Литмир - Электронная Библиотека

Я встала, подошла к окну, отодвинула тюль и со вздохом окинула взглядом снежные вершины, розовые в утренних лучах. Внизу над черепичными крышами поднимались первые дымки, а по далёкой улочке катилась крошечная тележка. По спине пробежали мурашки — жуть!

Я наскоро умылась и пошла проверять своих подопечных. Картина за дверью гостиной заставила моё сердце сжаться.

Борис сидел у пустой миски и смотрел на меня так, как может смотреть только голодное существо. Маня лежала в углу и тоже не сводила с меня глаз, в её взгляде читалась укоризна. Иван же занимался тем, от чего у меня волосы встали дыбом.

Он грыз кирпич из печной кладки, упираясь задними лапами в пол и налегая всем телом.

— Иван, прекрати немедленно! — я подскочила и оттащила его за шкирку. — У тебя же резцы треснут, это кирпич, а не морковка!

Осмотрела ему зубы и обнаружила царапины на верхних резцах. Ещё пара таких завтраков — и начнутся сколы. Капибарам необходимо стачивать зубы, потому что те растут всю жизнь, но для этого нужны ветки, а не строительные материалы.

Сена оставалось на самом донышке пакета, и я распределила последние остатки по мискам, понимая, что нужно срочно искать альтернативу.

Я спустилась в погреб и на этот раз смотрела на бабушкины запасы глазами зоолога, а не голодного человека. Капибары в природе едят водную растительность, злаки, кору, корнеплоды и фрукты, так что оставалось понять, что из бабушкиных запасов подойдёт.

Кабачки вчера пошли на ура, и я набрала их побольше. Лук капибарам давать нельзя, а вот клубни, похожие на репу, вполне могли подойти. В дальнем углу обнаружился ящик, который я раньше не замечала: внутри лежали пучки широких мягких листьев, похожих на салат. Понюхала — свежий, без горечи, магические прожилки на стенах явно поддерживали его в идеальном состоянии.

Рядом на крюках висели связки сухих стеблей, жёстких и волокнистых, что-то вроде сушёной осоки. В природе капибары охотно такое едят, и эта находка могла заменить кончившееся сено.

Разве что вводить новые ингредиенты надо было по одному, постепенно. Я решила начать с салата — помыла тщательно, попробовала сама. Салат как салат.

Я вернулась к капибарам с подношениями и разложила их по мискам.

Борис первым подошёл, обнюхал, попробовал лист салата с видом дегустатора и продолжил есть, что означало одобрение. Маня последовала за ним, но жевала втрое аккуратнее, как и положено даме. Иван рванул к своей порции, по дороге наступил Мане на лапу, получил злобное фырканье и врезался мордой прямо в салат, после чего принялся жевать, не разбирая, где листья, а где кабачок.

Теперь можно было заняться меню для открытия бара.

На кухне я проинспектировала все шкафчики и пересчитала посуду: три кастрюли — две средние и одна большая, два глиняных графина с крышками, сковорода, чайник, шесть разномастных кружек и стопка тарелок. Одна кастрюля нужна для готовки, значит, на напитки оставались две, а графинов — только два.

Я спустилась в погреб за ингредиентами и вернулась с банкой вишнёвого компота, пучком мяты, мёдом и горстью сушёных ягод смородины.

Пусть будет ягодный морс или что-то вроде того. Я залила сушёные ягоды водой в кастрюле, добавила мёд и размяла ложкой.

Поставила морс на плиту томиться и вернулась к капибарам менять воду в бассейне. Пока я таскала вёдра туда-обратно, наблюдала за троицей. Борис лежал у стены, полузакрыв глаза, и мерно жевал салатик. Маня методично вылизывалась после завтрака. Иван каким-то образом надел на голову миску и теперь кружился на месте, видимо пытаясь таким образом улучшить себе обзор. Я хотела снять миску, потом подумала, что лучше пусть Иван будет чем-нибудь занят.

Я вытерла лоб и посмотрела на гостиную свежим взглядом. Три крупных тропических грызуна в маленькой комнате без нормальной вентиляции, надувной бассейн, который Иван рано или поздно прокусит, и обои с печкой, которые он грызёт от скуки. Так или иначе, этих зверей нужно выгуливать на свежем воздухе, а для этого придётся соорудить хоть какой-то вольер на террасе или за домом.

Мысль о том, что для этого нужно выглянуть за пределы террасы и оценить пространство, вызвала привычную волну тошноты, но капибарам нужен воздух, трава и место для движения.

— Разберёмся с этим, но позже, — пообещала я троице и метнулась на кухню, потому что морс зашипел и начал убегать из кастрюли.

Морс удалось спасти, процедить и перелить в графин. Я поставила графин на подоконник, наслаждаясь ароматом смородины. Во второй графин перелила бабушкин компот, не упустив возможности съесть половину вишни ложкой. Отличный завтрак!

Оставалось разобраться с едой.

Я вытащила мятый чек со вчерашними записями и спустилась в погреб за всем, что могло пригодиться.

Вскоре на кухонном столе стояла кабачковая икра, грибы, солёные огурцы и помидоры, масло, чеснок, салат, мёд, варенья.

Ещё была картошка, лук и набор специй.

А вот мяса или рыбы я не нашла ни в каком виде. И из чего мне делать горячее? Придётся спрашивать об этом гепарда, когда увидимся.

Зато пока можно было сосредоточиться на закусках. Мне пришла в голову интересная идея — подавать закуски в виде намазок на хлеб. Кабачковая икра, грибная, мелко нарезанный салат.

Что-то наподобие брускетт. Только нужно было раздобыть где-то хлеб. Его тоже нигде не было видно, как и молока. А если испечь лепёшки?

Я стояла перед мешком муки и перебирала в голове всё, что знала о них. Пекарь из меня был ещё тот, даже блины в моём исполнении можно было есть только с голодухи.

Но вот моя соседка по комнате, приехавшая из Душанбе, готовила нам роти — тонкие пресные лепёшки, для которых не нужно ничего, кроме муки, воды и щепотки соли.

Рецепт был такой простой, а получалось так вкусно, что мне врезалось в память.

Я насыпала муку на столешницу, сделала углубление, плеснула тёплой воды и начала замешивать, подсыпая понемногу, пока тесто не стало мягким и перестало липнуть к пальцам. Главный секрет, который вбила мне соседка, — не торопиться и дать тесту отдохнуть, накрыв полотенцем, минут пятнадцать-двадцать. За это время клейковина расслабляется и раскатывать становится легко, а без отдыха тесто будет рваться.

Пока тесто лежало под полотенцем, я разогрела сковороду на конфорке. Масла не добавляла — роти жарят на сухой поверхности, в этом весь смысл. Сковорода должна была быть горячей, но не раскалённой, иначе лепёшка может сгореть раньше, чем пропечётся.

Я отщипнула кусок теста, скатала в шарик размером с мандарин, обваляла в муке и раскатала в тонкий круг. Соседка умела делать их идеально ровными, у меня всегда получались с рваными краями, но на вкус это не влияло.

Положила на сковороду и стала ждать. Через полминуты снизу появились пузырьки, и я перевернула лепёшку деревянной лопаткой. Вторая сторона подрумянилась быстрее, а потом случилось то, чего я ждала: лепёшка начала вздуваться. Пар внутри разделял слои теста, и роти надулась, как маленький воздушный шар.

Я радостно рассмеялась. Никогда не знаешь, что тебе пригодится в жизни.

Я сняла лепёшку и бросила на тарелку. По-хорошему смазать бы её маслом, но нашлось только растительное, а оно не очень подходило.

Ничего, с намазкой точно будет вкусно. Я сделала ещё несколько, одну не удержалась и умяла сама с кабачковой икрой. Второй завтрак?

Я скатала шарики и накрыла полотенцем, чтобы быстро пожарить в случае чего. Впрочем, вряд ли клиентов будет много — заброшенный бар на вершине холма, куда ведёт тропа по обрыву…

Мне не очень-то верилось в затею Вирена, но мне как зоологу было ужасно интересно ещё пообщаться с волшебным существом, узнать поподробнее о фамильярах.

Потихоньку события вчерашнего дня оседали в голове, паника отступала, просыпался интерес.

Я подготовила плошки для намазок, оставалось их сделать.

Для грибной я мелко нарубила маринованные опята, смешала их с тёплым маслом, продавила чеснок и посолила. Попробовала — солоновато, но с лепёшкой в самый раз.

10
{"b":"982924","o":1}