Коляска тряско катилась по горкам прекрасного Тарлуша, потихоньку выезжая за город. Я уже уверилась в мысли, что мы приедем к большому деревенскому ангару, украшенному в честь праздника.
Но из-за поворота показался он.
Старинный замок-крепость.
Немного мрачный в своем величии.
Окруженный рвом и скалами.
С разводным мостом и маленькими окнами-бойницами.
Серый камень местами зеленел мхом, а строгие башни темнели на фоне скал и леса.
— Значит, это и есть «большой дом», про который говорила леди Инга? — я вопросительно посмотрела на невозмутимого Пьера.
— Да. Резиденция клана Кабанов. Замок Хантлей. Хантли-Касл. Наш дом.
— Он больше похож на крепость.
— Он и есть крепость. Еще с тех времен, когда кланы враждовали и крестьянам нужно было убежище от захватчиков. Этому замку шесть сотен лет. Сейчас его немного осовременили, но камни помнят нашу историю.
— Поэтому сюда нет порталов?
— В том числе. Как дань традиции. Хотя один портал есть — из резиденции великого князя.
Наша коляска заезжала во двор замка, приближаясь ко входу, где нас встречали леди Инга и сэр Демир. Я с трудом узнала в этой властной роскошной женщине нашу милую Ингу. Ее волосы начали отрастать и были уложены в изящную прическу, украшенную диадемой. Золотисто-черное платье повторяло мундир ее мужа, черный с золотом. Сэр Демир, даже сквозь строгость мундира, был щегольски элегантен и выглядел франтом. Нас объявили, и мы раскланялись.
В зале играла музыка, неторопливо ходили пары. О, мой скромный жемчуг! Он мог бы провалиться сквозь землю от осознания красоты драгоценностей вокруг. И если бы мы с Шанталь не выросли в семьях, где светская жизнь — это не только колонка в газете, то точно бы сбежали.
Демон мой потерялся где-то еще на стадии коляски, но меня это уже не беспокоило. В сопровождении Пьера мы стали знакомиться с остальными гостями.
Наконец, мы увидели сэра Ральфа. Все в том же черном с золотом мундире, с массивной золотой цепью, обвивающей голову Кабана, на шее. Я поняла, что это регалии главы клана, и чувствовала легкий магический фон вокруг артефакта. Пьер с отцом были очень похожи, и я понимала, что лет через пятьдесят Пьер станет таким же импозантным и властным.
Сэр Ральф призвал всех к тишине и, подняв бокал, объявил, что бал посвящается счастливому возвращению сэра Демира.
Демир с Ингой стояли на самом видном месте и принимали поздравления и подарки.
А потом внезапно назвали мое имя, и мне пришлось ошарашенно раскланиваться и улыбаться. Такого я не ожидала. Но люди аплодировали мне и кланялись так искренне, так радостно, что было понятно — своего сэра Демира они любят бесконечно и того, кто вернул их кумира, готовы любить и ценить заочно.
Вдруг гости ахнули, и в зал откуда то из глубины замка вошла женщина в сопровождении четверых мужчин. Одного я узнала сразу — Эйвинд Карризи, молодой Ягуар, приходивший к нам вместе со своим дедом сэром Кристианом. Других я видела впервые. Зал тут же зашептался: «Княгиня. Великая княгиня».
И мы все, как один, поклонились правительнице Имугльского Княжества.
Женщина была потрясающе хороша. Точеное лицо с сияющей светлой кожей без намека на загар. Яркие, живые глаза. Пушистые каштановые волосы, падающие на спину блестящими волнами. Струящееся красное платье, нежно охватывающее слегка полноватую фигуру. Холеные руки.
И тяжелая золотая цепь, обвивающая голову гризли.
Миледи Айла Исибейл Андерс, великая княгиня.
Потрясенный сэр Ральф быстро взял себя в руки, приветствуя особую гостью.
Айла с Ральфом открыли бал, а потом начались танцы, и я упустила пару из виду. Я танцевала с Пьером, с сэром Кристианом, с другими мужчинами в мундирах. Большинство носили цвета клана Кабана — черный с золотом. Трое мужчин из сопровождения миледи были в синем с золотым шитьем — цветом клана Гризли. Перекинуться словечком с Шанталь у меня никак не получалось, но я видела подругу танцующей или разговаривающей с дамами.
Во время перерыва между танцами ко мне подошел молодой Эйвинд и попросил прогуляться с ним во двор, сказав, что со мной хочет поговорить миледи.
С гор уже спустилась вечерняя прохлада и обжигала разгоряченную кожу. Айла стояла у входа в конюшню и общалась с моим демоном. А потом, увидев меня, кончиками пальцев сжала плечо Капитана и шагнула мне навстречу.
— Магесса Ашвария!
— Миледи!
И она самым внимательным образом выспрашивала меня о том, как я нашла Демира, как лечила. А потом спросила, что я думаю про шансы других, пока не найденных, оборотней. Поскольку мы уже обсуждали это неоднократно, я ответила честно, не обнадеживая зря, но и без категорической невозможности спасти кого-либо. Миледи отметила, что узнала Капитана, и будет рада видеть его у себя во дворце.
А потом, собрав свою свиту, оставила нас. Видимо, она сразу ушла порталом, потому что, когда я вернулась в зал, градус веселья подскочил и народ налегал на веселую выпивку. Танцы шли своим чередом.
Во дворе я мельком заметила еще одного гостя. Он прибыл верхом на потрясающем рузьене и отдал коня домовику. Я прошла в зал следом за ним и видела, как к нему, широко улыбаясь, направился Пьер, оставив разговор на полуслове. Мужчины обнялись, а я смогла незаметно рассмотреть запоздавшего гостя. Высокий и длинноногий, с изящными сильными руками, он определенно кого-то мне напоминал. Волнистые белокурые волосы, собранные в хвост. Серый с красным мундир. Спокойный твердый взгляд. И на груди золотая цепь с головой волка. Волк. Похоже, это и есть сын Йена, внезапно ставший главой клана.
Я посмотрела на Пьера, и он понял, что друга надо представить.
— Знакомьтесь, сэр Андреа Гордон, — Пьер ласково посмотрел на блондина. — А это наша прекрасная магесса Ашвария. Именно ей наша семья обязана за спасение дядюшки Демира.
Андреа поклонился и посмотрел на меня спокойными серыми глазами, в которых вспыхивали волчьи золотые искорки. Я даже сглотнула — вынести такой взгляд было выше моих сил. Он был похож и не похож на взгляд Йена, живой и внимательно-спокойный. Андреа смотрел спокойно и… равнодушно. Мои пальцы слегка дрожали, и Пьер, заметив это, слегка поскучнел, но быстро взял себя в руки.
Молодые оборотни отошли, а я решила найти Шанталь. Музыканты сделали себе перерыв, и гости бала разговаривали и смеялись. Подругу я нашла в соседнем зале, где стояли столы с закусками. Взяв ее за руку, потащила ведьму на улицу — отдышаться и рассказать про Андреа.
Пьер и Андреа как раз тоже оказались неподалеку, что-то обсуждая, и мы с Шанталь украдкой на них поглядывали. Шанталь своим ведьминским взглядом посмотрела на Андреа и сказала мне, что нет, она не чувствует его связи со мной. Это меня расстроило. Волчьи искорки в глазах. Небрежная элегантность. Аристократизм, в конце концов… Нет связи? Это мы еще посмотрим!
Потом мы еще раз обсудили наш вчерашний небольшой заговор и вернулись в зал.
К Шанталь подошел ее дядя, сэр Кристиан, и они оставили меня одну.
Я присела отдохнуть, когда меня шепотом позвал местный домовик, попросив выйти за ним на улицу. Там меня ждал господин Гусс, а рядом стояла коляска с извозчиком из Тарлуша.
— Что-то случилось, господин Гусс?
— Если можно, Ашвария, надо в деревню. Там коза пырнула рогами в вымя корове. Кровища!
Ехать надо было срочно, и я наказала домовику, который вывел меня из зала, передать Пьеру и Шанталь, что у меня срочный вызов. Не прощаясь, я уехала.
Пришлось заскочить в клинику за сумкой и переодеться.
* * *
Коза и корова выглядели препогано. Корова успела лягнуть козу и попала ей в глаз, проломила висок и порвала ухо. У коровы с вымени капала кровь, а отек расползся на пах и бедра.
Пф-ф-ф…
Я начала с коровы. Попробовала действовать, как говорил дракон, через тонкое тело, но магия не слушалась, и мне пришлось действовать, как меня учили. Обезболивать, очищать, сращивать ткани.
С козой все было куда хуже. Я поговорила с хозяйкой, нужна ли ей такая драчливая коза. Не то чтобы мне не хотелось ее лечить, но если ухо и висок я восстановлю, то глаз она все же потеряет. Зато вот дурной характер — это проблема.