— Ты совсем как эта дура-идеалистка, мечтающая снова служить людям. И как они нас отблагодарили, Гигас? Чего добились все те боги и люди, что окружали тебя? Всё это было впустую, все их жизни — ничто и тлен! Смирись, что бы ты не делал, ты уже проиграл!
Тьма сгустилась вокруг. Перед глазами снова встали образы друзей, павших товарищей, любимых. Они растворялись во тьме один за другим.
— Они жили не напрасно… — сжав рукоять меча, процедил я. — И умерли не просто так!
Кристалл Бездны в рукояти меча тускло засветился, становясь ярче с каждым мигом.
— Что?
Снаружи раздался удар — острие копья пронзило стальную тюрьму, метя в сердце. Я повернул клинок, блокируя острие, и высвободил всю накопленную силу одним махом.
Мощнейший взрыв разметал стальные колья, как тростинки. Окутанный ярким сиянием сомы, я спрыгнул на землю и поднял яростно пылающий меч.
— Они верили в меня, каждый из них. Я не позволю такому уроду, как ты, топтать их веру. Ты закончил свою атаку? Тогда мой черед!
Я бросился к нему, занося меч. Навстречу уже летели окутанные искрами разрядов копья, — расшвыривая их, как пушинки, я взмыл в воздух и обрушился на бога.
Над головой ярче солнца сияло кольцо энергии, за спиной гудело пламя, сам воздух горел, касаясь лезвия энергоклинка. Собрав все, что было, до последней капли, я вкладывался в этот бой, ибо точно знал — он будет последним.
Вседержитель вскинул копье, готовясь к атаке. Ураганный ветер ударил в стороны, развевая его волосы и одежду. Кристалл Бездны в копье вспыхнул ослепительной звездой, земля под его ногами пошла трещинами от безумного потока энергии. И он рос с каждым мигом!
— Шах и Мат, Гигас!
В сознании вспышкой пронеслось — он ударит всей накопленной энергией. Всеми силами, собранными за тысячи лет правления и вложенными в одну атаку! Такая сила способна пронзить всю Бездну до самой поверхности!..
Поздно отступать!
Бог взмыл вверх, занося копье, наши клинки столкнулись — и безумная, всепоглощающая вспышка света осветила весь уровень. Колоссальная колонна чистой энергии ударила в небо, неся нас вверх с невообразимой скоростью.
Вокруг мелькали камни и земля, а мы давили друг на друга, словно стоит нам разорвать эту связь — и весь мир неминуемо погибнет. Мы неслись наверх в луче света, а вокруг в бешеном водовороте и грохоте взрывов проносились уровни Бездны. Окутанные туманом и мгновенно испаряющимися скалами, брызжущими во все стороны раскаленной добела магмой.
Казалось, мы летели целую вечность, напирая с такой силой, что содрогалась сама Бездна, как вокруг вместо мелькающих уровней, скал и воды, пронеслась горящая поверхность — и сменилась чернильной пустотой космоса.
Безумный поток света растаял, оставив нас посреди пустоты. Окутавшись коконами барьеров, мы снова устремились друг к другу и столкнулись в бешеной атаке.
— Тебе никогда не победить меня! — отшвырнув мой клинок, Вседержитель отлетел назад и раскинул руки. — Я сожгу тебя дотла!
За его спиной одна за другой вспыхнули яркие звезды — и, слившись в один поток, выстрелили. Сила кристалла, помноженная на тысячелетия накопления сомы, была неоспорима.
Но и мой кристалл отвечал на зов! С каждым мигом он наполнял силой мои руки, давая такую энергию, какой прежде не обладал ни один из богов. Замахнувшись пылающим мечом, я ударил навстречу колонне света, исторгнутого Вседержителем.
Удар! Клинок засиял первозданным пламенем, разрубая поток пополам, но мощь божественной атаки была столь велика, что мой барьер задрожал и пошел трещинами. Сколько бы сил я не вливал в него, он таял с каждым мигом. Лезвие, выкованное в недрах Гелиона, раскалилось добела… еще немного, и оно не выдержит!
Рукоять засветилась и задрожала в руках. Поток слишком силен, мне не удержать!..
И в этот миг само время будто остановилось — и что-то теплое коснулось напряженных пальцев, сжимающих меч. Тонкие полупрозрачные руки протянулись сзади и оплели мои.
Не веря глазам, я обернулся — за плечом стоял призрачный силуэт, словно сотканный из тончайших нитей энергии. Юмэми… она улыбнулась и кивнула мне.
Ключ Бездны вспыхнул огненными языками и окутал руки, наполняя новыми силами до краев. Пламя за спиной, начавшее угасать, разгорелось с новой силой.
Пальцы до хруста сжали раскаленный энергомеч и под бешеный вой плазмы направили его навстречу смертоносному потоку. Словно комета, летящая навстречу солнцу, я устремился к Вседержителю. Из груди вырвался полный ярости крик.
Если мне и суждено здесь погибнуть, то не раньше, чем я нанесу свой удар!
Клинок разрубил поток света и вонзился в божественные щиты. Вседержитель сомкнул руки — и десятки барьеров, наползая один на другой, как чешуя дракона, встали на моем пути.
— Я — божественное пламя Гелиона, Гигас! — раздался его крик сквозь рев плазмы. — Это я вершу судьбу, не ты!
Он раскинул руки — и вокруг нас материализовались громадные колонны энергоплатины. Пылая жаром светила, они как ракеты устремились ко мне со всех сторон. Под жалобный треск щитов мой клинок расчертил их ослепительной дугой — и разметал монолиты на мелкие брызги.
— Бесполезно сопротивляться! Даже с силой Ключа Бездны, ты все равно сдохнешь!
— Да плевать, но тебя я заберу с собой! — проревел я в ответ и вонзил меч в разделяющий нас барьер.
Щиты один за другим разлетались в стороны сверкающим звездным потоком. Его защита, неуязвимый панцирь верховного бога, пошла трещинами. Она сдавала под моим напором!
Поняв это, Вседержитель метнулся назад и сфокусировал силы. Над его головой вспыхнули семь сфер и соединились лучами чистой сомы. Он собрался ударить снова, всеми силами!
Я ощутил, как острая боль пронзила мои сфироты, эрозия пожирала один за другим. Но седьмой сфирот еще был чист — и он короткой вспышкой показал картину ближайшего будущего.
Мне не пережить этой атаки, ни за что. Оставалось одно — бить первым, сейчас!..
Воздев над головой клинок с сияющим, как Сверхновая, осколком кристалла, я бросился на последний штурм. Лезвие вгрызлось в щиты, переливающиеся всеми цветами барьеры один за другим начали разлетаться под неистовым давлением. Нужно еще сильнее, еще!..
И в этот миг сфироты Вседержителя полыхнули — их свет сжался в одну точку на его вытянутой руке.
— Вот и конец, Гигас, — голос бога разнесся громовыми раскатами. — Твои силы на исходе, а все твои друзья мертвы. Ты — один. Прими неизбежное — и умри, как подобает богу.
Он сжал пальцы.
Колоссальный столп света ударил в меня, сдувая остатки щитов как пушинки, языки первородного пламени облизали клинок и протянулись назад громадным сверкающим конусом. Металл, закаленный в недрах светила, раскалился добела… и начал медленно плавиться, растекаясь струйками.
Сжимая клинок из последних сил, я смотрел в лицо смерти — океану ревущей раскаленной плазмы. Я уже отдал этому бою все силы, осталось только одно.
Один за другим изъеденные эрозией сфироты загорались в моем теле, разрушаясь и высвобождая последние остатки божественных сил. Вторя им, ядро магии заполыхало пожаром маны и влило в тело запредельную даже для архонтов мощь. Последний бросок!
Направив все силы в меч, я с криком рванул вперед, навстречу убийственному потоку света.
— БЕСПОЛЕЗНО! — торжествовал бог. — УМРИ, ГИГАС!
Поток, еще сдерживаемый мечом, потащил меня назад… и тут моей щеки невесомо коснулось что-то.
Алая бабочка пролетела мимо меня и, сев на дрожащую рукоять меча, растворилась. Я повернул голову — рядом стоял сотканный из света призрак Юи. Она положила ладонь на рукоять меча поверх моей. А рядом легла узкая ладонь Рикки…
Не веря свои глазам, я обернулся — меня окружили сияющие силуэты. Юи и Рикка, Тарсис и Юмэми, Литана, — ко мне тянулись тысячи рук павших товарищей, выстроившихся за моей спиной бесконечным потоком.
— Ты неправ, — с улыбкой прошептал я. — Единственный, кто здесь остался один — это ты.