Литмир - Электронная Библиотека

— Ой! Простите, я...

Дракон медленно достал платок, вытер им лицо, затем опустил глаза на свои брюки, ботинки, а затем и на пол.

— А это что такое?

Я проследила за его взглядом и замерла. В луже варенья помимо ягод вишни лежала россыпь золотых монет.

Микаэль опустился на одно колено, вытянул из кармашка на груди платок и поднял через него монету. Повертел, поднес к глазам, протер кончиком платка и золотые зрачки сузились в вертикальные щели.

— Драконья чеканка, — произнес он тихо. — Чистое золото из сокровищниц. Таких монет нет в обороте уже двести лет.

Он поднял вторую, третью.

Я мельком пересчитала те, что лежали в луже варенья, среди осколков стекла и вишен. Двенадцать штук.

— Откуда это у вас?

— Понятия не имею! — я смотрела на золото с таким же удивлением. — Это бабушкино варенье, из погреба, я открыла банку и...

— Древние монеты драконьей чеканки в банке с вареньем, — Микаэль выпрямился и посмотрел на меня сверху вниз. Лицо его окаменело, теплота последнего часа испарилась, будто кто-то щелкнул выключателем. — Дарья Сергеевна, вам не кажется, что все это выглядит слишком подозрительно?

— Что именно?

— Все, — он обвел рукой террасу. — Вы появляетесь здесь за день до истечения арендного договора, якобы попаданка, якобы случайно. За три дня у вас уже бизнес, покровитель в лице начальника сыска, магический ремонт за чужой счет, связи среди аристократических фамильяров, а теперь еще и драконье золото из сокровищницы.

Каждое «якобы» било по мне, как пощечина. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Как вы это объясните? — голос Микаэля звучал уже по-казенному, холодно и ровно, как при первой встрече с уведомлением.

Внутри поднялась смесь злости и обиды и его было уже не остановить.

— Никак не объясню, потому что мне нечего объяснять! Я понятия не имела, что в бабушкином варенье лежат монеты. Бабушка могла спрятать их туда двадцать лет назад, это ее дом и ее погреб!

— Золото наверняка из бывшей сокровищницы королевского рода, — уточнил Микаэль.

— Бывшая! Ключевое слово — бывшая! Двести лет назад бывшая!

Микаэль сложил руки на груди и смотрел на меня тем взглядом, от которого хотелось одновременно провалиться сквозь землю и врезать ему подносом.

— А может вы хотели меня умаслить чаепитием, чтобы я не выписывал вам штраф, не проверял состояние земли, которая у вас в аренде, чтобы у вас было время замести следы.

Злость перехватила горло и я выпалила:

— А может это вы хотите меня подставить? Может вашей семье нужно вернуть это место любой ценой и вы подкидываете мне монеты, чтобы обвинить в воровстве? Удобно, правда? Может быть моя бабушка вам мешала? Может это вы ее убрали? Теперь мешаю я, и вот уже готов повод — попаданка-воровка с драконьим золотом!

Микаэль побледнел. Скулы заострились, глаза стали неподвижными, и от него повеяло таким жаром, что варенье на полу зашипело.

— Вы обвиняете мою семью в убийстве?, — произнес он почти шепотом.

— Вы обвиняете меня в воровстве!

Мы стояли друг напротив друга, между нами лужа варенья с древним золотом, и воздух трещал от напряжения.

— Дальнейшее общение будет строго в рамках договора, — Микаэль отчеканил каждое слово. — Через моего адвоката. Я выведу вас на чистую воду, Дарья Сергеевна. И ваших зверей тоже ждет проверка. Может, вы нарочно вывели существ, от которых у драконов глаза режет и начинается насморк. Биологическое оружие в шерстяной упаковке.

— Биологическое оружие?! Капибары?!

Микаэль отвернулся и решительно пошел на выход с трассы. Я задохнулась от возмущения и хотела ответить, но из-за угла раздался стон Вирена.

— Что случилось опять?! — гепард запрыгнул на стойку и уставился на лужу варенья, монеты и два перекошенных от злости лица. — Хорошо же сидели! Чай, варенье, закат! Почему нельзя быть проще, обнюхать друг друга и идти спариваться?

— Я что, похожа на самку для спаривания?! — крикнула я. — Дурак?!

Микаэль обернулся ко мне, и я увидела, как у него побледнело лицо. Он открыл рот, закрыл, открыл снова и холодно сказал:

— Не планировал за вами ухаживать, так получилось само собой. Вы непохожи на других, в вас есть что-то особенное, но я не уверен, что готов мириться с вашим... темпераментом!

На террасе стало очень тихо. Где-то далеко внизу проехала тележка. В загоне Иван плюхнулся в бассейн и отфыркивался.

Я стояла с открытым ртом и чувствовала, как по спине прокатилась волна холода.

— Я не вам это сказала, — выдавила я. — Я не это имела ввиду…

Микаэль отвернулся и продолжил спускаться с холма, не оборачиваясь.

— Вот блин… — простонала я.

— Да уж, нельзя вас оставлять ни на минуту, — покачал головой Вирен, будто был совершенно не причем.

— Так! — обернулась я на гепарда, — Это из-за твоих интриг, между прочим! Может пора рассказать твоему хозяину, что ты не милейший котик, а заговорщик со стажем?!

Вирен прижал уши и смотрел на меня с выражением существа, которое не привыкло извиняться, но понимает, что надо бы.

— Беги за ним, — сжалилась я. — Твой паранойик-хозяин в варенье по колено. Ему сейчас нужен ты, а мне нужно убрать этот бардак.

Вирен дернул ухом, спрыгнул со стойки и метнулся к лестнице, махнув кисточкой на прощание.

Я осталась одна с лужей варенья, двенадцатью золотыми монетами и ощущением, что это только начало моих проблем.

— Допустим, — произнесла я и натянула на руки перчатки.

Если жизнь в магическом мире меня чему и научила за три дня, так это тому, что трогать незнакомые вещи голыми руками — верный способ нарваться на проклятие, заклинание или, на худой конец, очередной магический договор.

Монеты оказались тяжелыми, теплыми. Я сложила их в глиняную миску, вытерла пол тряпкой и убрала осколки.

— Бабуля, — произнесла я вслух, — что ты еще припрятала в своих заготовках?

Через пять минут я уже стояла в погребе перед стеллажами и снимала банки одну за другой. Не все, только те, которые весили подозрительно много для компота или огурцов.

Вскрытие первой же тяжелой банки с абрикосовым вареньем показало, что под слоем густого сиропа, лежала горсть крупных изумрудов, тускло мерцающих в свете кристалла. Вторая, с маринованными грибами, подарила мне жемчужные бусы. В компоте нашлись золотые серьги с камнями.

Я открывала банку за банкой, и передо мной на каменном полу росла липкая гора сокровищ, пахнущая смесью вишни и чеснока с маринада. Золото, серебро, драгоценные камни, какие-то медальоны с рунами, перстни, цепочки, броши.

— Бабуля, — повторила я, — во что ты меня втравила?

Из дальнего угла погреба, оттуда, где за стеллажами пряталось старое зеркало, донесся глухой стук. Один раз, тихо, будто кто-то отозвался.

— Бабуля?!

Только ничего сделать я не успела, потому что сверху, из-за стен и потолка, прорвался знакомый низкий вой. Сирена. Снова нападение!

Я бросила банки и рванула вверх по лестнице. Капибары в загоне подняли головы, и впервые Борис перестал жевать. Маня испуганно забилась в угол под навес. Иван же наоборот встал по середине загона, задрал голову и высунул язык, наверное думал, что будет дождь и собирался ловить капли.

Я перемахнула через ограждение и схватила Бориса за шкирку. Тридцать килограммов невозмутимого грызуна — это как таскать мешок с картошкой, только мешок упирается и недовольно ворчит. Дотащила до двери, запихнула в коридор, побежала за Маней. Маня, к счастью, пошла сама, быстро перебирая лапками, видимо сочтя дом безопаснее открытого загона.

Иван, как всегда, оказался последним. Я ухватила его за задние лапы, он заверещал и вцепился зубами в жердь забора. Пришлось отдирать, и тащить капибару волоком через террасу.

— В дикой природе ты бы не выжил, Ваня!

Уже у самой двери я подняла глаза и увидела в небе над холмом тень. Золотистую, огромную, с размахом крыльев, закрывающим полнеба. Дракон кружил над домом, медленно и ровно, описывая широкие дуги. Патрулировал.

22
{"b":"982924","o":1}