Саид.
— Там поглядим, ах да — в приоритете сильные воины, либо те, у кого много людей в подчинении.
— Ясно.
— Особо не торопись, соблюдая тайну и продуманность, но и не затягивай совсем сильно. За несколько месяцев ты должен будешь сделать всё по этому вопросу.
Они уточнили ещё несколько деталей, когда в самом конце, уже собираясь отослать слугу, Елена была неприятно прервана.
В помещение вошёл напыщенный слуга — целый пав, в сопровождении гвардейца. Гадёныш даже не удосужился формально постучать. Ну, ничего, она не злопамятная, но память у неё хорошая. Если очередной слуга, пусть даже пав, полагает, что служа шаху на него простирается и положение того, то этого индюка ждёт неприятное отрезвление, но это будет потом.
— Старшего вестника и Мастера птиц, патрицианку Алсу Хару, требует к своим очам его величие Шах, да будет светиться его имя в веках! — он с таким апломбом вещал, в итоге ухитрившись завершить столь слащавым подобострастием, что Елену чуть не передёрнуло. Нет, почти все бы на его месте сказали тоже самое, однако, не с такой сочащейся патокой и преклонением харей и тоном. Некоторые из местных готовы были и не такое, вот только большинство из них держало при этом «фигу в кармане».