Он мне подмигнул, но я лишь покачал головой. Шутить настроения не было. Ниса подошла с дощечкой, встала рядом, переминаясь, и протянула её мне, будто это было что-то важное.

— Нам дали ещё одну комнату для девушек, — затараторила она вполголоса. — И ещё оружие обещали выдать завтра утром, но не всем сразу. Кому первому?

Я смотрел на дощечку и не видел букв.

— К Даргу, — махнул рукой я.

— Но…

— К Даргу, Ниса.

Она перевела растерянный взгляд на Дарга, тот лишь вздохнул, забрал у неё дощечку и пробежал глазами.

Он начал ей что-то отвечать, а я лишь кивнул.

— Ты согласен, Рейланд? — спросил Дарг.

— Да-да, согласен, — сказал я и направился к своей лежанке.

Тавр дёрнул меня за плечо, вроде бы не сильно, но я чуть не упал.

— Рейланд. Что было?

— Потом.

— Да ты на себя…

— Потом, Тавр.

Я наконец добрался до лежанки и сел. Шаги. Лёгкие, босые. Синара остановилась рядом. Наклонилась, так близко, что волосы коснулись моего плеча, и я почувствовал, как от неё пахнет кровью.

— Спасибо, — прошептала она мне на ухо тихо, чтобы никто не услышал. — Ты сохранил мою честь…

— Нет, — ответил я, не поворачивая головы. — Я просто не хотел смотреть на тебя голую.

Она замерла, почувствовал, как она резко выпрямилась, будто её снова ударили. Постояла ещё пульсацию.

— Дурак… — прошептала она одними губами. — Такое нельзя… ты…

Развернулась, ушла обратно к стене и села, отвернувшись. Наверное, надо было сказать по-другому. Наверное… только сил на «по-другому» не было никаких. Ни на неё, ни на Нейру, ни на Ровэна, ни на Карна. Я устал от того, что каждый, кто подходит ко мне, чего-то хочет. Устал от драк, от интриг, от того, что в этом городе даже девки не могут поругаться без того, чтобы за ними не стояли семьи.

Лёг на спину. Ребята ещё о чём-то спрашивали, сначала Тавр, потом Варис, и снова Тавр. Почему на тебе лица нет? Что тебе Ровэн сказал? Тебя проверяли? Тебя били? Потом кто-то из них, кажется, Варис, бросил остальным: «отстаньте от него». И стало наконец-то тихо. Я не ответил никому и просто закрыл глаза.

Узел… Слово крутилось в голове и не давало покоя. Неужели мой Путь Возвышения закончился на десятой ступени? Нет! Я отказался не от Узла, просто не хочу шагнуть туда, где никто не видит земли под ногами, только потому, что школе срочно понадобился ещё один сильный. Путь к моему Узлу должен существовать — может, просто не школьный, такой, которого пока никто не знает. И я найду его, как находил раньше и случится это не сегодня.

Где-то на этой мысли меня и унесло.

Проснулся я от холода.

В комнате было серо, окно под потолком только начинало светлеть. Кто-то храпел, судя по раскатам, Тавр, и ведь потом будет утверждать, что это не он. Варис спал, свернувшись и его губы двигались.

Я лежал и слушал себя. Источник? Он наполнился на треть… значит, не как в прошлый раз. Выдыхал долго, почти всем телом, и только тогда понял, что всю ночь, даже во сне, лежал с напряжёнными плечами.

Воронка внизу шевельнулась, будто её разбудил мой выдох. К тому времени, как в коридоре застучали шаги старших, проснулись все. Одр вернулся откуда-то уже с мокрыми волосами. Тавр клялся, что не храпел, и обвинял Кайда. Ниса уже стояла у двери с дощечкой.

Синара сидела на своей лежанке, одна. Одетая правильно, швами внутрь, накидка Листа на плечах. Волосы заплетены в тугую косу. Глаза красные, распухшие, с тёмными кругами. На меня она не посмотрела ни разу.

— Все во двор, — объявил старший с порога. — Построение.

Нас вывели всех вместе, двадцать шесть, к колодцу, где уже стояли Корни. Нейры среди них не было, как и Ниэль с Дорном. Старший прошёлся вдоль строя, сверяясь с дощечкой, и раздал каждому, куда идти. Тавра с Сарном к Карну. Вариса к лекарю. Дарга со всеми его к оружейной.

Дошёл до меня.

— Ты отдельно, — хмыкнул он. — Со мной.

Двадцать пять голов повернулись в мою сторону разом, а за ними и бывший класс Корней. Я почувствовал эти взгляды кожей, затылком и плечами.

— Нормально… — хмыкнул кто-то.

— Ещё вчера хотели схватить, а сегодня?

— Тихо! — шикнул Дарг.

Старший повёл меня через двор, мимо лечебной и оружейной, в тот самый малый зал. К Севре? Значит, начинаем уже сегодня. Старший открыл дверь и отступил.

Посередине стоял длинный стол, и на нём лежало всё, что я когда-то видел на уроках. Свёрнутые полотна с рисунками каналов. Плошки с мазью, две костяные иглы, длинные, жёлтые от времени, на чистой тряпице, одна рядом с другой и рядом с иглами две одинаковые пластины с вырезанным на них глифами.

Учитель стояла у дальнего края стола, склонившись над чем-то, и даже не подняла головы. А у ближнего края, со сложенными за спиной руками, стояла Нейра Эльвар.

Чистая накидка и тугой узел светлых волос. Спокойное лицо, отдохнувшее, ровное, будто вчера вечером она гуляла по саду и нюхала цветы. Она повернула голову, скользнула по мне взглядом.

— Я не буду заниматься с этим… — поморщилась Нейра.

— Согласен с Эльвар, — ответил я.

Севра не подняла головы, лишь взяла одну иглу, повернула к свету, прищурилась и положила обратно.

— Вашего согласия никто не спрашивал, — бросила она. — Подходите. Оба. — Севра выпрямилась и глянула на нас. — До Узла вы пойдёте вместе и посмотрим, кто из вас лучший ученик нашей школы.

Нейра села первой. Опустилась на табурет у ближнего края стола, расправила накидку на коленях и выпрямила спину так, будто сидела на семейном обеде, где за каждый согнутый позвонок полагалась розга. Мне достался табурет напротив, через угол. Между нами было шага два, а ощущалось теснее, чем вчера в проходе, когда посередине стояла на коленях Синара и вокруг молчали два десятка Корней.

Севра на нас не смотрела, лишь раскладывала на столе пластины лицом вниз и подталкивала их ногтем, пока края не легли по одной линии.

Тишина стояла такая, что я слышал, как дышит Нейра. Через нос, ровно, на четыре счёта, будто держала себя изнутри за горло и не позволяла ни одному вдоху сорваться. У меня так не выходило.

— Руку, — бросила Севра, не поднимая головы.

Протянул ладонь и на неё упала серая горошина с трещинкой по боку.

— Восстанавливающая, — учитель наконец выпрямилась. — Ровэн обещал вкладываться в выживших.

Понюхал, покрутил и проглотил. Горечь растеклась по языку и ударила в нёбо, Гнездо там тут же отозвалось коротким уколом. Пульсаций через десять в груди потеплело. Сила сочилась тонкой струйкой, заполняя Росток неохотно, и где-то возле половины от его объёма иссякла.

Выдохнул. Половина… это хорошо, особенно после Чёрной Комнаты. Нейра проследила, как я сглатываю, и у неё дёрнулся уголок рта. Ей пилюлю не дали, потому что была не нужна.

Севра положила между нами костяной нож, тонкий, с зазубренным кончиком.

— Сначала клятва. Знаки Равновесия вы обещали хранить, когда получали первые. Сегодня я покажу ещё две техники Пути, до позавчерашней ночи на них клялись люди в синих накидках. Пока всё ещё не решено и не унифицировано, придётся вам дать ещё одну клятву.

Нейра взяла нож, провела по левой ладони быстро и неглубоко. Держала лицо, чтобы на нём не дрогнул ни один мускул. Кровь выступила ровной тонкой полосой.

— Нейра Эльвар, — произнесла она, прижав ладонь к груди. — Клянусь не передавать знаки и техники Равновесия и Пути никому за пределами школы, не записывать их и не показывать без позволения наставника…

Слова она откуда-то знала наизусть. Над её пальцами вспыхнул бледный рисунок, похожий на свёрнутый лист, втянулся в кожу и тут же погас. Быстро… первая клятва была какая-то более пафосная, что ли.

Когда я взял нож, то ощутил тепло руки Нейры на рукояти.

— Ну же… Рейланд, — хмыкнула Эльвар. — Не бойся, в этом нет ничего страшного.

Дёрнул щекой, когда услышал её слова. Порез вышел у меня глубже, чем требовалось. Пальцы после комнаты до конца не слушались, и лезвие ушло в мякоть почти на ноготь.