Алонзо
(Фердинанду и Миранде)
Давайте руки! Будь несчастлив вечно,
Кто счастья не желает вам!
Гонзало
Появляется Ариэль, за которым следуют изумленные Капитан и Боцман.
О государь, смотрите! Я ж сказал:
Пока одна хоть виселица будет
На суше, этот малый не потонет. —
Ну, богохульник? Так кричал на море,
А на земле, как видно, онемел?
Что нового?
Боцман
Да новости нет лучше,
Что здравствует король наш и со свитой.
А наш корабль, что три часа назад
Разбился в щепы, цел и оснащен
И в полном блеске, как в день спуска в море.
Ариэль
(тихо, к Просперо)
Все это я наладил в миг единый.
Просперо
(тихо, Ариэлю)
Алонзо
Все это очень странно.
Тут чудеса! Как вы сюда попали?
Боцман
Будь я уверен, что не грежу, – право,
Я б рассказал… Мы спали мертвым сном, —
Не знаю, как и кто нас запер в трюме.
Вдруг страшный шум, и вой, и лязг цепей,
И целый ряд других ужасных звуков
Нас разбудил, и вот – мы на свободе!
Увидели наш царственный корабль
Таким нарядным, крепким и исправным,
Что капитан от радости подпрыгнул.
Вдруг в миг один нас что-то подхватило,
И, как во сне, мы очутились здесь.
Ариэль
(тихо, к Просперо)
Просперо
(тихо, Ариэлю)
Превосходно,
Усердный дух, – и будешь ты свободен.
Алонзо
Мы бродим точно в странном лабиринте.
Таится в этом больше, чем природе
Доступно; лишь какой-нибудь оракул
Все разъяснит нам.
Просперо
Государь, не надо
Смущать свой ум, разгадывая тайны.
Я скоро на досуге обещаю
Все разъяснить вам; а пока отдайтесь
Вы радости и верьте лишь во все
Хорошее.
(Тихо, Ариэлю)
Сюда, мой верный дух!
Освободи скорее Калибана
И двух его приятелей от чар.
Ариэль исчезает.
Ну как, мой благородный государь?
У вас как будто нехватает в свите
Двоих-троих, а вы их и забыли?
Появляется Ариэль, гоня перед собой Калибана, Стефано и Тринкуло, наряженных в украденные одежды.
Стефано
Каждый человек старайся за всех, а о себе не думай: ведь все – дело случая. – Coragio[1], глупое чудовище, coragio
Тринкуло
Если два шпиона во лбу моем не обманывают меня, вот славное зрелище!
Калибан
О Сетебос! Здесь царственные духи!
Как господин прекрасен мой! Но страшно:
Меня накажет он.
Себастьян
Ха-ха! Антонио,
Что это за предметы? И возможно ль
За деньги их купить?
Антонио
Наверно можно.
Вот рыба – и годится на продажу.
Просперо
Взгляните на наряд их и скажите:
Где честность их? Вот безобразный плут,
Колдуньи сын, что силой чар своих
Могла повелевать луне и морю,
Приливы и отливы вызывать.
Втроем они ограбили меня;
А этот получерт (он сын побочный
Ее от черта) с ними сговорился
Убить меня. Те двое вам известны,
А эта дьявольская тварь – моя.
Калибан
Теперь меня совсем защиплют насмерть.
Алонзо
А, Стефано-пьянчуга, мой дворецкий?
Себастьян
Пьян и сейчас. Но где он взял вино?
Алонзо
И Тринкуло качает словно ветром.
Но чем они так славно напились? —
Да где ж ты так намок?
Тринкуло
Я в таком рассоле выкупался, что мои кости век его не забудут: теперь мне мухи не страшны.
Себастьян
Да что с тобой, Стефано?
Стефано
Ой, не трогайте меня: я не Стефано, а ходячая судорога.
Просперо
Ты хотел быть королем острова, бездельник?
Стефано
Каким уж королем? Сплошной болячкой!
Алонзо
(указывая на Калибана)
Я существа не видывал странней.
Просперо
Он безобразен и душой и телом.
(Калибану, указывая ему на Стефано и Тринкуло)
Ступай в пещеру, плут, и их возьми.
Когда прощенье заслужить хотите,
На славу уберите мне ее.
Калибан
Все сделаю. Вперед умней я буду.
Прости меня. Каким я был ослом,
Что пьяницу за божество я принял
И поклонялся дураку!
Просперо
