Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Мортье 17 января незаметно эвакуировался из Лангра: в 4 утра он ушел на Шомон, где уже вечером занял высоты, с которых можно было контролировать переход через Марну. Вейль писал, что в Лангре оставлены 184 человека и 13 пушек во главе с новым комендантом полковником Ж.-Б.-Ш. Симоном де Ла Мортьером, которому дан приказ держаться до последнего и затем капитулировать, чтобы избавить город от негативных последствий атаки союзников[1405].

Еще утром 17 января защитники Лангра, кажется, готовы были хотя бы для виду посопротивляться, чтобы потянуть время и добиться почетных условий капитуляции: «В тот момент последние отступающие солдаты императорской гвардии еще пили свой прощальный стаканчик водки, а уже можно было предвидеть то волнение, которое вызовет их уход из города»[1406]. Оставшийся в городе за коменданта Симон де Ла Мортьер был, по свидетельству Делеке де Шанже, сильно раздражен: его оставили все сразу. Он послал курьера к Мортье, видимо, надеясь получить разрешение оставить Лангр, но к 10 часам утра получил ответ держаться до последней возможности. «Я отлично понимаю, что я жертва», - сказал на это Симон де Ла Мортьер. Мэру Лангра также доставили письмо от Мортье, в котором предписывалось путем издания прокламации призвать всех граждан к оружию и объявить, что французская армия вернется в Лангр в течение двух дней[1407]. Стало известно, что некоторые офицеры императорской гвардии угрожали, что подвергнут Лангр грабежу, если горожане не будут сопротивляться. «Жестокая, но пустая угроза, они знали, что больше сюда не вернутся!» - пишет Шанже.

Но еще Монтрол писал о защитниках Лангра: «что они могли сделать без оружия, боеприпасов, с полуразрушенными укреплениями, готовыми окончательно рухнуть лишь от грохота пушек!»[1408] Лангр не мог обороняться: 180 человек против корпуса, да еще, если верить «Журналу военных движений», жители заклепали 8 пушек, к оставшимся снаряды были другого калибра[1409], а национальная гвардия требовала сдачи города. Стоило Мортье уехать - и, как он сам писал об этом от 17 января, «буржуа заговорили о необходимости сдать город, а национальные гвардейцы побросали ружья». Никакие прокламации уже не помогали.

17 января Шварценберг направил своего адъютанта подполковника Войну для переговоров к городским воротам, но оказалось, что переговариваться-то и не с кем[1410]. К Войне из любопытства присоединились два русских офицера «квартирмейстерской части» - Ф. Дист (Диест) и Трескин[1411]. Все трое в сопровождении трубача подъехали к воротам Лангра, на переговоры отправился Симон де Ла Мортьер. В окошко, что открыли в городских воротах для переговоров, было видно и слышно, как кавалеристы эскорта, сопровождавшие парламентера, пьют поднесенное им жителями предместья вино за здоровье французских солдат и выражают желание побрататься с ними. Это был момент своего рода перемирия, который успокоил умы: дамы, которым не разрешалось даже приближаться к городским стенам, теперь спешили удовлетворить свое любопытство.

Симон де Ла Мортьер попытался потянуть время. Но офицеры союзников успели увидеть, что неприятель город оставил, что его охраняет только несколько солдат. Союзники подтянули артиллерию и направили ее на ворота.

Симон де Ла Мортьер и командир национальных гвардейцев Делеке де Шанже отправились было перекусить, как раздалось два пушечных выстрела: так австрийцы для убедительности поддержали миссию очередного парламентера. Как уверял Бошан, австрийцы угрожали предать город грабежу, если он окажет сопротивление[1412]. Симон де Ла Мортьер начал было рассуждать, что сдаст крепость только значительно превосходящим силам противника, но под давлением горожан решил все же капитулировать[1413]. Переговоры, по свидетельству мэра Гюйо, были короткими: комендант и мэр просили разрешения вывести гарнизон из города, им ответили, что защитники будут считаться военнопленными, но офицеры сохранят свои шпаги и багаж, а унтер-офицеры и сержанты - свои вещи и ранцы. Обещалось, что будет оказано уважение к личности и собственности, сохранится французское правосудие, с французскими ранеными и больными будут обращаться гуманно. В местной гостинице в 5 вечера Симон де Ла Мортьер подписал капитуляцию, которая вечером была оглашена горожанам[1414]. Во главе эскадрона легкой кавалерии и батальона полка Кленана с двумя пушками Гиулай в 6 вечера 17 января вступил в Лангр.

Шварценберг был изумлен и обрадован: «Центральная позиция, господствующая над всею Францией, взята без боя»[1415]. Монтрол передает общее впечатление: при приближении армии союзников оставленные в городе солдаты поспешили побросать оружие и попрятаться в домах горожан, откуда их потом заставят выйти и сдаться. Он же приводит и пример французской самоотверженности и верности долгу: один из гвардейцев предпочел умереть, чем открыть дверь городских ворот и сдаться в плен: первые австрийцы не могли войти в город иначе, чем через его труп[1416]. Монтролу вторит Минере: «Наступившая ночь добавила ужаса к положению города, загроможденного голодными и замерзшими войсками. У ворот города, через которые входили войска союзников, распростерся труп одного несчастного жандарма, убитого вопреки капитуляции, - грустный спектакль, предвестник того, что можно ожидать от военной оккупации»[1417]. Союзники запросили из числа горожан трех человек, которые были бы заложниками, гарантирующими хорошее поведение остальных: заложников отправили на временное проживание в Великое герцогство Баденское[1418].

Вечером 17 января в Лангр вступили 15 или 20 батальонов, которые разместились как могли. Клэр Оберив в статье «Дома Лангра и их гости» упоминает сцены «хаоса и паники, которые ознаменовали вторжение в город в полутьме зимним вечером 1814 г.»[1419]. Делеке де Шанже писал о неудобствах и притеснениях, но никакого «хаоса» в его интерпретации событий нет. Оставивший свою службу бывший командир национальных гвардейцев лишь свидетельствует, что «полки авангарда выглядели очень плохо, я полагаю, большей частью это были хорваты и другие войска с турецкой границы». Делеке де Шанже радовался, что к нему на постой никто до поры до времени не встал. Правда к 10 вечера его предупредили о прибытии генерала с 11 солдатами и слугами, но ни генерал, ни свита так и не появились: возможно, они отправились далее на Шомон[1420].

На следующий день, 18 января, в 10 утра в мэрии собрался городской совет, чтобы решить вопрос о реквизициях, которые предписал сделать австрийский комиссар[1421]. Вдруг с площади, где было размещено на бивуак несколько тысяч человек, раздался дружный крик, который привел в ужас членов городского совета, подумавших, что это сигнал к грабежу. Командир национальных гвардейцев успокоил чиновников: «Если это крик радости, то это не опасно». А это как раз было мощное «Ура!» в честь прибытия очередного генерала[1422].

20 января через Лангр продолжали идти войска союзников. 21 января здесь, в доме супрефекта Берто, князь Шварценберг установил свою штаб-квартиру. Гиулай квартировал в доме напротив - у месье Тевно. Сюда под конвоем привели мэра и под угрозой расправы потребовали предоставить карты местности[1423]. Так как месье Берто бросил исполнять свои функции супрефекта, была создана специальная комиссия, а работа муниципалитета организована таким образом, чтобы каждый день трое его членов присутствовали в мэрии и помогали мэру[1424].

вернуться

1405

Weil M.-H. Op. cit. T. 1. Р. 134. По A. Бошану, защитников было «200 человек и несколько пушек: меньше, чем было нужно для защиты Лангра...». См.: Beauchamp А. Ор. cit. T. 1. Р. 131. По Р. Брокару - «150 раненых и едва передвигающихся солдат». См.: Brocard R. Alexandre Ier... P. 92.

вернуться

1406

Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814...

вернуться

1407

См. также: Thielen M.F. Souvenirs de guerre d’un vétéran autrichien sur les campagnes de 1809 à 1814. La Vouivre, 2003. Р. 122.

вернуться

1408

Montrol F. Résumé de l’histoire de la Champagne... Р. 374-375.

вернуться

1409

Журнал военных движений... С. 93.

вернуться

1410

Weil М.-Н. Ор. cit. T. 1. Р. 133-136.

вернуться

1411

Журнал военных движений... С. 93.

вернуться

1412

Beauchamp А. Ор. cit. T. 1. Р. 131.

вернуться

1413

Кох писал, что городская стража, которая поначалу выказывала намерение содействовать императорской гвардии в защите Лангра, сочла теперь сопротивление бесполезным. См.: Koch Fr. Ор. cit. T. 1. P. 85.

вернуться

1414

Migriere S. Précis de l’histoire de Langres... Р. 256. Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 43. Леонс де Пиепап и С. Минере называли его «Ла Морльер». Со стороны австрийцев условия капитуляции Шомона подписал майор барон Зелбитц. См.: Piépape L. Ор. cit. Р. 260.

вернуться

1415

Надлер В.К. Император Александр I и идея Священного союза. Т. 4. С. 169. Гиулай двинулся к Лангру и «после малой ружейной перестрелки и нескольких выстрелов» занял оный. См.: Журнал военных движений... С. 93.

вернуться

1416

Montrol F. Résumé de l’histoire de la Champagne... Р. 374-375.

вернуться

1417

Migriere S. Op. cit. Р. 257. A Минере, в свою очередь, вторит Стинакер. См.: Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 43.

вернуться

1418

Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 44.

вернуться

1419

Auberive С. Une maison de Langres et ses hôtes // Société Historique et Archéologique de Langres. 1958. N 170.

вернуться

1420

Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814...

вернуться

1421

«Несмотря на английские деньги, войска союзников были весьма плохо экипированы. В Лангре помимо продуктов питания австрийцы и баварцы затребовали за два дня 500 шинелей белого драпа и столько же коричневого, 1000 сорочек, 2200 кюлот и 1000 пар гетр. Несколько дней спустя новое требование: 25 000 локтей драпа и 50 000 холстины». См.: Jégo Y. Op. cit. P. 64. Эти же данные с теми же интонациями И. Жего приводит и М.П. Рей. См.: Rey Р.-М. 1814, un tzar à Pari... P. 101. Эти сведения о реквизициях в Лангре мы находим первоначально у Стинакера, который использовал данные архива префектуры. 18 января был издан приказ командующего 3-го корпуса, предписывающий Комиссии по административным вопросам округа Лангр обеспечить 1000 венгерских кюлот (голубого цвета), 1200 немецких кюлот, 500 кавалерийских шинелей (белого драпа), 500 обычных шинелей для пехоты, 1000 рубашек, 1000 пар гетр, 400 ярдов обычного холста, 500 ярдов коричневого холста. Все указанное должно было быть предоставлено в течение двух дней. По указанию генерального квартирмейстера барона Иоганна Прочаски контрибуция была сокращена до двух тысяч ярдов ткани. Но и из этих двух тысяч ярдов купец Петито-Параде предоставил лишь шестьсот тридцать. 14 февраля последовало новое распоряжение: предоставить 26 000 локтей драпа и 50 000 холстины. См.: Steenackers F.-F. Op. cit. P. 284-285.

вернуться

1422

Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814...

вернуться

1423

Об этом писал и Стинакер. См.: Steenackers F.-F. Op. cit. P. 44.

вернуться

1424

Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814...

80
{"b":"823533","o":1}