Мы вышли на просторную площадку перед особняком, где у подножия мраморного фонтана уже поджидал Семён Аркадьевич. На вытоптанной траве и плитке лежали тела наружной охраны, но мажор даже не смотрел в их сторону. Для него эти люди были не более чем сломанным инвентарём.
Яромир вышел вперёд и остановился напротив заклятого врага.
— Ну что же, господин Ярославский! — с каким-то театральным вызовом произнёс Романов, разводя руки в стороны и позволяя ветерку трепать полы белоснежной рубашки. — Вижу, вы сегодня весьма неплохо порезвились и без труда справились с моими людьми и бойцами из клана Ночных Хищников! Должен отдать должное вашему напору. Однако смею вас заверить: со мной вам так просто разделаться не удастся! И мы будем биться до конца!
Яромир оскалился:
— Я очень на это надеюсь, Семён Аркадьевич! Иначе будет чертовски обидно марать об вас руки второй раз и отпускать без наказания!
В этот момент четвёрка в чёрных балахонах сошла с крыльца и выстроилась полукругом у края площадки. Из-под одного из глубоких капюшонов донёсся голос:
— Господа аристократы! Мы от всей души надеемся, что вы покажете нам по-настоящему красивый бой… и не станете опускаться до пошлых уличных приёмчиков вроде отвешивания пендалей по паху и раздачи щелбанов по лбу!
— Покажите нам отличное зрелище, юноши! — подхватил второй балахон, скрестив затянутые в угольно-чёрную кожу руки на груди. — И пусть в этом споре победит сильнейший!
Мы с братьями Рязанцевыми, Максимом и Кириллом тоже сместились чуть в сторону. Отошли живой изгороди из туй, чтобы не мешать брату работать на полную катушку, но при этом могли держать на мушке всех четырёх «секундантов».
В центре широкого двора остались Яромир Ярославский и Семён Романов.
Они замерли на расстоянии десяти шагов друг от друга. Два молодых наследника древнейших фамилий Империи. Огонь и Камень. Честь, закалённая в честных схватках, и больное самолюбие, подкреплённое мощью чудовищ из-за Рубежа.
Не знаю, возможно, это просто моя фантазия разыгралась на фоне адреналина, или сказалась кровная связь… Но когда я смотрел со стороны на сурово сдвинутые брови и гордую осанку Яромира, мне на миг показалось, что рядом с ним незримой тенью встал наш отец, Святослав Васильевич.
Настолько брат сейчас был похож на главу рода в минуту смертельной опасности!
Дуэлянты обменялись короткими поклонами, ровно настолько, чтобы соблюсти вековой кодекс Ристалища, и встали в боевые стойки. Марево «Кольчуг Души» окутало обе фигуры.
— Начинайте, господа! — каркнул эхом один из балахонов.
Ждать приглашения дважды Яромир не стал!
Ещё не успел затихнуть звук команды, как старший брат шагнул вперёд и с двух рук обрушил на противника ревущий «Огненный Шквал»!
Гудящая стена бело-оранжевого пламени шириной в три метра сорвалась с его ладоней. Сжигая на своём пути молодую майскую траву, она со скоростью курьерского поезда понеслась на мажора!
Надо признать, со скоростью рефлексов у Романова был полный порядок. Племянник Императора даже не попытался отпрыгнуть с линии атаки. Вместо этого он с коротким выдохом взмахнул руками!
ХРЯ-Я-ЯСЬ!
Брусчатка двора перед ним взметнулась фонтаном крошева, и из земли под острым углом вырвались две огромные, толщиной в полметра, гранитные плиты! Они приняли на себя огненный вал, расплескали пламя в стороны.
И тут же с немыслимой быстротой понеслись вперёд. Плиты попытались с двух сторон, словно гигантские каменные ладони в хлопке, сплющить Яромира между собой!
Влив живицу в ноги, Яр пружиной взмыл вверх. В полёте оттолкнулся подошвой ботинка от края летящей на него левой плиты и совершил затяжной прыжок над смыкающейся ловушкой!
БУМ-М-М!
Каменные монолиты с грохотом столкнулись под его ногами. По двору разлетелась туча гранитной пыли и мелкой щебёнки!
Яромир скрутил корпус и резкими взмахами рук один за другим выпустил в макушку Романова три багровых полумесяца «Огненных клинков»!
Смертоносные серпы со свистом разрезали воздух, но Семён был готов и к этому: из травы перед его грудью подскочила бугристая каменная глыба. Огненные клинки один за другим с оглушительным треском врезались в преграду. Серпы разнесли её в раскалённый щебень, но самого мажора не достали!
Яромир спрыгнул на газон, группируясь для переката… И вот тут Семён показал зубы!
В тот самый миг, когда носок ботинка брата коснулся земли, почва под ним взорвалась! Снизу поршнем гидравлического пресса выстрелила круглая колонна!
Удар пришёлся вскользь по правой ноге и бедру. Даже сквозь золотистый кокон «Кольчуги Души» Яромира так вдарило, что он потерял равновесие. Брат вскрикнул и кувырком отлетел в сторону!
Но Романов даже не думал давать ему время сгруппироваться! Мажор яростно дирижировал обеими руками, и земля под моим братом превратилась в сумасшедший полигон!
Вторая каменная колонна с грохотом вырвалась из почвы там, куда падал Яр! Следом третья! Четвёртая!
Массивные каменные столбы выскакивали из-под земли под разными углами и на разной высоте, словно гигантские кулаки невидимого великана, пытаясь поймать Яромира в воздухе, переломать рёбра!
Два удара брат пропустил по касательной на жёсткие блоки предплечий, отчего его энергетический щит тревожно замерцал. На вершине четвёртой выскочившей колонны Яромир всё-таки сумел извернуться кошкой, поймал точку опоры и устоял на ногах!
Отступать было нельзя, и брат перехватил инициативу!
Вскинув руки к небу, Яромир выплеснул мощный импульс живицы и сформировал над площадкой клубящееся багровыми сполохами «Огненное облако»! Раскалённая туча со зловещим гулом проплыла над импровизированной ареной, остановилась над головой Романова…
В следующее мгновение из её чрева вертикально вниз ударил ливень из десятков тонких, зазубренных «Огненных копий»!
Точь-в-точь такой же приём, каким утром на трассе я пытался достать самого Генерала!
Семёну пришлось резко оборвать атаку колоннами. Он вскинул скрещённые руки над головой, и в последний миг вырос куполообразный каменный потолок на четырёх распорках.
БАХ! ТРАХ! БА-БАХ!
Раскалённые плазменные копья пулемётной очередью застучали по каменному навесу, выбивая из него снопы искр. Они расплавляли гранит в жидкую лаву и заставляли всю конструкцию ходить ходуном!
— Ну что, господин Романов, как вам погодка⁈ Не нравится дождик⁈ — злорадно крикнул сверху Яромир.
Он спрыгнул с колонны на землю и разорвал дистанцию.
Из-под дымящегося каменного купола донёсся полный яда голос Семёна:
— Признаться, не совсем в моём вкусе, господин Ярославский! Слишком душно! А как вам моя скромная поддержка⁈
— Бывало и получше! Массажист из вас так себе, Сёма. На троечку с минусом! — хмыкнул брат в ответ.
Едва последние копья из облака иссякли, и Романов отбросил в сторону оплавленный каменный навес, Яромир с разворота запустил в него новый «Огненный Шквал»!
Сам же брат при этом не остался стоять на месте, а сместился вправо, в последний момент уклоняясь от целой серии увесистых каменных булыжников, которые Семён, словно из катапульты, начал швырять в него один за другим! Камни со свистом проносились мимо плеч Яромира, с грохотом вдалбливались в стену особняка позади и крушили мраморные балясины крыльца.
А когда пущенный братом «Огненный Шквал» подлетел к выскочившему на открытое пространство Романову, тот присел и впечатал обе ладони в землю перед собой!
С оглушительным треском из грунта выскочил массивный Краеугольный щит — каменная призма с острым, как нос ледокола, ребром!
Уступчатая преграда закрыла Семёна: ревущий вал пламени ударил в острую грань. Огонь шипением рассёкся на две равные половины и двумя струями пронёсся мимо плеч мажора. Пламя выжгло кусты туи за его спиной.
И тут Романов со всей дури топнул правой ногой по растрескавшейся брусчатке!
От его ступни под землёй в сторону двигающегося Яромира на бешеной скорости побежала бугристая волна! Плитка и дёрн вздымались гребнем, разлетались в стороны, будто прорывал себе тоннель исполинский крот!