Влад переключил ручку передач в положение "Вперёд" и нажал педаль, по старинке называемую "педалью газа". Машина снова побежала вперёд.
Кратер Страбон, по пути ко входу в ущелье, чуть позже
Мерно гудят электромоторы "козла"[5], машина иногда подпрыгивает на кочках и рытвинах, которыми так богато дно кратера, но уверенно бежит вперёд, оставляя по правую сторону низкие холмы тех загадочных отложений, которые Лена определила как водные наносы, а по левую всё выше и выше поднимается из-за горизонта[6] южная, пологая стена кратера. Вот уже показалось подножие склона, ещё немного и довольно высокие склоны сошлись, оставляя путешественникам узкую, прямую как стрела долину с колеёй их предшественников. А если обернуться назад, то на выступающих из-за самого горизонта горах можно увидеть небольшую (ну то есть, она отсюда, с расстояния пары десятков километров выглядит как небольшая) щербинку — продолжение, вернее начало, этой долины. Давным давно, миллиард с небольшим лет назад, что-то прочное и тяжёлое пролетело по очень пологой траектории, царапая поверхность Луны. Это тело выбило на восточной стороне кратера маленькую выщербину, всего-то пол километра глубиной, и закончило свой путь, пробив стенку кратера Страбон на вылет, образовав ту самую долину, к которой сейчас приближались юные исследователи.
— Федерация! Я Путник! Вошли в первое ущелье! Приём!
Здесь связь ещё больше осложнилась: высокие стенки ущелья закрывали "козла" даже от сидящего на высоком уступе дрона, поэтому в дело включился второй ретранслятор, ещё один дрон, сидящий на дне этой лунной долины, там где она заметно расширяется и его уже видно с первого ретранслятора. Связь стала хуже, сложнее, но она была, вот что главное.
— Путники, вас понял, — раздался в наушниках голос Аскара. — будете у ретранслятора, передайте картинку. Интересно же! Приём!
— Сделаем! — бодро откликнулся Влад. — До связи!
Через некоторое время Лена сказала:
— Знаешь, с Земли либо не всё нам сообщили, либо нашли не всё про эту экспедицию.
— Почему?
— Ты заметил, как они ехали? — Лена указала на колею их предшественников. — Всё время прямо, нигде не останавливались, не выходили, никуда не свернули. Пару раз забуксовали, но как только выбрались, сразу вперёд.
— Хочешь сказать, они знали, куда едут? Надо будет передать на Землю.
— Думаешь, там этого не знают?
— Знают, не знают… — проворчал Влад, — а сказать надо.
В отличие от своих предшественников, юные исследователи пару раз остановились и даже вышли из машины: Лена сделала несколько снимков столь удачно срезанной стены ущелья. Она порывалась подойти поближе и отковырять камушек, но Влад не позволил: слишком уж много валялось у подножия стены выпавших булыжников самого разного размера. Лазать по таким кучам и на Земле-то не безопасно, а уж на Луне и вовсе, противопоказано.
— Кстати, а откуда здесь столько камней? — полюбопытствовал Влад, когда они двинулись дальше.
— Из стен вывалились, — равнодушно пожала плечами Лена.
— Но здесь же нет выветривания!
— Щаз. Водной и воздушной эрозии нет, а солнечной сколько угодно. Днём нагревает почти до двухсот градусов, ночью остывает до минус двухсот. За две недели температура скачет почти на четыреста градусов. От такого любые камни потрескаются.
Она помолчала какое-то время и сказала:
— Держиська ближе к южной стене, на неё Солнце почти не попадает, камни падают реже.
Прошло ещё немного времени и стены ущелья расступились, уходя за близкий лунный горизонт, а впереди уже поднимались могучие скалы, образующие пробитую древним космическим скитальцем стенку кратера. Вскоре они увидели и сидящий рядом с колеёй дрон.
Отсюда они связались с кораблём, передали панораму и двинулись дальше. Вскоре, на краю небольшого склона, они наткнулись на луномобиль своих предшественников. Удивительно, но тот не был полностью разряжен! Приличных размеров солнечные батареи обеспечивали какое-никакое функционирование. Впрочем, не то, чтобы на высоком уровне: за прошедшие с тех трагических событий почти шестьдесят (а с момента, когда этот луноход был сделан, так вообще шестьдесят с небольшим) лет солнечные панели изрядно деградировали и сейчас старинный луноход мог только тускло мигать светодиодными ходовыми огнями, да маленький пластиковый триколор сиротливо болтался на конце высокой антенны. Второй триколор обнаружился на борту, рядом с эмблемой "Ленд Ровер".
— А свой не могли сделать? Религия не позволяла? — проворчал Влад.
Вопрос был риторическим, поэтому Лена отвечать и не стала. Она провела ладонью в перчатке по поверхности солнечной батареи, вздохнула:
— Надо же, и здесь пыль… Может оттащим его на обратном пути на базу? Трос тут есть, ты на нашем "козле", я на этом за рулём.
— Где ты тут видишь руль? — парировал Влад.
Он уже стоял на месте водителя… хотя, правильнее сказать, оператора этого луномобиля и игрался с джойстиком управления. Старинный луноход на это никак не реагировал. То-ли мощности солнечных батарей не хватало даже на то, чтобы чуть дёрнуться, то-ли надо было ввести на клавиатуре, что располагалась возле джойстика, какой-то код.
— Они что, так стоя и ехали? Как они ноги-то не переломали!
— Не знаю! — выдохнул Влад. — Вот уж действительно, додуматься надо до такого!
Они снова связались с кораблём, отсняли этот луномобиль, сделав несколько очень эксклюзивных снимков его внутренностей по заданию Джона и двинулись дальше, уже пешком, по следам своих предшественников. И снова, те словно заранее знали куда и как надо идти: их тропа пролегала по очень удобному маршруту, чем, скажем прямо, эта местность вовсе не изобиловала. Даже Лена, побывавшая в нескольких геологических экспедициях, заявила, что вот так, сходу, найти эту тропу у неё не вышло бы, пришлось бы сделать несколько предварительных попыток.
Но вот, они снова на относительно ровном участке, впереди прямая как стрела долина шириной в сотню метров и столько же глубиной. Они доложили на базу и двинулись дальше.
— Мне вот только непонятно, — подала голос Лена, — с тех пор пол века прошло, даже больше, но у нас "козёл" с обычным рулём и механической коробкой, как в XX веке, а на этом: и джойстик, и компьютерное управление…
— …и ехать надо стоя, — подначил Влад. — Ленд Ровер, капиталистическая фирма, работают, и тогда работали, только ради прибыли, вот и навертели в свою машину чего надо и не надо, лишь бы подороже вышло. А у нас делают так, чтобы было проще, дешевле и надёжней. И, заметь, этот… Ровер… на буксире не потащишь. Ему полюбому нужно питание и компьютер запускать. А козла тащить можно.
— Ну да, и при всех наворотах, ехать стоя… — согласилась Лена.
— А может так и задумано: помучаются, закажут новый луномобиль, или этот на доработку. И снова деньги.
Лена кивнула и дальше они шли молча. До точки надо было идти чуть больше двух километров, поэтому приходилось экономить силы и дыхание, тем более, что дополнительное исследовательское оборудование, которое приходилось нести в специальных чемоданчиках, дорогу вовсе не облегчало, хоть и весило меньше, чем на Земле.
---------
[1] попрыгунчик — небольшой корабль для полётов на Луне по баллистической траектории. Выйти на орбиту не способен, зато для управления им не нужно вообще никакой квалификации: задать точку приземления и он сам туда прилетит, выберет ближайшую пригодную для посадки площадку и туда мягко приземлится.
[2] держать у вас заправленную канистру три дня слишком опасно — В силу некоторых технических и геологических особенностей, на Луне основное топливо — метан, а окислителем для ракетных двигателей — кислород. Оба, естественно, сжиженные, то есть охлаждённые до минус полтораста — минус двести градусов. На стационарных объектах (база в море Дождей, где эти газы, собственно, добывают или на орбитальном заправщике) принимают специальные меры, чтобы в случае серьёзной утечки всё это не рвануло. А вот "канистра" — по сути автоматический корабль, тот же попрыгунчик, который сбрасывают на точку с орбитального заправщика. Там идёт постоянная борьба за вес, потому как на полёт расходуется всё то же топливо, которое "канистра" должна доставить на поверхность и многие системы сильно урезаны. Именно поэтому стараются не держать полную "канистру" на базе экспедиции: получили, перелили топливо в корабельные баки и тут же улетели.