Литмир - Электронная Библиотека

Раздался лишь сдавленный всхлип. Мужик обмяк в моих руках, даже не успев понять, что его ночное дежурство закончилось навсегда.

И тут же, не позволяя телу с грохотом рухнуть на освещённый бетон, я закинул обмякшую тушу себе на плечо и прыгнул с этим грузом обратно в тень!

Пришлось, конечно, изрядно напрячь мышцы и влить побольше живицы в колени, чтобы с девяностокилограммовым мужиком в бронежилете и с автоматом проделать такой акробатический кульбит и остаться незамеченным!

Однако результат того стоил: только что стоял на посту живой охранник, и вот спустя пару секунд его не стало!

Я уложил остывающее тело в узкую щель за штабелями из брусков, прикрыл сверху куском брезента.

Сидевшая рядом Мизуки посмотрела на покойника, затем перевела взгляд своих огромных глаз на меня и выдохнула:

— Офигеть, как быстро, Елисей-сан! Вы бы сделали цесть насим лучсим воинам тени!

Я усмехнулся в полумраке и спрятал нож в ножны:

— Не перехваливай, Мизуки. Я тоже видел тебя в бою, так что… Потом друг другу споём хвалебные песни.

Не теряя времени, мы двинулись дальше. Перемещались короткими перебежками от укрытия к укрытию: скользили за грудами паллет, прятались за бетонными парапетами погрузочной зоны, сливались со стенами.

Потихоньку мы подобрались к небольшой кирпичной пристройке-сторожке, которая примыкала к главному переходу в диспетчерский корпус.

Если верить данным тепловизора дрона Мишки, внутри проходного тамбура дежурят двое бойцов. Идти через дверь в лоб означает нарваться на свинцовый душ. Зато под самой крышей пристройки чернела квадратная решётка приточной вентиляции, выходящая на технический чердачок.

Подтянувшись на водосточной трубе, я снял незакреплённую сетку. Протиснулся в оцинкованный воздуховод люка и пополз по верху. Мизуки змейкой скользнула следом.

Через десяток метров мы добрались до смотровой щели в потолке. Застыли над головами тех двоих охранников, что стояли внизу и вполголоса переговаривались между собой о футбольном матче. Сожалели, что из-за Опасных земель Англия теперь не выпустит Манчестер на поле.

Хм, нашли о чём сожалеть…

Только я примерился, чтобы спрыгнуть на них, как лёгкая ладошка японки легла на плечо.

— Теперь присла моя оцередь, Елисей-сан, — шепнула Мизуки.

Я повернул голову и так же тихо прошептал в ответ, косясь на её пустые ладони в перчатках:

— Не вопрос, уступаю даме. Только чем ты хочешь их убирать? Ты же вроде свои железки сегодня не брала?

Уголки глаз девушки сощурились:

— А зацем носить лиснее, если есть орузие у врагов?

С этими словами моя напарница продемонстрировала искусство школы шиноби. Оттолкнувшись от края люка, она проползла и потолочной балке, используя какие-то свои клановые прибамбасы с точечным выбросом живицы!

Зависнув на миг, словно паук, над головами ничего не подозревающих противников, она спрыгнула вниз. Аккурат на плечи рослому бородачу!

Что произошло дальше, человеческий глаз уловить бы просто не успел.

Вспышка размытого движения!

Мизуки выхватила из нагрудных ножен охранника его армейский штык-нож!

Короткий захват ногами за шею, хруст позвонков, удар клинком под ключицу — и первый боец кулем повалился на пол!

Второй охранник только-только успел повернуть голову и дёрнулся было к висящему на ремне автомату, открыв рот для крика.

Но в этот самый миг японочка текучим движением скользнула к нему по полу, уходя под линию рук, и ударила трофейным клинком в незащищённую шею!

Кровь даже брызнуть толком не успела — девушка тут же опустила захрипевшее тело на бетон. Спустя пару секунд оба охранника лежали на полу, не подавая никаких признаков жизни.

Я мягко спрыгнул из люка следом и с уважением покачал головой:

— А вот это было действительно неплохо. Чистая работа.

Мизуки вытерла чужой нож, вернула его в ножны мертвеца и повернулась ко мне с лёгкой улыбкой:

— Есть у кого уциться, Елисей-сан!

— Ну да, прибедняйся больше, — хмыкнул я, проверяя карманы убитых на предмет магнитных карт и ключей. — В такой акробатике это скорее мне нужно учиться у тебя!

Забрав связку ключей и рацию, мы проникли внутрь основного складского помещения, соединённого с двухэтажной диспетчерской.

Здесь царил полумрак, пахло машинным маслом, цементной пылью и старым железом. Где именно под потолком висят глазки внутренних камер наблюдения, мы проследили ещё с улицы. Поэтому двигались строго по мёртвым зонам, прижимались к стенам и огромным стеллажам.

По дороге к лестнице на второй этаж ещё один охранник бесславно лишился жизни. Причём погиб этот бедолага максимально глупо: отошёл от своего поста в дальний тёмный угол ангара, за груду сложенных на поддонах облицовочных кирпичей, чтобы по-быстрому пописать.

Ну вот спрашивается: на кой ляд так подставляться⁈

Ведь в нормальном складском помещении есть туалеты! Не стоило ему покидать то место, где он нёс службу, и шастать по тёмным закоулкам, где прячутся злые лазутчики. Нужно было потерпеть маленько, дождаться, когда напарники поменяют на посту, и тогда бы уже спокойно сходил по нужде!

А так… мы в темноте вышли на журчание. Короткий удар ребром ладони по основанию черепа. Мужик так и помер в углу со спущенными штанами.

Что ж, как говорится, каждый сам кузнец своего несчастья. Он сам выбрал свой путь.

Было ли мне жалко этих парней, которых мы с Мизуки безжалостно убирали одного за другим?

Вряд ли. Во мне давно уже не было сопливой жалости к противнику. Они не яблоки в чужом саду воровали — они сами, по доброй воле, встали на путь беззакония, который привёл их сюда. Помогали похищать беззащитных девчонок, работали на тварей, развязывающих кровавую бойню в столице. А на войне правила простые: если ты не убьёшь врага сейчас, через минуту он всадит очередь в спину тебе и твоим близким.

Мы поднимались по боковой металлической лестнице на второй этаж, стараясь не производить ни единого лишнего звука. Наверху, на площадке в тени бетонной колонны, Мизуки на секунду остановилась и тронула меня за локоть:

— Елисей-сан… А если мы всё-таки сейцас обнарyзим девусек, как мы их отсюда выведем?

— Тем же самым путём, каким и зашли, — ответил я, вглядываясь в длинный коридор второго этажа. — Коридор мы зачистили. А что касается трупов по дороге… Я думаю, Матрёшка и Алёнка у нас девки крепкие, особо не испугаются вида мёртвых. Алёнка на базе и не такое штопала, а Матрёшка со страху сама кого хочешь зашибёт.

— Я не об этом, — качнула головой японка. — Но смогут ли они сами перепрыгнуть церез ту высокую стену у леса?

— Ничего, не переломятся — придётся подсаживать и перекидывать вручную, — пожал я плечами. — На горбу донесём, если понадобится.

— Логично, — кивнула она.

Мы уже находились в двадцати метрах от той самой глухой комнаты без окон, где тепловизор коптера обнаружил две прижавшиеся друг к другу фигурки.

Вот только впереди, в тамбуре нужного помещения, находились трое охранников в тёмной униформе и шлемах с опущенными забралами!

Ну что же… Так как мы двигались тише мышей, эти трое пока что ничего не подозревали и стояли неподвижно, перекрывая проход.

Я аккуратно выглянул из-за угла бетонного выступа. Висевшая в конце коридора поворотная камера как раз отвернула объектив в противоположную сторону.

Пора!

Влив живицу в мышцы, я перешёл в связку «Рывка» и «Скольжения», размытой тенью перемахнул открытый участок коридора и вжался в простенок в трёх шагах от двери, где застыли трое постовых. Спустя мгновение рядом со мной из сгустка мрака материализовалась Мизуки.

Она внимательно посмотрела на стоящих у двери бойцов, и её брови под маской тревожно сошлись на переносице:

— Елисей-сан… Цто-то это слиском похозе на ловуску! Они совсем не дысат!

Я и сам уже почувствовал неладное. Моё зрение, настроенное на поиск энергетических ядер живых людей, при взгляде на эту троицу забуксовало!

23
{"b":"982691","o":1}