Разработанные Авернус принципы и техники конструкции экосистем позволили дальним, колонизировавшим луны Юпитера и Сатурна, создать стабильные, очень устойчивые биомы в городах, оазисах и садах. Спроектированные гением генетики вакуумные организмы — конгломераты наномашин, способных расти и размножаться в условиях почти абсолютного нуля и отсутствия воздуха, — обеспечивали бесперебойное снабжение КАВУ[1] — пищей, металлами, углеродными композитами, всеми видами сложных органических соединений. Авернус практически не ожидала награды за свой труд, почти устранилась из обычной жизни — образцовый типаж высокомерного мудреца, охраняемого узким кругом обожателей и учеников, рассеянно творящего чудо за чудом. Но, несмотря на добровольное изгнание, Авернус поняла, что человечество приближается к роковой развилке дорог. Век назад, когда Земля попыталась добиться власти над дальними, первые их поколения ушли с земной Луны на Марс и вторую по величине луну Юпитера, Каллисто. Вскоре Китайская Народная Республика осыпала марсианские поселения водородными бомбами. Но дальние на Каллисто выжили и преуспели, распространились на другие луны Юпитера и системы Сатурна, построили города, экспериментировали с новыми формами социальных утопий. Предыдущие попытки заполнить пропасть, разделившую землян и дальних, закончились плачевно — но поражения мало кого обескуражили. Землю слишком занимали последствия катастрофического изменения климата, дальние же сосредоточились на себе, поглощенные искусством либо научными исследованиями, почти не имеющими практического значения. Однако новое поколение дальних, агрессивное и решительное, отнюдь не желало замыкаться в себе. Авернус позволила сделать себя символом движения за мир и щедро использовала свой престиж и влияние для развития проектов сотрудничества обеих ветвей человечества.
Но попытки примирения были сорваны. Случилась война — краткая и жестокая. Дальние оказались разгромлены наголову. Экспедиционные корпуса трех главных государств Земли взяли под контроль все города и поселения на лунах Юпитера и Сатурна. Горстка убежавших дальних растворилась в пустоте на краю Солнечной системы, Авернус скрылась в ледяной полярной пустыне Титана.
Шри не смогла убедить Арвама Пейшоту устроить полномасштабный поиск гения генетики. У генеральского персонала была работа важнее: обеспечить надежную власть над городами и крупными поселениями Мимаса, Энцелада, Тетиса и Дионы, управлять населением и кормить его, восстанавливать поврежденную инфраструктуру, укреплять новую власть. Шри пришлось довольствоваться туманным обещанием помощи в неопределенном будущем и командой роботов. Те были подвижными и свирепыми охотниками, способными синтезировать топливо из углеводов в атмосфере Титана. Но роботы оказались совершенно неспособными отыскать женщину, укрывшуюся в крохотном логове на закутанном туманами спутнике с площадью поверхности восемьдесят три миллиона квадратных километров. Шри выпустила роботов почти без надежды на успех, а сама занялась поиском и исследованием садов, которые Авернус разбросала по обитаемым и необитаемым мирам. Эти сады были элегантным соединением каприза и виртуозной теории. Описать их, проанализировать, понять — годы тяжелой работы.
Но теперь секретам садов Януса придется повременить. Шри помогла своей невеликой команде упаковать оборудование и образцы и рассовать их по грузовым отсекам буксира. Затем по очереди все прошли через шлюз в тесную кабину, где жили уже неделю. Шри легла в разгрузочное кресло рядом с Вандером Рисом. Он включил двигатель, и вскоре Янус остался за кормой, потерялся на фоне великолепия колец. Спустя шесть часов буксир вышел на орбиту Дионы и приблизился к флагману Арвама Пейшоту «Гордость Геи». Буксир уравнял вектор скорости относительно большого корабля, подполз ближе на маневровых движках, выстрелил причальным гарпуном и подтащил себя к причальному пирсу. Тот сложился, будто хамелеонов язык, и втащил буксир в трюм.
Шри обстоятельно проинструктировала команду, как поступать с образцами, и отправилась повидать сына. После десяти дней в ничтожно малой гравитации Януса пять сотых g, созданных вращением корабля, ощущались свинцом в костях. Жаркий застоялый воздух смердел озоном и закисшим потом, будто раздевалка муниципального бассейна. В коридорах и проходах полно солдат и гражданских. Пока Шри работала на Янусе, с Земли пришел корабль с чиновниками и советниками. В каюте Берри спали в подвешенных к стенам гамаках двое незнакомцев. Шри отпрянула, позвонила квартирмейстеру — и узнала, что Берри уже не на борту. Его перевели в поселение на поверхности Дионы, ранее принадлежавшее клану Джонс–Трукс–Бакалейникофф.
Понятно, кто это устроил и зачем и отчего не сообщил о переменах. Арвам не позволял Берри покинуть «Гордость Геи», держал в заложниках, чтобы обеспечить абсолютную лояльность. А теперь генерал, не позаботившись узнать мнение матери, решил отправить сына в поселение на еще опасной, не до конца вычищенной луне. Полная ледяной злобы и негодования Шри прошагала вдоль корабельного хребта, потом протолкалась через кучу морпехов, охраняющих люк в прежнюю кают–компанию, ныне забранную под свои нужды генеральским штабом.
На стенах и потолке — красная кожа, диваны и столики привинчены к полу, генерал с полудюжиной офицеров и гражданских чиновников — в углу, у большого экрана с презентацией. Никто не объявил о приходе Шри. А генерала лучше не отвлекать. Арвам Пейшоту обожал давить и третировать людей, играя на их слабостях. Он с удовольствием использует гнев обиженной матери против нее же. Нет смысла ввязываться в драку без единого шанса на выигрыш. Нужно оставаться спокойной, собранной и сильной — ради Берри, ради своей работы.
Шри подхватила колбу с кофе, устроилась в подвесном кресле, занялась просмотром и сортировкой последней порции данных, собранных на Янусе. Сосредоточенность, необходимая для работы по систематизации данных, успокоила Шри. Когда наконец адъютант переплыл комнату и сообщил, что у генерала отыщется пара свободных минут для Шри, она уже целиком пришла в себя.
— А вот наконец и вы, — объявил Арвам Пейшоту. — Я‑то уже думал, что вы позабыли обо мне.
Генерал был симпатичным, энергичным, деятельным мужчиной за шестьдесят в обычном летном комбинезоне со множеством карманов. Со времени последней встречи генерал немного изменился: коротко постригся и срезал хвостик на затылке. На генеральской голове будто появилась безукоризненно ровная плосковерхая белоснежная шапка. На боку — пистолет в кобуре. Из него генерал однажды убил человека прямо на глазах у Шри.
— Наверное, вы забыли, что я работала на Янусе, — возразила она.
— Мне кажется, я там еще не был, — заметил Арвам. — Кстати, я был там?
— Нет, сэр, — ответил адъютант.
— А туда стоит наведаться? — спросил генерал у Шри.
— У меня там много работы, — сказала Шри и, пытаясь изобразить легкость и непринужденность, спросила: — Простите, сэр, но зачем вы отослали моего сына на Диону?
— Ну-у, штабной корабль — не место для мальчугана. Сплошные толпы, делать нечего — разве что безобразничать. Я отослал его туда, где будет моя штаб–квартира. Там все основательно проверено, полностью безопасно. Там большой сад с лужайками и полями, деревьями, озерами. Как по–вашему, разве не подходящее место для здорового активного парня?
— Я хочу посмотреть. Ваши люди могли что–то упустить.
— Я все вам расскажу после сегодняшнего ужина. К нам явился атташе Тихоокеанского сообщества и отчего–то жаждет встречи с вами. Можете рассказать ему о своих садах, а он, возможно, сболтнет вам что–нибудь полезное о положении на Япете.
— Так вы прервали мои исследования ради светской болтовни с атташе?
— Это только одна из причин, — сказал Арвам. — Еще у меня есть новый проект для вас. Очень важный. Пойдемте со мной.
Генерал, Шри и кометный хвост из толпы адъютантов пошли в медицинский отсек, а в нем — к дальней стене, где на наклонной кровати лежал молодой парень. От поясницы до пят — туго натянутая простыня, на груди приклеена черная лента дыхательно–сердечной системы. Голова выбрита и перебинтована, глаза заклеены пластырем, в носу — трубки, в вене на руке — капельница, присоединенная к пакету с прозрачной жижей, свисающему с переборки. Тот ритмично подрагивал, словно ленивая капризная медуза.