Виола
Итак, на запад! Вас да осенят
Дары небес, веселие и счастье!
А государю моему ни слова?
Оливия
Скажи, что думаешь ты обо мне?
Виола
Я думаю, душа в вас говорит
«Оливия – не то, что есть».
Оливия
Так знай:
Я то же думаю и о тебе.
Виола
Вы не ошиблись: я – не я, синьора.
Оливия
Желала бы тебя я видеть тем,
Чем я хочу.
Виола
Когда бы я тогда
Стал чем-нибудь получше – я того
Желал бы: а теперь я ваш дурак.
Оливия
О, сколько прекрасного в этих устах,
Когда на жемчужных в коралле зубах
Змеятся насмешка, и гнев, и презренье.
Любовь, ты недолго свое откровенье
Таишь, как сознанье кровавой вины.
Цезарьо, клянусь тебе розой весны,
Клянусь непорочной души чистотою
И всем, что священно, – любовью святою!
Тебя полюбила я, как ты ни горд!
Мой ум перед сердцем без силы простерт.
Зачем же себя оградил ты молчаньем,
Когда я сгораю безумным желаньем?
Цезарио, сладко в любви тосковать,
Но слаще ответ на любовь отыскать!
Виола
Клянусь моей юностью, в этой груди
Есть сердце и верность; но ими владеет
Не женщина. Кроме меня не посмеет
Никто воцариться на троне души.
Прощайте, графиня. Вперед я не стану
Описывать графа сердечную рану.
(Уходит.)
Оливия
Вернись! Мое сердце ты можешь склонить
Любовью, мне чуждою, графа любить!
Уходит.
Сцена вторая. Комната в доме Оливии
Входят сэр Тоби, сэр Эндрю и Фабиан.
Сэр Эндрю
Нет, ей-богу, я не останусь ни минуты дольше.
Сэр Тоби
Почему, великолепная ярость? Скажи, почему?
Фабиан
Вы непременно должны сказать нам причину, сэр Эндрю.
Сэр Эндрю
Ну, я видел твою племянницу: она гораздо была ласковее со слугою графа, чем со мной когда-нибудь. Там, в саду я это видел.
Сэр Тоби
А видела она тогда тебя, старый ребенок? Ну говори!
Сэр Эндрю
Ясно, как я теперь вас…
Фабиан
Это сильное доказательство, что она вас любит.
Сэр Эндрю
Черт возьми! Хотите вы сделать из меня осла?
Фабиан
Я докажу вам это законным порядком; ум и разум присягнут в этом.
Сэр Тоби
А они были присяжными, когда еще Ной не плавал в ковчеге.
Фабиан
Она любезничала с этим молодцом на ваших глазах единственно для того, чтоб пробудить спящее мужество, наполнить огнем вашу грудь и пламенем – сердце. Вам бы тогда подойти и заставить молчать этого молодца самыми лучшими и свежими, как с иголочки, шутками. Этого от вас ожидали – и обманулись. Вы позволили времени смыть двойную позолоту этого случая, и в мнении графини поплыли на север, где и будете висеть, как ледяная сосулька на бороде голландца, пока не исправите дела каким-нибудь отличным порывом храбрости или тонкою политикой.
Сэр Эндрю
Коли надо этому быть, так надо, чтоб храбростью. Политику я ненавижу. По-моему, лучше уж быть пуританином, чем заниматься политикой.
Сэр Тоби
Пожалуй, построим твое счастье на основании храбрости. Так вызови ж графского посла на дуэль и изрань его в одиннадцати местах. Племянница моя узнает об этом, и будь уверен, что никакая сваха в мире не отрекомендует тебя женщине так хорошо, как слава храбрости.
Фабиан
Другого средства не остается, сэр Эндрю.
Сэр Эндрю
Согласен кто-нибудь из вас отнести к нему мой вызов?
Сэр Тоби
Иди и напиши его рукою Марса, дерзко и кратко. До остроумия дела нет, было бы красноречиво да замысловато. Разругай его во весь лист. Не помешает, если ты ему «тыкнешь» с полдюжины раз. Сади ложь на ложь, сколько их уместится на листе бумаги, будь он длиной в простыню на кровать в Уоре, в Англии. Ступай да смотри, чтобы в чернилах твоих нашлось довольно желчи, хоть ты и пишешь гусиным пером. Но это не важность. За дело.
Сэр Эндрю
Где мне вас найти?
Сэр Тоби
Мы позовем тебя ex cubiculo[9]. Иди только.
Сэр Эндрю уходит.
Фабиан
Дорогой это для тебя человек, сэр Тоби.
Сэр Тоби
Да и я ему недешево обошелся: тысячи в две-три.
Фабиан
Мы получим от него редкость, не письмо; но ведь ты его не отдашь?
Сэр Тоби
Уж, конечно, нет; но все-таки буду подстрекать молодца выйти на его вызов. Я думаю, их и волами не стащишь вместе. Что же касается нашего рыцаря, так, если его вскроют и найдут в нем крови блохе на завтрак, – я готов съесть все остальное.
Фабиан
Да и противник его, этот молодой человек, судя по лицу, не обещает особенной свирепости.
Входит Мария.
Сэр Тоби
Смотри, вот и соловей наш!
Мария
Хотите заболеть от смеха, так пойдемте со мной. Этот болван Мальволио сделался идолопоклонником, настоящим ренегатом. Никакой мусульманин, уповающий на блаженство в своей вере, не верует в такую кучу глупейших вещей. Он уже в желтых чулках.
Сэр Тоби
И с подвязками накрест?
Мария
Да, и гуляет, точно цапля в болоте. Я шла за ним тайком как вор, и знаю, что он сообразуется с каждой буквой моего письма. Едва улыбнется он, как на лице его является больше линий, чем на новой карте с обеими Индиями! Вы не можете себе представить всего этого, и я едва могла удержаться, чтоб не швырнуть ему что-нибудь в голову. Я уверена, что графиня даст ему пощечину, а он, улыбаясь, примет это как особенную милость.
