Срез пошёл дальше. Худой увидел, как исчезает защита, раньше, чем понял, что случилось. Он рванул в сторону, одна кромка прошла мимо, а вторая распорола ему бок от рёбер до таза и швырнула в ворота склада.

Техника в его ладони уже была собрана, и он выпустил её ещё в падении.

Она ударила мне в левое бедро, куда я в последний миг стянул Двойной Покров. Он раскололся сразу, и игла вошла в мышцу, будто раскалённый прут.

Я пошатнулся, но кое-как устоял. Она проснулась… Защитник умирал в пяти шагах от меня, его Источник гас. Сила выходила наружу, рассеивалась в воздухе, а воронка почувствовала её раньше меня.

Её развернуло к телу так резко, что в глазах потемнело. Она раскрылась под Источником и жадно потянула.

Засов! Сжал его изо всех сил. Малый круг в чаше, удар, выдох. Воронка дёргалась и рвалась наружу. Я чувствовал, как в меня уже течёт чужая энергия. Нет. Только не здесь… Если от него останется сухая шкура, как от Мейны, утром об этом будет знать весь город. А потом придут ко мне.

Во рту стало солоно. Воронка вздрогнула и нехотя закрылась. Глянул, на мостовой лежал обычный бледный мертвец с открытым ртом. Его кожа не сморщилась и щёки не провалились. Я выдохнул.

Тут же ощутил, что Источник снова был почти полон. Только бедро дрожало, бок горел, а Дуга ныла во всём теле. Второго Злого Среза я сегодня всё равно не соберу.

Худой Узел уже поднялся. Одной рукой прижимал распоротый бок, во второй собирал новую иглу. Кровь текла между пальцами, но он продолжал пятиться к складам.

Он выстрелил, когда я рванул к нему. Его игла пошла туда, куда должна была вынести меня первая опора. Я вывернул Корень. Лоза сломала движение пополам и бросила меня поперёк улицы. Игла прошла мимо и выбила крошку из стены. Раненое бедро едва не сложилось, но я уже оказался сбоку.

Короткая Черта. Подхват. Наконечник вошёл под поднятую руку и пробил грудь до самого древка. Узел дёрнулся раз, другой, а затем обмяк. Я выдернул копьё, и на мостовую брызнуло тёмным. Где-то позади медленно катилась бочка, постукивая по камням.

Я распрямился и повернулся к Скальцу. Остались двое Ростков у края канала, ещё двое у складов и лучник на крыше. И все смотрели не на меня, а на то, что осталось от двух Узлов.

Первым рванул тот, что с дубиной. Бросил её и побежал вдоль канала, не оглядываясь, за ним второй. Лучник на крыше исчез, только черепица зашуршала. Двое у складов сначала попятились, потом переглянулись и тоже бросились бежать.

Тот молодой с мечом, которого задело серой волной, поднялся последним. Он заорал что-то и бросился на меня. Я отвёл его меч древком и ударил его пяткой копья в висок. Он упал и больше не шевелился.

Будь у меня силы, я бы догнал их всех и прикончил, чтобы больше не приходили за мной. Вот только в этом не было смысла, они тут — потому что их позвали. И сделал это один конкретный человек — Скалец. Когда я избавлюсь от него, то про Нижний Клин можно будет забыть. Надеюсь… Посмотрел на него, он всё это время стоял на одном месте и не шевелился.

— Надо было забрать тебя тогда… — хмыкнул он. — Столько бы людей и ядер сберёг.

— Ты пытался, — ответил я и чуть не упал.

Дин в тёмном переулке, с фальшивой хромотой и ножом. Засада в Клину, когда Гарст стоял рядом. Три стаи у Старого канала, когда я прятался у Сандзо. Он много раз пытался.

Скалец улыбнулся.

— Хорошо, — кивнул он. — Пытался и недооценил маленького Нурра из Руин. Ладно, давай поговорим, деревенский? Как взрослые. Ты сильнее, чем я думал. Я признаю. — Он развёл руками, показывая пустые ладони. — Что ты хочешь? Ядра? У меня есть ядра. Награда за твою голову… её, считай, больше нет. Девки? Я найду тебе любую и даже неиспорченную, будет тебе служить.

— Торгуешься? — кашлянул я.

— Глупец сражается до смерти, а умный предлагает выгоду, — пожал он плечами.

— Нет! — мотнул я головой.

— Сведения? — Скалец шагнул вперёд. — Ты же любишь знать, правда? Хочешь знать, кто раздавал сектантам школьные накидки? Синие, зелёные, песочные, ваши белые. Кто водил учеников в Руинах за нос? Я знаю, у кого они их покупали.

Я молчал.

— Хочешь знать про Короля? — Голос у него стал тише. — Думаешь, на мне всё закончится? Эти двое, — он кивнул на тела, — не пришли бы сюда, если бы им не позволили. Узлы в Клину не ходят на охоту без разрешения. Понимаешь? Он узнает. Он придёт.

Я молчал. Сведения могли пригодиться, только верить хоть одному его слову было нельзя. Сегодня откупится, завтра приведёт ещё больше людей, дождётся, когда рядом не окажется узкого переулка и навалившихся друг на друга Ростков. Самым надёжным было прикончить его сейчас и больше не оставлять врага за спиной.

Единственный глаз Скальца дёрнулся. Он наклонил голову, как тогда у костра, и прислушался к моему дыханию и Источнику. Наверное, ожидал почувствовать пустоту после стольких техник, но Источник продолжал биться ровно и тяжело, да ещё и оставался полным. Бровь Скальца поползла вверх, и он впервые отшатнулся.

— Отпусти, — произнёс он неожиданно спокойным голосом. — Отпусти, и я уйду. Из Клина, из города, ты меня больше не увидишь. Хочешь, поклянусь на Источнике?

Вспомнилась Мейна и то, как легко она когда-то разложила мои действия по шагам. Стоило мне признать кого-то врагом, как дальше я уже не искал другого выхода, а только решал, каким способом его убить.

Со Скальцем я только что поступил точно так же. Уже решил, что он должен умереть, и теперь выбирал момент. Меня до сих пор злило, что Мейна оказалась права.

Может ли Скалец действительно уйти? Не верил.

— Уходи, — кивнул я.

— К утру, чтобы тысяча зелёных ядер была в школе Равновесия и я к тебе не имею никаких претензий.

Скалец моргнул.

— Что⁈

— К рассвету тысяча зелёных ядер должна быть в школе Равновесия, а тебя самого в городе уже не будет. Выполнишь, и я больше тебя не ищу.

Опустил копьё наконечником к земле и повернулся к нему боком.

— Я дам тебе выбор, который ты мне не дал…

Направился к мостику, туда, откуда пришёл, и не оглядывался. За спиной его шаги сначала быстро и сбивчиво удалялись, а потом стихли. Тишина продержалась одну пульсацию, затем вторую. Я не знал, нападёт ли он, поэтому слушал.

Скалец шумно вдохнул и побежал ко мне. Рваный Шаг. Корень, вывернул, Лоза, и меня бросило вбок. Нож прошёл мимо уха так близко, что я услышал, как он режет воздух, а потом звякнул о камни где-то впереди.

На второй опоре я развернулся, пропуская рывок через ноги, пояс и плечи. Скалец стоял всего в трёх шагах, рука ещё не опустилась после броска, а единственный глаз широко раскрылся. Он по-прежнему не понимал, как я оказался не там, куда летел нож.

Подхват и Короткая Черта сцепились в Сдвоенную, а весь оставшийся разгон я пустил в широкий боковой взмах. Лезвие наконечника вошло Скальцу в бок у самого пояса, прошло сквозь тело и вышло с другой стороны, не потеряв скорости.

Он ещё одну пульсацию стоял на ногах. Потом верхняя половина медленно съехала с нижней и упала на камни лицом вверх, единственным глазом к двум лунам. Ноги простояли чуть дольше и тоже рухнули.

Кровь капала с наконечника на мостовую, тёмная, почти чёрная в лунном свете. Кровная месть закончилась… с того дня, как я вышел из Клина вместе с Гарстом, она висела надо мной. Теперь её нет. Гарст мёртв. Скалец мёртв.

— Ты оказалась не права, — произнёс я вслух.

У него действительно был шанс уйти из города и откупиться. Мейна оказалась права в одном: я ждал нападения. Но на этот раз не я заранее выбрал для врага смерть. Я оставил ему дорогу, а Скалец сам развернулся.

Короткий нож Скальца лежал на камнях впереди, там, куда он улетел, пройдя мимо моего уха. Тот самый, что висел у него на поясе у костра, когда он резал мне мясо и рассказывал, что школы берут деревенских только мыть полы. Я поднял его, повертел в пальцах и бросил в воду. Нож булькнул и ушёл на дно.

Опустился рядом и быстро проверил пояс, куртку и сапоги. Всё, чем он торговался, осталось где-то в Нижнем Клине. До тел Узлов было несколько шагов, но, когда я поднялся, улица качнулась, и пришлось опереться на копьё. Если присяду ещё раз, могу уже не встать.