— А вот это, кстати, чертовски хитро придумано! — с уважением присвистнул сидевший рядом Мишка. — Всё правильно: если враги схватят одного ниндзя на задании, накачают его сывороткой правды или начнут пытать калёным железом, требуя: «Покажи мне на того-то, назови своих сообщников и командиров!», — а он и рад бы расколоться, да назвать никого физически не может! Потому что тупо никого не знает по именам! Конспирация восьмидесятого уровня!
Я одобрительно кивнул:
— Нам у ваших стариков явно есть чему поучиться в плане информационной безопасности. Ладно, друзья, лирику в сторону — собираемся и выдвигаемся! Время работает против нас.
Мы спустились во двор базы к припаркованному у крыльца неброскому тёмно-серому кроссоверу Михаила.
Разумеется, уйти по-английски нам не дали. На крыльцо тут же выпрыгнул обвешанные оружием и разгрузками Гордей со Степаном. Оба мужика сверлили меня взглядами.
Вот если и они сейчас изобразят котёнка из «Шрека», то я буду даже материться!
— Елисей Святославович, мы едем с вами! — заявил Гордей, делая шаг к машине.
Степан тоже выступил вперёд, похлопал ладонью по рукояти тесака на поясе и пророкотал:
— Даже не думайте нас тут оставлять, командир! Там наши девчонки!
— Отставить и… А ты-то куда?
Мало мне этих вояк, так из темноты двора подскочил ещё и Снежок!
Подросший щенок Ледяной Гончей воинственно вздыбил покрытую инеем шерсть на загривке, звонко тявкнул и упёрся передними лапами в порог открытой дверцы авто. Он всем своим видом выражал горячее желание отправиться на ночную охоту вместе со стаей!
Я остановился, обвёл взглядом эту рвущуюся в бой гвардию и включил тон командира, который не обсуждается:
— Отставить самодеятельность! Никто из вас с нами не поедет.
— Но, Ваша Милость… — дёрнулся было Борозда, багровея лицом.
— Приказы командира не обсуждаются, Степан! — отрезал я. — Мы едем только втроём. Чем меньше народа будет, тем меньше внимания мы привлечём. Сейчас нам нужна тихая разведка, а не кавалерийский наскок! Кроме того, вы с Гордеем обязаны оставаться здесь и светиться перед камерами на случай, если безопасники решат повторно проверить наше алиби. Если главные охранники дежурят на базе, то и хозяин должен быть где-то неподалёку. Так что вы остаётесь для прикрытия!
Видя, как скрежещут зубами оба моих волкодава от вынужденного бездействия, я решил занять их руки и головы полезным делом:
— И вообще, раз уж вам двоим так не сидится на месте и руки чешутся — вот вам боевая задача особой важности! Берёте спецсканеры, вооружаетесь отвёртками перетряхиваете всю базу от подвала до крыши на предмет наличия электронных «жучков», радиомаяков и скрытых микрокамер!
Гордей посерьёзнел:
— Думаете, и к нам могли подбросить?
— После того как мы сегодня выковыряли четыре шпионские платы из смартфонов Яромира и Рязанцевых, исключать появление такой же пакости в наших пенатах категорически нельзя! — ответил я, потрепал скулящего Снежка за холодным ухом и мягко отстранил его от машины. — Особое внимание уделите личному составу. Соберите у всех бойцов и работников базы мобильные телефоны и проверьте каждый аппарат внутри! Чаще всего кремниевые паразиты в телефонах и обитают. За нас не беспокойтесь. Понадобится штурм — позовём! Всё ясно⁈
— Так точно, ваша милость! Всё будет сделано в лучшем виде! — козырнули Гордей со Степаном, хотя по глазам Борозды было видно, что он бы предпочёл сейчас крушить черепа похитителям, а не ковыряться в микросхемах.
Мы забрались в салон Мишкиного кроссовера, ворота базы откатились в сторону, и машина выскользнула на ночное шоссе.
Благо от Балашихи до Химок по кольцевой дороге было ехать не так уж и далеко. Даже с учётом вечерних заторов на съездах и плотного потока фур мы добрались до нужного района меньше чем за час.
К тому времени, как Мишка свернул с освещённой трассы на заросшую бурьяном и старыми тополями асфальтовую дорогу, ведущую к промзоне, на землю уже опустилась майская ночь.
За триста метров до периметра мы погасили фары, съехали в глубокий карман заброшенной лесополосы и заглушили двигатель.
Я выбрался из машины, втягивая носом ночной воздух, пахнущий прелой листвой и цветущей черёмухой. Впереди, за рядами кривых берёз, темнел бетонный забор с колючей проволокой поверху, за которым угадывались мрачные силуэты огромных ангаров и складов, освещённых редкими жёлтыми прожекторами.
— Ну что, пойдём поближе к кустам, в бинокль посмотрим? — предложил я, доставая прибор ночного видения.
— Зачем ноги топтать и через подзорную трубу глаза ломать, когда на дворе новый век, дружище? — с довольной ухмылкой прошептал Мишка, открывая багажник кроссовера. — Сейчас мы посмотрим на них с комфортом!
С этими словами Морозов-младший извлёк из объёмного пластикового кейса плоский матово-чёрный аппарат с четырьмя винтами в защитных кожухах, размером с крышку от мусорного бака. В руках у друга блеснул массивный пульт управления с откидным экраном высокого разрешения.
Я с любопытством уставился на эту шайтан-машину:
— Ого! Ничего себе у тебя игрушки, Михаил! Слушай, а с помощью такой штучки разве можно нормально осмотреть территорию сверху в такую темень? Время-то сейчас не очень хорошее для воздушных съёмок — ночь хоть глаз выколи, а прожекторы у них только у ворот горят.
Мишка гордо выпятил грудь, щёлкая тумблерами на пульте:
— Обижаешь, Елисей! Это же не гражданская жужжалка для свадебных фоток, а экспериментальный разведчик из закрытых лабораторий Камышинских! Ты же помнишь, что они занимаются летательными аппаратами? Вот у них на время и позаимствовал. Для проверки и обратной связи. Лопасти с шумоподавлением — с десяти метров уже не услышишь. Плюс на пузе стоит мощная оптика с ночным каналом и первоклассный тепловизор! Так что даже если мы в темноте не разглядим лица охраны, то тепло их тел и нагретые двигатели машин разглядим, как на ладони!
Я хлопнул друга по плечу:
— Ну что ж, Михаил, зачёт! Давай, запускай свою зверюгу в небо! Посмотрим с высоты птичьего полёта, что на княжеской территории находится. В конце концов, уж если противник сегодня начал вести против нас войну с помощью «жучков», то почему бы и нам не провести разведку с помощью высоких технологий⁈ Долг платежом красен!
Мишка нажал кнопку старта. Четыре ротора дрона ожили с мягким шелестом, напоминающим взмах крыльев ночной совы. Аппарат плавно оторвался от травы и свечкой ушёл вверх над верхушками деревьев. Он тут же бесследно растворился в тёмно-синей синеве ночного неба.
Мы втроём склонились над светящимся экраном монитора, на который в режиме реального времени шла трансляция с камеры беспилотника.
Поначалу картинка слегка подёргивалась от порывов верхового ветра, но стабилизатор выровнял изображение. И надо признать, что всё было шикарно видно!
Снизу, на фоне чёрного неба, тёмный корпус дрона на высоте ста метров оставался незаметен: никто из охраны во дворе не задирал голову, не поднимал тревогу и не пытался пулять в воздух магией или свинцом.
Когда же Мишка переключил камеру в режим тепловизора, серая территория промзоны раскрасилась в синие, зелёные и ярко-оранжевые цвета.
Мы с Мизуки, склонившись плечом к плечу, принялись быстро накидывать на бумажной схеме детальный план объекта, отмечая каждую мелочь.
А посмотреть тут было на что! Для обычного склада на окраине Химок охраняли это место более чем серьёзно. По периметру прогуливались парные патрули с автоматами. У главного въезда и возле двух боковых ангаров стояли четыре внедорожника, моторы которых ещё хранили остаточное тепло.
Но самое главное обнаружилось в центральном двухэтажном кирпичном здании бывшей диспетчерской, к которому примыкал крытый гаражный бокс.
Именно внутри этого бокса тепловизор отчётливо высветил длинный контур остывающей большегрузной фуры! А вокруг самой диспетчерской фиксировалось наибольшее скопление людей — не меньше десятка тепловых пятен маячили у входов, на лестнице и в коридоре первого этажа.